перестала выскакивать на асфальт под свет фар, пролетающих мимо автомобилей. Ни один из них не хотел подобрать приведение в белом платье. Ноги по колено в грязи. Мокрые волосы спутались. Неизвестно, поверила бы сама на их месте в то, что не ожившая невеста Дракулы?
Визг тормозов и резины джипа вывел из состояния зомби. Ошарашенно вскинула голову, уставившись на торчащего из открытой двери мужчину.
— Что ты забыла тут, чучело? Деревня Вяземка знаешь где?
Вопрос показался обидным. Лика огрызнулась, постукивая зубами.
— Тебя поджидаю. Прислала бабушка с пирожками, — прозвучало неубедительно жалобно.
Мужчина не отступал.
— Ну, так я уже здесь. Прыгай в машину!
Злясь на весь мир, девушка сгорбилась, пряча посиневшие ноги под грязной прелестью мокрого платья.
— Проститутку поищи на кладбище! — она взвешивала, что предпочтительнее: умереть от переохлаждения или быть изнасилованной?
— Я думал ты одна из них.
Зубы предательски отстукивали чечётку.
— Ошибся, — говорила через красную пелену перед глазами. — Таким не даю.
— На тебя сейчас и у мертвеца не встанет… — Властный рык послышался словно издалека: — Садись, говорю!
Чьи-то руки коснулись лица.
— Босс, да она вся горит… — Последнее, что расслышала перед тем как провалиться в спасительную темноту.
Глава 3
Лика бежала по ромашковому полю вслед за мамой. Белое платье мелькало далеко впереди. Светлые разбросанные по плечам волосы блестели на ярком солнце. Она кричала, но не слышала собственного голоса:
— Мама, мамочка, подожди меня! Я с тобой…
Жаркие лучи безжалостно били в глаза. Полю не было конца и края. Ноги заплетались. Губы стягивало жёсткими корками. Кричать стало больно. Саднило горло. Лицо намокло от пота. Волосы били по голым плечам мокрыми прядями. Пахло потом.
Она из последних сил набрала в лёгкие воздух и крикнула, желая остановить уходящую в светлое облако маму:
— Забери меня!
Та развернулась, прежде, чем переступить клубящийся порог между светлым полем и тёмным лесом. Голубые глаза сияли любовью.
— Рано тебе ко мне. Не стремись. Всё наладится, солнце моё. Доверься ему!
— Кому? — кричала уже в темноту. Душу сдавило отчаяние. Одна на переходе между темнотой и светом….
— Вы можете открыть глаза?
Совсем другой голос. Мужской, требовательный. Прозвучал над самым ухом.
Лика с трудом разомкнула тяжёлые веки. В узкую прорезь чуть приоткрытых глаз ударил дневной свет и тут же был закрыт мужским лицом. Серые глаза незнакомца с одобрением смотрели в голубые.
— Ну, вот. Теперь вижу, что живая.
Послышался звук придвигаемого стула.
— Ох, и напугала ты нас, чучело!
Лицо мужчины незнакомо, но наглый голос и манера говорить свысока…
Перед глазами пролетели последние события, которые помнила. Тот самый хам, что искал деревню. Она хотела нахамить в ответ, но изо рта вырвался непонятный клёкот.
Он усмехнулся.
— Есть своя прелесть в том, что ты не можешь говорить, но как-то обидно. Неделю вытаскивали с того света, а ты спасибо не в состоянии сказать.
Лика пыталась понять, где находится, но тонкая шея никак не могла повернуть тяжёлую голову.
Голова болела, как и каждая клеточка измученного тела.
Не верилось, что находится здесь неделю. Хам, скорее всего, наврал, но с какой целью? Ни одному мужчине, чуть симпатичнее обезьяны она больше не доверяла. А этот был намного приятнее, чем шимпанзе. Если зрение не подводило. Со второй попытки заговорить получилось едва различимое сипение:
— М-мн-е-е-е бо-о-о-льно.
Он кивнул.
— Тогда говорить буду я. Хочешь спросить, где ты?
Худенькая, измождённая девушка на секунду прикрыла глаза.
Незнакомец обрадовался.
— Вот и нашли способ общаться. Ты находишься в клинике. Переболела какой-то там необычной пневмонией. Кризис миновал. Через три дня хочу забрать тебя домой.
Она округлила глаза. Какой дом? Он точно маньяк или имеет на неё какие-то виды.
Мужчина продолжал лить слова:
— Нужно оформить выписку. Документов при тебе не было. Буду называть буквы алфавита, а ты кивни, когда попаду. Хорошо?
Ей было непонятно, зачем брутальный, очень небедный мужик возится с оборванкой подобранной в жопе мира. Как вообще он там оказался? Неужели на самом деле искал деревню?
Называть свои инициалы нельзя, Родиона тем более. Постепенно она осмотрела одноместную палату. Сразу возник вопрос: за чей счёт банкет в больнице, где день пребывания не с одним ноликом на конце.
Она показала глазами на воду. Может, продавит ком в горле и сумеет заговорить. Не помогло. В горле больно першило.
Хам продолжал:
— Я оказался на той дороге не просто так.
Лика напряглась. Она ещё там, на лавке, поняла, что богатые Буратины не мотаются по заброшенным деревням.
— Искал родственницу. Сразу скажу, что не нашёл. Неправильный указали адрес.
Если бы она могла говорить, рассказала бы про заброшенную деревню без полиции и сельсовета.
В палату заглянул высокий, худой мужчина в белом халате. Увиденное порадовало доктора. Он бодро переступил через порог.
— Я вижу, больная очнулась? Отлично, сейчас осмотрю… — Он разговаривал с посетителем, словно Лика была приложением к нему: — Глеб Фролович, удалась узнать её имя?
Вот и узнала имя высокого, мощного супермена в сером костюме.
К сожалению, она не могла возражать против присутствия хама. Её, как куклу, переворачивали с боку на бок. Задирали вверх сорочку, оголяя грудь, худенькую спину. Она могла лишь мычать в знак протеста.
Глеб с усмешкой смотрел в голубые глаза, наслаждаясь бессовестностью стриптизёрши поневоле. Он прошептал, внятно двигая губами.
— Идеальная жена!
— Как раз над этим работаем, — предназначалось врачу. — Она не говорит.
— Ещё бы. С таким горлом… — Доктор, закончив беглый осмотр, стягивал с рук перчатки: — Нам сегодня поступил запрос из полиции. Разыскивают Осипову Лику Анатольевну. Это случайно не вы? — Он перевёл взгляд на больную.
От страха прибавились силы. Лика покачала головой.
— Не разобрал. Ты или нет? Если да, сомкни веки, — вмешался спаситель.
Девушка округлила глаза, боясь моргнуть, чтоб не приняли за «да».
Глеб приподнял бровь.
— Нет. Не она.
Врач сделал запись в прикрепленной к кровати табличке. Он ещё раз взглянул на замершую с выпученными глазами больную.
— Уже понял. Просто по описанию внешность подходит и одета была в свадебное платье.
— Ту невесту уже давно утащил в горы влюблённый джигит или она рванула прочь от семейного счастья. Пусть ищет далеко за пределами области.
Доктор хмыкнул, добрыми глазами взирая на больную.
— Я тоже об этом подумал. От хороших мужей не сбегают во время свадьбы. Пойду, дам ответ. Такой пациентки в нашей клинике нет.
Глеб плотно закрыл за ним дверь и обернулся к больной. Мощные руки выразительно сложились на груди. Пристальный взгляд гипнотизировал блондинку.
— Так
