расслабилась и откинулась на спинку стула.
— Выделяюсь среди серой галантной массы, — согласился я, — не люблю проигрывать, знаешь ли.
— Это я уже поняла, — мурлыкнула она как кошка и тепло посмотрела на меня.
— Ну так что? Ты согласна принимать мои агрессивные ухаживания? — с улыбкой уточнил я.
— Думаешь, у нас получится?
— Без вариантов!
— Хасан, у нас дети-подростки. И ты… И я… У нас обоих есть большой багаж из прошлого. И ты командуешь!
— Багаж сдадим, с подростками договоримся, — быстро решил я.
Она посмотрела на меня округлившимися от шока глазами, а потом засмеялась. Звонко и так легко.
А меня уже было не остановить.
Это семейная черта. Мы сначала долго думаем, а потом прем, как танки на Берлин, — не остановишь.
И я много думал о своей жизни, время было. И принял решение. Настя всегда останется в моем сердце, я всегда буду помнить ее и любить, но я должен попробовать стать счастливым еще раз.
Возможно, Аллах даровал мне второй шанс любить в этой жизни и отказаться от его дара я не мог. И не хотел.
Я с Данелией оживал. Сам не заметил, как в череде скандалов сбросил толстый слой льда, которым сам себя покрывал долгие годы, начал чувствовать эту жизнь, радоваться, злиться, улыбаться. Словно я воскрес, вернулся из небытия и серости.
И я снова захотел жить! И если я совершал ошибку, то, когда предстану перед Аллахом, мне все воздастся. А сейчас мое сердце решило за меня, выбрав эту колючую, строптивую женщину, и я готов был пойти у него на поводу.
— Хорошо, — наконец решила Данелия, — я принимаю твои агрессивные ухаживания, но предлагаю больше не торопиться, а узнать друг друга.
— Начнем с Гриши, — сразу же согласился я.
А Данелия снова звонко рассмеялась. Утерла уголок глаза пальчиком, а потом заговорила:
— Он тоже наш бывший одноклассник, а сейчас устанавливает пожарные сигнализации и потолки. Я просто советовалась, что мне делать. Ты сам видишь, что я ничего не смыслю в ремонте. А еще я только что лишилась ремонтной бригады, а Гриша обещал…
— Я найду тебе бригаду, — пообещал я.
— Хасан…
— Что? Я опять тороплюсь, и тебе ремонт не горит? — не понял я.
— Горит. Это сложно объяснить, но я должна сама… И я не одна, а с Яниной и…
— Подожди, — потребовал я.
Поднялся, взял свой стул, обошел стол, поставил рядом с ней, сел и уже мягче попросил:
— А теперь с самого начала и подробно. Кто такая Янина, почему вы вместе и какого шайтана ты должна сама… Не смотри так, сама сказала: мы не торопимся и узнаём друг друга. Так чего тянуть? Рассказывай!
Глава 24
Данелия
— А может, это?..
Янина сидела на моей постели, а я нервно доставала из шкафа одежду, примеряла и отбрасывала на стул.
— Или такие брюки неуместны на скалодроме? А наверх что надеть? Водолазку? Яна, прекрати ржать!
Подруга уже держалась за живот и только тихо подвывала от смеха, глядя на мои попытки выглядеть уместно и привлекательно на нашем субботнем рандеву на скалодроме.
— Я не смеюсь, честно, — она надула щеки и попыталась состряпать серьезный вид, но глаза выдавали ее с головой.
— Что мне надеть? — взвыла я, падая на постель рядом с ней. — Боже, я чувствую себя первокурсницей, за которой ухаживает самый популярный парень в универе!
— В какой-то степени так и есть. Кто сказал, что в нашем возрасте нельзя влюбиться как студентка и потерять голову?
— Вроде как опыт намекает, что это не очень разумно, — улыбнулась я.
— Опыт — страшная вещь, — согласилась Яна, — но когда сердце бьется криво в сторону привлекательного и властного бородача, то опыт пасует.
— Так заметно? — сморщила я нос.
— Дана, ты уже тридцать минут истязаешь свой шкаф в поисках «того, не знаю чего». В последний раз я тебя такой видела, когда ты начала гулять с Дэном, а это было много лет назад.
— Не напоминай, мне кажется, что это была какая-то другая жизнь, — призналась я.
— И что вы с ним решили? С Хамидзе? — пояснила Янина.
— Он предложил свою ремонтную бригаду, с которой он сам давно работает. Еще есть вариант нанять ту, что мне рекомендовал Гриша. Яна, Рустам никуда не годится!
— Есть подозрение, что твой Хамидзе просто уволит нафиг Гришиных работяг, бери сразу у него, — прыснула Яна. — А Рустам да, никуда не годится. Я позвоню Веронике, которая мне его рекомендовала, и все расскажу. Подозреваю, что Рустам берет за свои услуги чуточку больше, чем деньги, а я у себя одна и на такие подвиги даже в самые безбашенные годы была не способна.
— Да, он явно на тебя запал, а когда понял, что ему ничего не светит, — стал халтурить! — согласилась я.
— Так и чем закончился ваш прошлый разговор у него в кабинете? Ты сдала крепость новому захватчику?
— Яна… — я, кажется, покраснела. — Не сдала! Мы говорили, точнее, он спрашивал, а я отвечала. А потом мне нужно было ехать за мальчишками. А он проводил. На своей машине ехал за моей на тренировку. Это романтика для тех, кому за тридцать — гулять каждый на своей машине. А потом мы не виделись, только созванивались по вечерам. И долго болтали.
Мы с подругой переглянулись и засмеялись.
— Целуется хоть хорошо?.. Что? У меня нет своей личной жизни, дай хоть за тебя порадоваться.
— Отлично он целуется, — пробурчала я.
— Борода щекочет?
— Янина, — прыснула я.
— Что? Я подумываю расширить поиск и тоже поискать кого-то бородатого, интересуюсь на будущее, — засмеялась подруга.
Поднялась и сама нырнула в мой шкаф.
— Тебе нужно начать выходить в свет, — решила я, — потому что ты много работаешь и почти не выходишь из дома. К сожалению, принцу на белом коне будет сложно подняться на третий этаж. Особенно коню.
— Кстати, о принцах на белом коне. Ты же помнишь, что в Средние века все имущество родителей доставалось старшему сыну? А младшим сыновьям доставалась только лошадь.
— Белая? — уточнила я.
— Да. Чаще всего именно белая. И вот представь: в бою с таким конем не спрячешься в лесу. В армию не возьмут, в банду тоже, потому что белая коняшка его попалит еще до того, как они подойдут к цели. Так что принц на белом коне — это средневековый бедолага и альфонс без рода и племени.
— А альфонс почему? — не поняла я.
— А чтобы выжить, такие женились на невестах с приданным, что им еще оставалось, если никуда не берут? — развела руками Яна. — Так что
