Но я сдерживалась. Эмоции — это слабость. Слабость можно развернуть против тебя. А я не хотела давать в руки потенциальных врагов оружие, способное нанести мне вред.
В этой академии у меня почти нет друзей и союзников, значит, никогда нельзя расслабляться.
И все же я не удержалась, вылетела из библиотеки. Сбежала по ступенькам главного административного корпуса, благо, никого не встретила на пути, и свернула в сторону тенистой аллеи. Эта тропа не пользовалась популярностью у адептов, а мне такое сейчас было на руку. Никого не хотелось видеть. Мне нужно было побыть одной. Нужно было подумать, что же делать дальше. Подумать, как жить с теми знаниями, что я сегодня узнала, и особенно с тем, что мне сказал на прощание Селестин.
Лорд Индарэш Селестин…
Сердце предательски дрогнуло и пропустило удар, когда я вспомнила завораживающий взгляд Селестина. Губы закололо от воспоминаний о страстных поцелуях. А потом память ушатом холодной воды окатило воспоминаниями последних поступков лорда.
И снова в груди полыхнул жар. Дыхание перехватило, а в глазах потемнело. Я остановилась, пережидая приступ.
«Ну почему? Почему Селестин так со мной ведет себя? Зачем причиняет боль? Неужели не понимает, что этим обижает меня?» — в голове бились отчаянные мысли, на которые я не находила ответы.
Я не понимала Селестина. Не понимала его мотивацию. Сейчас Селестин напоминал мне кота, играющего с мышкой. Он то притягивал меня к себе и казался милым, пушистым котиком, то отпускал, якобы даря свободу, чтобы в тот же миг когтистой лапой притянуть обратно, ничуть не заботясь, что мышке вообще-то больно.
Селестин умело играл мной, моими чувствами, моим природным притяжением к нему. От понимания этого становилось горько. Неужели я настолько тряпка, что позволяю своим мужчинам так с собой вести?
«А может это я провоцирую своих мужчин становиться хуже, чем они есть на самом деле?» — на этой мысли я споткнулась и остановилась, обдумывая пришедшее в голову.
Мой муж, Сергей, он безумно меня любил. Пылинки сдувал, и мы с ним были очень счастливы. Пока меня не повысили. Сергей был искренне рад за меня. Теперь в нашей семье стало больше денег и больше возможностей, правда, стало меньше совместного проведенного времени. Но муж заверял меня, что все понимает, что это временно, и что он не в обиде. Ведь главное, мой карьерный рост. Сергей заверял, что всегда на моей стороне. А в итоге он мне изменил с той, что всегда была рядом, пока я пропадала на работе. Получается, именно я толкнула мужа в объятия к Светке.
Воспоминания о муже отдались глухой тоской. Всё то время, что была в этом мире, я не позволяла себе думать про Землю, думать про мою прошлую жизнь, не позволяла ей просочиться в мою нынешнюю. Я замечала боль предательства глубоко в собственном сердце, не отболела измену мужа, не выработала антидот. И теперь сомнения наложились на новые обстоятельства и подняли голову.
С момента моего попадания в этот мир прошло два месяца, а по внутренним ощущениям, словно два года. А ведь первого, кого я увидела, когда пришла в себя на пыльной мостовой Дальбруга, был лорд Индарэш Селестин. Я помнила, как у меня перехватило дыхание от красоты и невероятного притяжения этого мужчины. А еще я помнила его интерес к себе и заботу. Именно она вытеснила тогда страх и боль предательства.
Тогда Селестин показался мне настоящим мужчиной, невероятно притягательным и манящим, как сама мечта. Сейчас же… Сейчас мне казалось, что его словно подменили. Или он…
Догадка прошила меня словно молния. Я остановилась, потрясенная озарением.
«Неужели Селестин из тех мужчин, что верят в то, что чем меньше они любят женщину, тем больше они ей нравятся?»
Растерянно посмотрела по сторонам, словно там должно было быть опровержение моим предположениям. Но вокруг были лишь желто-красно-зеленые кустарники и толстые, покрытые изумрудным мхом, стволы деревьев.
«Да бред! Ну не может же Селестин так думать… Или может?.».
— Если это так, лорд Индарэш. Если мои предположения верны, то вы крупно просчитались на мой счет! — зло прошипела сквозь зубы.
Неожиданно злость придала мне сил, вытеснив самобичевание и усмиряя полыхающий жар в груди. Сложно, когда ты чего-то не понимаешь, а когда мотивация противника ясна и прозрачна, то можно легко разработать стратегию. Но самое главное, можно понять, что ты ни в чем не виновата. И что лорд просто хороший игрок.
Правда, это не отменяло моего испорченного настроения, а еще обиды на Селестина, пополам со злостью на его поступки.
Подумав немного, я развернулась и зашагала в сторону склада Йергайя. Почему-то именно возле орка я всегда находила душевный покой. Сейчас мне это было необходимо.
На складе была тишь и благодать. Авральные дни давно прошли, а внедренная мной система ведения учета складами значительно упростила работу Йергайю.
Стоило мне только войти, скрипнув дверью, как из подсобки высунулась голова орка, а потом и он сам вышел меня встречать. Необычно празднично-нарядный, улыбающийся и пребывающий в благодушном настроении.
Раскрыв огромные ручища для объятий, орк пробасил:
— Кирьяна, девочка моя, как я по тебе соскучился!
Не долго думая, я шагнула к Йергайю. Такое искреннее, теплое отношение орка меня растрогало, и я снова шмыгнула носом.
— Эй, почему плачешь? — нахмурился орк.
— Просто я тоже очень соскучилась. — Я действительно скучала.
Отчего-то мне не хотелось рассказывать про очередную ссору с Селестином. Не хотелось говорить и про новые полученные знания. Мне хотелось побыть маленькой девочкой, которая просто нужна, потому что она, это она.
— Значит, настало время идти пить чай в дружеской компании. Там как раз все уже готово, — улыбнулся Йергай.
Не успела я удивиться такой прозорливости орка, как дверь снова скрипнула. Обернулась и увидела на пороге Беллис. Очередная догадка пришла мне на ум.
Что-то очень много сегодня на меня прозрений накатывает. Кажется, я только что помешала чьему-то свиданию.
Только открыла рот, чтобы сказать придуманную наспех причину, чтобы уйти и не мешать этим двоим, как Йергай радостно сообщил:
— Беллис, смотри кто к нам забежал на чаёк. Ещё и расстроенная.
— И правильно сделала, что зашла. Кирьяна, ты только и делаешь, что учишься. Совсем не отдыхаешь. Даже ко мне на чай перестала заходить, — укоризненно покачала головой Беллис. — Ну рассказывай, что у тебя нового? Как там эти противные аристократы? Наконец-то отстали от тебя?
— Это вы про что? Кто-то пристаёт к нашей Кирьяне? — рыкнул орк и недобро прищурился. — Беллис, а скажи-ка мне имена этих идиотов. Я с ними по-доброму, по-мужски
