и приподнял бровь.
— Она теперь в тебе. Поздравляю. Ты принял мою силу. Возможно, теперь ты станешь намного сильнее себя прежнего.
— Церис! — разозлился демон и встал на ноги. — Как ты могла?
У меня округлились глаза. Что? Я думала он будет рад, что не пришлось это пить. Я и не предполагала, что ему так не понравится моё самоуправство.
— Я хотела как лучше. Ты почти согласился, но не захотел пить, вот я и помогла.
Хакул обхватил живот руками, ощупывая его, а потом снял рубашку. Мне открылся чудный вид на крепкую мускулистую грудь, к которой хотелось прикоснуться, но я не давала себя права это сделать. Тут он провёл когтями по своей груди, образуя кровавые борозды. И это заставило меня схватит его руку.
— Что ты делаешь⁈ Ты же причиняешь себе боль!
— А ты что делаешь? Ты же выплеснула в меня это без моего позволения.
Застыла, смотря в расплавленное золото глаз.
— Я… виновата. Я хотела как лучше, но, похоже, мой дар тебе не нужен. — опустила голову и вытянула руку. Тьма начала выходить на поверхность и вновь впитываться в мое тело.
— Прости. — опустила его, отошла на пару шагов назад, а потом не выдержала, развернулась и побежала глубоко в лес. Подальше, чтобы его не видеть.
В глазах защипало. Слёзы начали катиться из глаз, но я их тут же вытерла. Нельзя плакать! Нельзя! Я сама виновата, что самовольно выплеснула на него воду. Хотела, чтобы у него хоть какой-то фундамент был в этом мире или опора, но, видимо, прогадала. Мой дар не оценили и отвергли.
Через некоторое время выбежала из леса и заметила невдалеке башню, в которую меня хотели заточить. Находилась она далеко от столицы, и была окружена лесом, из которого я сейчас выбралась и побрела к ней. Скоро рассвет. Нужно доучить племянников и ложиться спать. А боль в сердце… Боль закрою на замок и брошу в ледники, и она перестанет приносить страдания, так как замёрзнет.
Поднялась в башню и открыла дверь. В комнате играли племянники вместе с рактами, что подхватили по кукле и развлекали мальцов. От этой картины все чувства, думы и ощущения сразу схлынули. Схватилась за живот и начала смеяться, садясь на корточки. Успокоившись, села рядом с ними и вновь осмотрела странную компанию. И как они их не испугались?
— А куда ты отлучилась, тётя? — спросили они и перестали играть.
— Да так… — махнула рукой. И по кому я убивалась? Ну не принял мой дар, ну и фиг с ним. — Один из ваших дядь отвлёк по делам. Давайте продолжим урок. — улыбнулась и начала учить.
* * *
День бала наступил очень внезапно. Я даже помню, (потому что находилась в полусне и это было промелькнувшее воспоминание) как солнце ещё не до конца село, а моя комната уже была открыта и меня будили дворцовые служанки. Проморгавшись, хотела всех и вся послать к чертям, но мне не позволили. С какой-то звериной прытью и маниакальным блеском меня потащили наружу, а потом наступил ад. Массажи, спа-процедуры, подбор платья и почти нательный пошив… я уже не говорю про пытку с волосами. Думаю, что мне пару клоков выдрали, но попытались всё это скрыть. Ну ничего, найду — побью по рукам, потому что это чистое издевательство над членом королевской семьи.
Племянников в этот день я не видела, но если судить по звукам из соседней комнаты, то их так же пытали, как и меня. Хотя нет, не так, им спа-процедуры не делали. И вот как только солнце село окончательно, и полосы света начали расползаться по небосводу, к башне подъехала карета, куда меня и запихнули вместе с племянниками, так и не дав рассмотреть себя в зеркале.
— Привет. — произнёс голос, заставив вздрогнуть. Повернулась к вампиру, который решил нас подвезти, и поняла, что это дядя.
— Здравствуй, дядя. Решил подвезти нас к дворцу?
— Я для этого и здесь. — он осмотрел моё тело и вынес вердикт. — Прекрасно выглядишь, хоть эта причёска тебе не идёт.
— Правда? — на лице растянулась хищная улыбка. Я столько боли и мучений испытала во время создания этой причёски. Так и хотелось плюнуть какую-нибудь гадость, но держалась. У меня будет бал, вот и появится возможность слить негатив.
— Да, давай поправлю. — произнёс он и присел на мою сторону, подвинув племянников, и потянулся к волосам. Послушно наклонила голову и почувствовала, как боль от натянутых волосков исчезла. Мои волосы упали и были полностью свободны. В это момент я ощутила такое блаженство, какое, кажется, не испытывала никогда в жизни. Даже запустила пальцы в волосы, ощущая новые эмоции.
— Так-то лучше. — улыбнулся он и вновь сел на свою сторону. — Тебе лучше со своими обычными волосами, чем с этой строгой причёской.
Подъехали мы к дворцу очень быстро. Дядя вышел первым, а за ним спрыгнули двойняшки и уже я. Поддерживая руку родственника, мы потопали наверх, преодолевая каменную лестницу.
Ничего необычного я не заметила, кроме огромного столпотворения в зале. Множество вампиров, дам в платьях, мужчин в костюмах, стражей у окон и в других проходах. И самое главное — королевская семья, что восседала на золотых тронах в конце зала. Рядом стояли Лория и Белладонна и некоторые другие родственники, но не всё. Большая часть танцевала в зале.
Присмотревшись, заметила недалеко знакомую фигуру сестры Аконит, а рядом с ней высокого мужчину с овальным лицом, но красивой наружности. Она взглянула на меня, отчего в груди потеплело.
Двойняшки тут же убежали, кажется, к своей матери. Я тоже хотела поспешить, но мне не позволил дядя.
— Стой. Для начала тебя нужно представиться и вспомнить об этикете. Я знаю, Ари тебя учил. Сейчас тот момент, когда его нужно применить. — мягко проговорил он и встал у прохода. И произнёс так, словно я невоспитанная!
— Марго Церера Церис ванцес Делоне и Хейл Делоне! — провозгласил слуга, не сверяясь со списком и смотря во все глаза на нашу пару. После этого музыка в зале затихла. Все, кто был в зале повернулись к нам. Они смотрели на нас, а точнее на меня, и Хейл начал движение. Мы медленно спустились по ступеням и проследовали к царской чете, рассекая море вампиров.
Я чувствовала на себе море взглядов, что, казалось, хотели заглянуть в саму душу. Какие-то раздевающие, какие-то ненавидящие, какие-то с пренебрежением и от этого стало очень трудно. Я практически перестала дышать и только сосредоточилась на том, как медленно билось сердце.
Вскоре заветные троны приблизились, и Хейл поклонился,
