увела моего.
— Из-за своей шлюховатой подружки ты ставишь на мне клеймо? — Недовольно. — Логически мы подходим друг другу. По уму, в постели, да и по душе. Нам есть о чём поговорить.
— Вот именно, Самойлов. — Снова пытается вытащить руку. — Ло-ги-чес-ки.. — Тянет по слогам. — А надо чтобы сердцем.
— Хочешь сказать ты до сих пор любишь Егора? — Эта мысль вызвала во мне ревность, и я не собирался это скрывать. Я не тот человек, который будет прятать эмоции.
— Я не знаю, Ник. Не знаю. — Сквозь зубы. — Что ты хочешь услышать?
— Хочу услышать, что ты теперь моя. Ты нужна мне как партнёр и как девушка. Я тебя хочу. Душевно, физически и блять как там ещё можно. Пока хочу. Логически, платонически. Плевать.
— Хочешь ты. — С упрёком. — Но что хочу я ты не спросил. — Голос девушки начинает дрожать. Кажется я её обидел. Снова. Сам того не понимая.
— Думаешь мне это не важно? — Пытаюсь реабилитироваться. — Естественно ты будешь решать поддаться или обрубить на корню. Но я, пожалуй, постараюсь.
— Ладно, проехали! — Нервно сдувает волосы со лба. — Ты только за этим пришёл?
— Нет. Нашёл для нас дело. Поедем посмотрим? Этот чек сможет закрыть полностью юриста, что конечно же, ускорит дело.
— Едем. — Кивает. — Только сначала за кофе. Потрепал ты мне нервишки… - тяжёлый вздох.
Глава 20. Чувства в огне
Тася.
Всю дорогу до ближайшей кофейни я молчу, отвернувшись к окну. Я не знаю о чём с ним говорить, и как сделать так, чтобы к нам вновь вернулась лёгкость.
Он сумасшедший, если действительно думает о чём-то серьёзном между нами. Да это просто невозможно! В голове не укладывается. Чушь. Как он это себе представляет? Егор будет счастлив с Аней, я с Ником и всё? Получается поменялись? Звучит как бред из женского романа, написанного рукой подростка. Не так ли?
— Карамельный латте? — Спрашивает с лёгкой полуулыбкой. А я киваю. На самом деле я даже невольно им любуюсь. Красивый. Сегодня гладко выбритый, уверенный и дико сексуальный. Дух захватывает.
Трясу головой, чтобы избавиться от наваждения и жду мужчину с кофе и круассанами.
Может быть у нас действительно могло бы что-то получиться? Во всяком случае, Ник точно останется мне верен. И секс с ним… это что-то волшебное.
— Я здесь. — Ник ставит на стол поднос, а затем прямо возле меня приземляется большой букет белых роз. — Это тебе. Я не очень умею ухаживать, но буду стараться.
— Поцелуй меня. — Произношу, и мужчина удивлённо замирает. А я просто хочу проверить, есть ли у нас шанс. Может быть, тогда я просто была под впечатлениями от измены, и сейчас ничего не почувствую?
— Что?
— Поцелуй меня, Ник.. — Повторяю, но уже более уверенно.
Самойлов преодолевает расстояние в считанные секунды. Поднимает меня со стула, и накрывает с поцелуем мои губы, прижимая задницей к столу. Язык сразу же проникает между моих губ, и по полости расползается вкус крепкого кофе. Мурашки бегут по спине от места, где покоится его ладонь. Волоски на теле встают дыбом, внизу живота бурлит кипяток, а сердце готово выпрыгнуть из груди.
Обнимаю его за шею, сильнее прижимая к себе, и прикусываю нижнюю. Ник гортанно стонет, опуская руку на попу. Немного сжимает. Отрывается от губ и перемещается на шею. Я рвано дышу, мир вокруг перестаёт существовать.
И всё-таки дело не в Егоре. Дело в чувствах. В Николае. Он сумасшедший. Сумасшедше великолепный, несмотря на все свои подлости. Или это девочки по базе влюбляются в плохих мальчиков?
Сажусь обратно за стол и как ни в чём не бывало беру в руки бумажный стаканчик и отпиваю небольшой глоток.
— Если ты будешь целовать меня так за каждый букет, то я немедленно покупаю сеть цветочных магазинов. — Облизывает губы, и приземляется напротив.
— Это было один раз. Мне нужно было кое-что проверить. — Улыбаюсь, откусывая горячий круассан.
— И как?
— Что и как?
— Почувствовала что-то? — Снова самоуверенная ухмылка. — Тронуло? Загорелось? — Этот мужчина, будто умеет читать мысли. Даже страшно.
— Ничего необычного. — Пожимаю плечами. Не знаю зачем я вру, но отчего-то сказать ему правду я ещё не готова. Быть может это из-за того, что я ещё не отпустила Егора, а может из-за того, что попросту ещё не готова к новым отношениям.
— Сделаю вид, что я тебе поверил, и твоё частое сердцебиение, сорванное дыхание и скребущие по моей груди возбуждённые соски мне ни о чём не сказали. — Щёки заливаются краской и я отворачиваюсь к окну, наблюдая за проходящими мимо людьми.
— Ты в курсе, что ты слишком самовлюблённый, бестактный говнюк? — Фыркаю.
— А ты в курсе, что ты самая красивая, сексуальная и умная девушка в мире? — Поднимается с места, протягивая мне руку.
— Ты ещё и льстец. — Вкладываю свою ладонь и мы вместе возвращаемся на парковку.
— А ты ещё очень вредная. — Отвечает в моём тоне.
— Стрелочник! — Сажусь на пассажирское, сразу же перекидывая через плечо ремень безопасности.
— Блин.. — Тянет, выезжая на главную дорогу. — Закончились аргументы.
К заказчику мы приезжаем через полчаса. Девушка встречает нас у своего бассейна в открытом бикини, чем вызывает дикую, давно не выглядывающую ревность. Я вообще ревную очень редко и только если есть настоящий повод. Точнее так было с Егором. Сейчас же… мне хочется просто собраться и уйти. Идеальная фигура, шикарные волосы, ноги от ушей.
— Можешь так не краснеть от злости, — шепчет Ник, наклонившись над моим ухом. — она не стоит твоего мизинца. Её фигура — заслуга хороших пластических хирургов. Твоя фигура — заслуга богов.
— Я и не злюсь! — Булькаю раздражённо. — Просто я её где-то видела.
— Судя по твоему лицу, в гробу! — Отвечает улыбаясь. — Меня интересуешь только ты. Ты мне ещё не ответила, а я уже держу тебе верность. Поэтому ещё чуть-чуть и я стану очень голодным, и тебе придётся меня накормить. — От низкого хриплого голоса между ног моментально становится влажно.
Мы ещё пару часов работаем над дизайном колье, который появился в голове этой чудной дамы, и только после одиннадцатого эскиза, подписываем договор. Подставной, естественно. Изготовление будет проходить строго через нас двоих.
Потом мы с чистой душой вернулись в машину и направили свой путь обратно в офис. Но какого было моё удивление, когда вместо многофункционального модного здания я оказалась в придорожной посадке, окружённой хвойными растениями.
— Ник? — спрашиваю, когда мы тормозим и мужчина разблокирует двери.
— Кажется настал момент кормёжки.. — Улыбается, кивая на свой пах, вставший громадной палаткой.
— Ты же не собираешься..
— Трахнуть тебя на капоте своего
