Софи Уэстон - Мне без тебя не прожить

Он ничего не ответил.

Через открытую дверь она увидела большую неубранную комнату, полную книг. Из окна открывался вид на реку.

Он не хочет, чтобы я заходила. Он никогда не простит меня. У него здесь кто-то есть. Женщина. Я мешаю ему.

Но она не могла бросить все и уйти, пока остается хоть малейший шанс все вернуть.

Наконец он ответил:

- Неужели ты правда думаешь, что меня интересует только победа?

- Нет.

- Ты веришь, что я никогда не чувствовал ни к одной женщине того, что чувствую к тебе?

- Да…

- Я докажу тебе это, - сказал он и, отбросив бутылку шампанского, подхватил ее на руки.

Несколько часов спустя Эннис приподнялась, чтобы вытащить «Архитектурный дайджест» из-под обнаженного плеча.

- Коста?

- Ммм?

- Я верю тебе. Правда. Но что это за женщина, у которой ты останавливаешься в Сиднее?

Коста рассмеялся.

- Моя мать. К тому же она пользуется моей машиной, когда меня нет. Я приезжаю три раза в год и отбираю машину.

- О, я так и думала, - обрадовалась Эннис.

- Лгунья, - пошутил Коста. - Мне нравится, когда ты ревнуешь.

- Я не ревную к твоей маме! - возмутилась Эннис.

- Моя мать думает, что я божество, - он поцеловал ее в живот. - Но ты можешь переубедить ее.

Эннис поймала его руку и прижала к груди. Его пальцы инстинктивно начали ласкать ее.

- Не знаю, - задрожала она под сладостными прикосновениями его пальцев, - не знаю…

Шесть месяцев спустя они отдыхали на пляже рядом с замком. Коста плавал, а Эннис лениво растянулась под навесом, который муж смастерил специально для нее. Апрельское солнце было на удивление жарким. Она наслаждалась теплом.

- Мне нравится это место.

Коста уже успел загореть. Его зеленые глаза сверкнули.

- Я знаю.

Они предавались здесь любви при солнечном свете и под звездным небом.

Коста сел рядом и положил ладонь на ее пока еще плоский живот.

- Хочешь, этот заливчик будет только нашим? Если хочешь, я могу запретить всем приходить сюда.

Эннис отрицательно покачала головой.

- Нет, это место и так наше. Я хочу, чтобы все были так же счастливы, как мы с тобой. - Их пальцы переплелись. - Ты же сам говорил, что здания должны принадлежать людям, которые в них живут. То же самое с морем и пляжем.

- Я передумал, - пошутил Коста.

- Мой пляж? Мои скалы? - спросила она, смеясь.

Он наклонился и поцеловал ее.

- Моя жена. Мой ребенок, - поправил он.

Эннис блаженно вздохнула.

Он поцеловал их переплетенные пальцы и добавил:

- Моя любовь.

Сентиментальный роман английской писательницы Бронте.

Итальянский художник, прославившийся своими венецианскими пейзажами.