Рэчел Маккензи - А я права

– Вы близкие родственники? – поинтересовался он.

– Она его жена, – не моргнув глазом, солгал Джек, – но они немного повздорили, поэтому он мог и не упомянуть ее.

– Не упомянул. В истории болезни ближайшим родственником записана его мать из штата Аризона. – Доктор присматривался к Дасти, а она уставилась на него, борясь с желанием вырвать из его пальцев медицинскую карточку и узнать наконец, какая дверь отделяет ее от любимого человека. Уж не решил ли Мигель, что она ему ни к чему?

– Пожалуйста, – прошептала она.

Доктор сверился со своими часами и снисходительно усмехнулся.

– Милые ссорятся, только тешатся, – со знающим видом сказал он Джеку. – Может, он будет спать спокойнее, увидев вас. Можете побыть с ним пять минут, юная леди, но помните… – погрозил он пальцем, – никакого волнения, У нас была свободна только одноместная палата, так что можете поцеловать его и помириться с ним, но не больше. – И он подвел их к двери палаты Мигеля.

Она остановилась в дверях, свирепо взглянув на идущего за ней доктора.

– Я оставлю вас одних, – пообещал он. – Но хочу сначала убедиться, что он узнал вас.

Они подошли к кровати. Теперь его голову украшала большая белоснежная повязка, резко выделяющаяся на фоне его черных волос и смуглой кожи. Лицо казалось вытянутым, изможденным. Сон, похоже, не освежал его.

– Мигель! – Его веки дрогнули, в открывшихся глазах проглянула боль. Но он моментально узнал ее, выдохнул ее имя и потянулся к ее руке. Она скорее почувствовала, чем увидела, что доктор оставил их. – Подождите! – позвала она. – Ему больно. Нельзя ли что-нибудь сделать?

Доктор покачал головой:

– Слишком рискованно. Мы должны быть уверены, что его мозг функционирует нормально, а наркотики затуманят его. – Он вышел и притворил за собой дверь.

– Я забираю тебя отсюда, – решительно произнесла Дасти. – Мы можем остановиться у Уэйна, и я буду будить тебя каждые полчаса.

– Тебе необходимо отдохнуть, – возразил Мигель.

– Положись на меня, говорил ты! – парировала она. – Так вот, теперь ты положись на меня. Я тебе говорила, что я не тепличный цветок, нуждающийся в утешении и защите. Я поставлю будильник и как-нибудь переживу одну суматошную ночь. Как иначе я научусь полагаться на тебя, если ты не желаешь полагаться на меня? Он широко раскрыл глаза и присвистнул.

– Уж не означает ли это, мой прекрасный подорожник, что ты выйдешь за меня замуж и нарожаешь мне детей?

Дасти опустилась на стул рядом с кроватью и долго смотрела на переплетенные пальцы их рук.

– Мы будем учить наших детей путешествовать на джипе и с рюкзаками за спиной, когда они подрастут?

– Ну… – заколебался он, и она взглянула ему прямо в глаза. – Ты не считаешь, что сначала должна обучить их отца? – Проблеск его обычной дразнящей улыбки стер боль с его лица – Начиная, скажем, с долгого медового месяца с рюкзаками за плечами в этом прекрасном краю, но только без мазуриков и «пушек»?

Дасти забыла, что находится в больнице и что у Мигеля раскалывается голова.

– Да! – крикнула она и упала в его ждущие объятия.

Коктейль, украшенный ромашкой (исп.). – Здесь и далее прим. пер.

Легкая закуска (исп.)

Пирожки, сдобренные перцем (исп.)

Сорта мексиканского пива (исп.)

Мексиканская водка из кактуса.

Да, мама, Дасти Роуз мне очень даже не безразлична (исп.)

Тип пиццы (итал.)