и дел, которые нужно сделать все разом, чтобы не пропасть в этом месте.
День закончился, едва начавшись. Вечером мы с Дарией поужинали кашей с кусочками овощей. Каша с пылу и жару была вкусной и сытной, сейчас холодное блюдо уже не казалось таким аппетитным.
— Госпожа Эльнара, — дайте я осмотрю ваши руки, — предложила служанка.
Я покосилась на сборники, которые аккуратно сложены на столике, и ступку, накрытую тканевым лоскутом, в которой сложена наша, можно сказать, волшебная мазь. После того как зелёная масса постояла, она загустела и стала немного вязкообразной.
Дария принесла ступку и развязала тканевые бинты на моих руках, которые размокли от воды.
— Думала, будет хуже, но всё не так уж плохо, — произнесла задумчиво Дария.
Я вымыла в тазу руки чистой водой с мылом и присела рядом с Дарией.
— Госпожа, — Дария указательным пальцем втирала мазь в покрасневшие участки кожи, — нам бы самим не мешало искупаться.
— Я знаю, — со вздохом ответила служанке. — Ванная комната была в левой части дома, — я кивнула в сторону лестничного проёма. Темнота скрывала длинный коридор, который ведёт в хозяйственные комнаты дома. В правой части дома были кладовые, ванная комната и прачечная.
— Брр, — передёрнула плечами Дария, — я даже боюсь туда смотреть.
— В доме все окна заколочены досками, поэтому внутри так темно, — пояснила служанке. — Завтра начнём с этой части дома, — я покосилась на тёмный проём за лестницей.
Дария только глубоко вздохнула в ответ. Сириус закатился за горизонт, и в доме мгновенно стало темно.
— Давай опробуем лампу, — предложила Дария, которая развязала юбку.
— Ох, не думаю, что она рабочая! Не хватало вам, госпожа Эльнара, ещё раз обжечься!
Не хватало… Но взгляд то и дело падал на книги и рукописи в твёрдом переплёте, оставшиеся мне от матери. Глаза слипались после трудного дня, но так хотелось полистать труды своей матушки. Я плохо помнила своих родителей, лишь размытые, неясные образы всплывали в голове. Обрывочные воспоминания…
Я стянула своё серое платье и облачилась в халат. Подошла ближе к круглому чёрному столу, который мы отмыли с Дарией. Выглядел он удручающе, но первое время послужит. Открыв пробку бутылочки, вдохнула запах аморового масла, которым заправляют лампадки. Залила в отверстие и, щёлкнув хамматом, поднесла к фитилю лампы. Тонкий огонёк заплясал в широком носике, отбрасывая причудливые тени на стены дома.
— Получилось⁈ — Дария в одной ночной рубахе подошла ближе и уставилась на лампу.
— Рабочая, — удовлетворённо прошептала я.
За исключением ожогов от плюща, всё складывалось неплохо.
— А если огонь в окнах увидят и пожалуют к нам в гости? — Дария покосилась на лампу.
— Окна заколочены досками, — возразила я служанке.
— Но не совсем плотно. Учитывая, что мы на возвышенности, наш огонёк в окнах виден далеко.
— Дария, не накручивай… Ни себя, ни меня. Купаться и спать, — отрезала я, нахмурившись.
Купание было скромным. Обтирались мокрыми тряпками, которые смачивали в небольшом тазу с водой.
Дария сразу же нырнула под одеяло и уснула. А я, преодолевая усталость, присела за письменный стол и пробежалась по первым страницам рукописи.
Первые травяные сборы были от простуды. Большой раздел был разбит на несколько частей. Сборы от болезней дыхания, почечных болезней, воспаления костей и для лечения реваматоза. Сборов было много, и они шли по возрастающей, в зависимости от сложности. Последние травяные сборы от простуды состояли из двенадцати и более трав. Некоторые составные части собирались в разные периоды, и для использования шли самые разные части растения. На одном из травяных сборов каллиграфическим почерком выведено:
Опробовано на Эльнаре. Результат прекрасный. Простуда отступила на третий день.
— Мама, — полушёпотом вырвалось, и даже слёзы выступили на глазах. — Всё бы было по-другому, если бы вы с отцом были живы.
Я быстро пробежалась по строкам: коренья маданы, листья илосиса, листья вортана, семена шграда, листья игирьдии, сок тимяна.
Хмм… Все травы нашла в сборнике. А почему бы и нет? Обычно в городе есть лавки, торгующие травами и сборами. Если предложить свои сборы? На вырученные средства можно было бы запастись продуктами.
Вторую половину дня решила потратить на сбор трав. Правильно высушив, сделаю сбор от простудных болезней по рецепту матери. Возможно, получится продать, потому что список первоочередных вещей рос как на дрожжах.
— О! Дрожжи! — я внесла запись на лист пергаментной бумаги, исписанный почти до самого края.
Муку я записала, а вот о дрожжах совсем позабыла. Как Миаза выпекала румяные лепёшки, я прекрасно помнила, но вот последовательность…
Что ж, будем учиться. Вот только как это сделать на печи, которая обвалилась?
Я подхватила лампу за изогнутую ручку и подошла к окну. Через щели в досках взглянула на полный, холодный диск Юдании*, заливший долину холодным светом. Усадьба стояла на возвышенности, и поселение, широко растянувшееся в долине Сэлл, было видно словно на ладони.
Набрав в легкие воздуха, задула огонь в лампе.
Обычно Верховным в дракаре становился наследник управляющего дракона. Но были исключения, и Верховный назначался Указом короля, как это случилось в Селиосе. Старый Верховный дракон так и не оставил после себя потомства, и Флабий Дартогорийский назначил нового Верховного. Об этом я узнала, находясь в имении дядюшки.
На противоположной стороне от усадьбы — большой замок Верховного в свете Юдании, на который, словно на магнит, уставилась, оперевшись о старые доски подоконника.
Красивый, мрачный красавец с башнями, пики которого тянулись к перистым облакам, расположился у подножия горы. Чтобы попасть в замок, нужно преодолеть дорогу в гору среди лесного массива.
Даже отсюда было видно, что замок подсвечен огнями наружных фонарей и люстр внутри больших залов замка. А у меня одна скромная лампа, масло в которой приходится экономить.
Перевела взгляд на Юданию. На её голубом фоне красивые линии мощного крыла виднелись чёткими, прочерченными линиями. Чёрный дракон завис в воздухе, осматривая свои владения.
Всё-таки он невероятно красив. От гордо поднятой головы — плавный изгиб шеи до мощной спины дракона. А крылья… Большие, с разделениями на секции, соединённые между собой плотной соединительной тканью. Драконы покрыты чешуёй от головы до кончика коготка драконьего крыла, которая обычно переливается. Я много читала о драконах, но никогда не видела близко. Только вот так, в небе, когда драконов можно было увидеть в полёте.
— Хмм… Разлетался, — недовольно буркнула под нос. — Интересно,
