Незнакомка с явным усилием отвела взгляд от ломтика пирога.
– Что?
Было заметно, что ее голова занята какими-то мыслями, не относящимися к игре в теннис.
– Я говорю…
Однако он так и не сказал того, что собирался, потому что взгляд девушки вновь переместился на его правую руку. Вернее, на то, что в ней находилось. На кусочек яблочного пирога.
На сей раз, заметив это, Гейб уже не сомневался – что-то тут неладно. Но что?
Пока его собственная голова была занята этой загадкой, сам он, абсолютно машинально и неожиданно для себя, протянул незнакомке то, что ее так привлекало.
– Хочешь? – В другое время было бы верхом безрассудства сделать подобный жест, да еще по отношению к постороннему человеку, но сейчас… Как говорится, ситуация располагала: солнышко припекало, в воздухе словно витала непринужденность, одеждой оба они – Гейб и его собеседница, – прямо скажем, были не обременены, к тому же дело касалось такого простого и всем понятного предмета, как еда. Разумеется, если бы все происходило на одном из тех приемов, куда джентльмены допускаются только в смокинге, а дамы обязаны прибыть как минимум в платье для коктейля, Гейбу даже в голову не пришло бы предложить этой девушке недоеденный ломтик пирога. Однако в настоящий момент из одежки на обоих были лишь шорты и майки – а то, что находилось на незнакомке, язык не поворачивался даже майкой назвать, – поэтому соблюдение условностей выглядело бы неестественным. Кроме того, действие Гейба было продиктовано порывом, а отнюдь не здравым рассуждением.
Словом, что сделано, то сделано. Гейбу показалось, что девушка готова была кивнуть, но в последний момент словно опомнилась и, вздернув подбородок, произнесла с изрядной долей высокомерия:
– Я не ем сладкого!
Что-то в интонациях ее голоса настораживало. Как-то уж слишком напористо была произнесена эта фраза – словно незнакомка хотела убедить в чем-то себя саму.
– И давно? – спросил Гейб по наитию.
В следующее мгновение выяснилось, что он угодил в самую точку. Собеседница опустила ресницы и со смущенной улыбкой призналась:
– С сегодняшнего утра.
И тут в мозгу Гейба четко обозначилась вся картина.
– А, кажется, понимаю, – протянул он. – Ты решила, что тебе не помешает похудеть, верно? И поэтому пытаешься играть в теннис с… – Гейб кивнул влево, – тем щитом?
– С чем? – Незнакомка проследила за его взглядом. – А… Да, вроде того.
– Значит, я угадал, – констатировал Гейб. – Ты полагаешь, что у тебя возникли проблемы с весом, и сейчас избавляешься от его избытка, правильно?
Та недовольно засопела.
– Допустим, и что с того? Это мое дело.
Гейб добродушно усмехнулся.
– О, разумеется. Я лишь подумал… Может, тебе нужен тренер по теннису? – Еще минуту назад он не собирался этого говорить. И даже не догадывался, что произнесет подобные слова. Но при виде красивой девушки у него включилась способность к импровизации и так возник вопрос о тренере.
Однако ответ его поразил. В первое мгновение он даже не поверил собственным ушам, когда услышал:
– Больше всего мне сейчас нужен жених. – Незнакомка произнесла это, удрученно глядя куда-то в сторону. Было совершенно очевидно, что ее мысли витают где-то вдалеке.
Тем не менее, не удержавшись, Гейб хохотнул.
– Нет, я в женихи не гожусь. Я вообще не собираюсь жениться.
Вздрогнув, девушка подняла на него взгляд, в котором промелькнуло удивление.
– Разве я… что-то сказала только что?
Гейб ухмыльнулся.
– Еще как сказала, золотце!
Она нахмурилась.
– И… что это было?
– Что тебе срочно требуется замуж.
Собеседница смерила Гейба взглядом.
– Не сочиняй, такого я сказать не могла.
Тот пожал плечами.
– Зачем мне врать? Могу повторить твою фразу дословно, если хочешь.
– Ну давай, – прищурилась она. – Послушаю.
– Хорошо, изволь. Ты сказала: «Больше всего мне сейчас нужен жених». – Гейб на миг задумался, припоминая, правильно ли передал суть ее высказывания, затем кивнул. – Да, именно так. Мол, подавайте мне жениха – и точка!
Девушка вздохнула.
– Это не то, что ты думаешь. Хотя понимаю: звучит странновато.
– Ну почему же, – качнул Гейб головой, – многие девушки мечтают выйти замуж.
– Только не я. – Произнесено это было спокойно и уверенно, совсем без той запальчивости, какой была окрашена фраза: «Я не ем сладкого!».
Данный факт заставил Гейба еще раз присмотреться к своей собеседнице.
Та в свою очередь внимательно, даже оценивающе, оглядела его самого.
У незнакомца были синие глаза, темные, коротко стриженные волосы, лицо загорелое – как и прочие открытые взгляду части тела. Но в первую очередь внимание Дайан привлекли глаза.
Точнее, в самый первый момент ее внимание было приковано к кусочку какой-то сдобы в руке незнакомца, что напомнило о решении перестать есть сладкое. Но та минута прошла, и сейчас началось нечто совсем другое.
Глаза… Глядя в них, Дайан невольно подумала о том, что еще ни у кого не встречала такого интенсивного синего цвета радужной оболочки. Благодаря ему глаза казались очень яркими и выразительными. Впрочем, последнее, конечно, зависело и от самого человека. Судя по всему, незнакомец был такой же яркой личностью, как и его глаза.
Загар же свидетельствовал о том, что он много времени проводит на свежем воздухе. Дополнительным подтверждением этой догадки являлся прислоненный к стволу липы велосипед.
Наверное, парень ехал по нашей улице, заметил тенистое местечко и решил остановиться здесь, чтобы перекусить, проплыло в голове Дайан. Съесть что-то вкусненькое, ломтик пирога, если не ошибаюсь.
Ей вдруг очень захотелось узнать, какая в пироге начинка, однако усилием воли она прогнала опасную мысль. Любопытство в данном случае было ни к чему. Сначала возникает вопрос о начинке, затем о том, какова она на вкус… Для человека, решившего покончить со сладким, все это представляет реальную угрозу возврата к потаканию своим кулинарным слабостям.
Что-то меня вновь понесло не в ту сторону, с досадой подумала Дайан. Этому парню можно позволить себе есть что угодно, он, как видно, каждый день раскатывает на велосипеде. Я же только сейчас решила прибегнуть к активному отдыху… Хотя какой там, к дьяволу, отдых! Даже не припомню, когда еще так уставала. Но это конечно же с непривычки. Если буду разминаться регулярно, то ко дню объявления помолвки приду в норму и смогу втиснуться в приготовленное платье. И, надеюсь, даже втискиваться не придется, если как следует потружусь. Кстати, что там этот красавчик говорил о…
