свершивашийся факт.
* * *
Этим же вечером я возвращаюсь домой раньше обычного. Просто не могу находиться в офисе в дали от Ани и детей. Но, к моему удивлению в доме пусти. Ни Ани, ни детей, ни Кати. Через пол часа не выдерживаю. Звоню Ане первый раз, но она звонок сбрасывает. Звоню второй вообще выключает телефон. Номера Кати у меня нет. Мечусь по дому в бешенстве. Я готов убить Аню собственными руками. Неужели сбежала? Получается хотела усыпить мою бдительность мнимым перемирием, а сама сбежала?
К 8 часам входная дверь открывается. Я слышу смех Кати, потом Ани. Напряжение отпускает. Ругаю себя последними словами, что мог плохо думать о Ане. Не сбежит она. Правительно, сказала, детей наши отношения не касаются.
— Ну, Димка, ты даешь. Представляю что творилось с грымзой, — хохочет АняАня держа на руках нашу дочь, а я подвисаю на первой ступеньке лестницы.
Какого х*я мою жену обнимает какой-то додик? А она ему весело смеется. Сука… Ревность запускает когти в мое нутро, скребет за грудиной. Кулаки рефлекторно сжимаются. Прикрываю глаза, медленно выдыхаю
— Упс, — а это Катя
— Ань… - ага, зовет Аню, потому что та слишком увлечена мудаком. Даже меня не замечает.
Аня наконец-то поворачивается и мы встречаемся взглядами. В её глазах проскальзывает паника, но она быстро берёт себя в руки. Гордо вскидывает подбородок
— Ты сегодня рано, Денис. У меня гости. Мы в детскую пойдем.
Гости. Гости. Гости.
У моей жены, ладно бывшей жены в гостях какой-то пацан. Её ровесник. Смотрит на меня с вызовом и руку с талии Ани не убирает. Что мне, блять, делать? Хочу втащить ему. Так хочу, что зубы сводит и руки чешутся, но имею ли я на это право?
— Дим, это мой бывший муж, Денис. Денис, а это Дима, мой... Друг. Мы вместе работали в нижневартовске.
Блять, они спали. Моя жена, моя Аня встречалась с ним. Ну, какой, нахрен друг примчится через пол страны к подруге? Бредятина. Между мужиком и бабой не может быть дружбы.
Сука, любовники. Это сюр какой-то. Как у неё хватило смелости привести в дом своего любовника? Может ещё в своей комнате поселит? И к детям допустит? Конечно, это я подонок, в глазах Ани, а на него она вон с какой нежностью смотрит.
Дима сдержанно кивает, я же… Я не отвечаю. Молча подхожу к Ане, молча забираю Алену из её рук, Егора из рук Кати и иду на вверх.
В детской кладу детей на диван. Руки трусятся, у меня блять трусятся руки. Даже замок на комбинезоне нормально расстегнуть не могу. Егор спит, даже не просыпается, когда я его раздеваю и перекладываю в кроватку, а вот Алена хлопает ресничками, засовывая в рот ворот комбинезона.
— Эй, — улыбаюсь, поглаживая нежную щечку
— Это совсем невкусно, малышка, — снимаю комбинезон и подхватываю дочь на руки. Прижимаюсь носом к макушке и с удивлением отмечаю, что успокаиваюсь. Лёгкие наполняет неповторимый детский запах, такой сладкий... Сердце бьется о ребра, грозясь выскочить наружу.
— Мог бы быть повежлевей, — шипит Аня, фурией врываюсь в комнату.
Я говорил о спокойствии? Так вот, его нет. Сука, какая наглость. Это я виноват, что не достаточно вежлив с её любовником? Смешно. Зато, теперь я понимаю, что чувствовала Аня, считая, что я ей изменяю. Я бы не простил. Честное слово, не смог. Делить с кем то любимого человека? Знать, что её тела касается другой? Ласкает, трогает, целует… Нет. Нет. Я слишком собственник, чтобы смириться.
Аккуратно, кладу Алену в кроватку и поворачиваюсь к Ане. Она метает молнии глазами, дышит тяжело, надсадно
— Какого хера, Аня? — сам удивляюсь, как спокойно звучит мой голос. Через чур спокойно. Затишье перед бурей, блять.
— Какого хера, Денис, — в тон мне отвечает Аня
Делаю шаг вперед, напирая на неё. Даже не шелохнется. Не боится. Считает себя правой.
— Если ты хотя бы чуть-чуть уважаешь меня, то должен уважать моих гостей. — выпаливает Аня, вскидывая голову.
Закрываю глаза. Дышу носом.
Раз.
Два.
Три.
Взрыв. Эмоции берут верх. Хватаю Аню за волосы. Не больно, но ощутимо. Слегка тяну назад так, что она выгинается и впечатывается в мое тело.
— Громов, ты совсем офанарел? — шипит возмущенно, царапая мою руку.
— Это ты офанарела, Громова, — рычу ей в рот
— Как у тебя, блять смелости хватило привести своего любовничка в наш дом?
Аня задыхается, её глаза широко распахиваются, а в следующий момент, я чувствую, как мою щеку обжигает пощечина.
— Больной ублюдок. — толкает и я расстерявшись отступаю.
— Ты нихера не изменился, Громов, — Аня тычет пальцем мне в грудь.
— Я в отличии от тебя себя уважаю и не собираюсь прыгать в койку к первому встречному. Я могла бы сейчас соврать, Громов, сказать, что Дима и вправду мой любовник, но я не стану этого делать. Для меня секс это не просто удовлетворение физической потребности. Понимаешь? Я в отличии от тебя сердцем живу, а не тем, что в штанах.
Слова Ани попадают точно в цель. С глаз, как-будто пелена спадает. Это же Аня. Моя Аня. Она девственницей до 21 года была. Она меня выбрала. Она все еще моя! Сам бы себе морду набил, если б мог.
Аня обходит меня, задевая плечом. Останавливается у окна, обхватывает себя руками
— Уходи, Громов. И, забудь все, что я тебе сказала днем. Не будет у нас с тобой нормального общения.
Я хочу подойти и встряхнуть её за плечи, чтобы не несла ерунду. Все у нас будет, обязательно. Я землю грызть буду, чтобы её доверие заслужить.
— Мы говорим на разных языках и думаем по-разному. Дима мой друг. Хотя я знаю, что он влюблен в меня и приехал не просто так. Он надеется на взаимность и знаешь, Громов. — снова смотрит на меня
— Я помогу Диме с работой. Он по образованию архитектор. Хочу, чтобы попробовал поработать в фирме отца.
"он надеется на взаимность" Это все, что я выловил из тирады Ани. Сука. Я просто убью его. Убью, чтоб слюни на неё не пускал. Это моя женщина! Моя!
— И я прошу тебя мне не мешать, Громов.
Что мне сказать? Конечно, дорогая, помогай влюблённому в тебя додику?
— Хотя твое мнение ничего не изменит. — продолжает Аня, уничтожая меня
— Как и не изменит тот факт, что я собираюсь дать шанс нашим с Димой отношениям..
Глава 19
Наше время..
Я не знаю, что со мной происходит. Не могу логически
