перенял тюремную манеру общения.
– Нам больше не надо с ними разговаривать, – шепчу я на ухо Стеше. – Пойдём искать дочку…
Через пять минут блуждания по особняку, мы действительно, находим нашу Сонечку. Она сидит заплаканная на полу в куче игрушек, а перед ней сидит Юля на импровизированном троне и пытается давать Соне какие-то приказы.
Я всегда подозревал, что Юля – не моя дочь. Но до недавнего момента я и вспомнить не мог о том, почему я в приницпе принял тот факт, что дочь – моя. Между нашими двумя ужинами Света напоила меня какой-то дрянью и сделала компрометирующие фото.
И, как последний дурак, повёлся на это.
– Мама, мама! – Соня в слезах вскакивает с пола и бежит к Стеше, чьё лицо так же мокрое от слёз. – Ты приехала за мной, мама!
– Солнце моё, – плача, отвечает Стеша, прижимая к себе дочку, – я же обещала тебе, что спасу тебя…
Бывшая жена смотрит на меня и одними лишь губами шепчет “спасибо”.
А большего мне и не надо. Я уже сделал всё, что хотел. Наказал всех сволочей, которые украли у нас несколько лет счастливой жизни, украли ребёнка.
Но сейчас все получили по заслугам.
***
Стефания
Несколько часов спустя
Мы вернулись домой. Соня, которая с недавних пор до ужаса боится самолётов, перенесла полёт не очень хорошо, но виктор так успешно отвлекал малышку, что под конец ей даже понравилось летать.
В ходе их игры соня случайно назвала Виктора папой…
– Она такая замечательная девочка, – шепчет Виктор, глядя на крепко спящую в своей кроватке дочь.
– Да, – едва дыша, отвечаю я. – Спасибо… Спасибо тебе за неё. За то, что помог её спасти…
Чувствую, как теплая ладонь Виктора сжимает мои холодные пальцы.От этого моё сердце начинает биться чаще…
– Пройдём на кухню. Нам нужно многое обсудить…
На ватных ногах следую за бывшим мужем. Я знаю, о чём он хочет поговорить, и… Я боюсь признаться в этом самой себе, но, в глубине души я очень ждала и надеялась ,что этот разговор когда-нибудь состоится.
– Стеша, я… Я очень перед тобой виноват. Я оставил тебя в самый сложный момент нашей жизни, но…
– Ты вспомнил? – ошарашенно спрашиваю я. – Этого не может быть. Как?
– Тот поцелуй… Меня как током ударило. В это сложно поверить, но я словно очнулся от кошмарного сна. В моей памяти были пробелы, но сейчас они все заполнены воспоминаниями. О нас с тобой, Стеша…
У меня сердце кровью обливается. Ведь так просто не бывает…
– Я должен кое-что выяснить, – продолжает Виктор. – Знай… Одно твоё слово, и я никогда больше не появлюсь в твоей жизни. Но… Если у меня всё ещё есть шанс на то, чтобы вернуть тебя… Чтобы вновь завоевать твоё доверие и любовь – я буду бороться. Бороться за нас.
По моим щекам текут слёзы.
Никогда не думала, что смогу так быстро простить человека, но… Как оказалось, прощать его было не за что. Да, он оступился, но в итоге он оказался точно такой же жертвой обстоятельств, как и я.
– Виктор, я… – еле дыша, произношу я, – я боялась, злилась и ненавидела тебя. Я ведь была уверена, что ты предал меня. разлюбил и выбросил, как ненужную вещь, но… Я была так слепа! Я не должна была так сразу верить во всё…
– А я должен был просто поговорить с тобой по душам, – Виктор целует мои холодные руки, – просто поговорить… Я люблю тебя, Стеш. Всегда любил и буду любить. Пожалуйста, прости меня…
ЭПИЛОГ
Два года спустя
– Дело Боровиных закрыто! Светлану Боровину осудили на пятнадцать лет колонии строгого режима за причинение тяжких телесных повреждений, за поджог, превышение должностных полномочий, за похищение человека… Эй!
Виктор вынимает из моих рук газету, которую я, почему-то, решила почитать. Никогда не читала газеты, но, увидев в утреннем выпуске знакомые фамилии, не смогла удержаться.
– Не отдам, – улыбается Виктор, – да, их всех посадили. Их бизнес по кусочкам разделили между собой их партнёры, и после того, как эти мерзавцы выйдут на свободу, работу выше дворника им не найти. Поделом…
– Да, – задумчиво произношу я, поглаживая свой округлившийся живот. – Что-то затянули они с приговором. Дело-то завели довольно давно…
– Ты ведь знаешь, сколько сил было приложено, чтобы вывести их на чистую воду. Оказалось, что история с нами – лишь верхушка айсберга. Там вся семья Боровиных оказалась с рыльцами в пушку. Отца Светланы посадили за отмывание денег в особо крупных размерах… Но всё, хватит. Не нужно тебе беспокоиться по пустякам, дорогая.
Муж присаживается рядом со мной на кухонный диван и нежно целует в лоб. Сыночек в моём животе тоже оценивает этот жест и отвечает на него радостными пиночками. К нам подбегает подросшая Сонечка и пристраивается между нами с Виктором.
– Мама, папа… Я вас так люблю!
– И мы с мамой тебя тоже очень сильно любим, – отвечает дочери Виктор.
Мы с мужем долго восстанавливали наши отношения. Начинать с нуля всегда тяжело, но мы справились. и сейчас в нашей семье царят полное взаимопонимание и доверие.
Тяжело проходить через то, что прошли мы, но… Говорят ,что небеса не посылают нам испытаний, которых мы не можем пройти. Нам было тяжело. Но через боль, слёзы и потери мы, наконец ,вновь обрели счастье друг в друге.
Теперь уже навсегда.
Конец.
