class="p1">– И я рада с вами познакомиться, мистер Крид.
Наши взгляды встречаются.
Вот негодник!
Не знаю, как ему удалась такая уловка, но он выглядит как совершенно другой человек.
Темные волосы, темные глаза – все в нем, казалось, изменилось.
Все, кроме его сущности и голоса, который я узнала бы где угодно.
– Садись, дорогая, пообщайся с мистером Кридом. – Мама поспешно подводит нас к дивану и советует не торопиться и узнать друг друга получше, а сама отходит в другой конец комнаты, чтобы предоставить нам немного уединения.
Я продолжаю мило улыбаться, глядя на него изучающим взглядом. Может, Амон и выглядит совсем по-другому, но не стал от этого менее привлекательным. На самом деле меня влечет к нему не только из-за внешности. Скорее на каком-то первобытном, глубинном уровне.
Само его присутствие, его сущность опьяняют меня.
– Каков хитрец, отдаю тебе должное, – тихо бормочу я.
– Надеюсь, ты не слишком расстроена?
Я слегка качаю головой.
– Неужели никто не догадается? Как тебе вообще это удалось?
– Я могу менять цвет глаз по желанию, – отвечает он, сопровождая слова краткой демонстрацией. – Они светлые от природы, но цвет часто зависит от моего настроения.
– А все остальное?
– Я могу немного изменять внешность, чтобы меня не узнали. Но главное здесь. – Он постукивает себя по лбу.
– Ты используешь ментальные штучки, верно?
Амон коротко кивает.
– И поэтому не смогу задержаться надолго. Хотя я значительно изменил облик, именно ментальное воздействие создает впечатление, что я – совершенно другой человек. Не хотел рисковать, опасаясь, что твоя мать может заметить сходство.
– Ты можешь вот так влиять на нескольких людей одновременно? – удивленно спрашиваю я.
– Да, но недолго. Чтобы контролировать такое количество людей, требуется много сил. Кроме того, у твоей матери слишком мощные ментальные барьеры, чтобы легко обмануть ее, и это только усложняет ситуацию.
– Понимаю. – Я поджимаю губы. – И ценю то, что ты для меня делаешь, – шепчу я, жалея, что не могу протянуть руку и прикоснуться к нему.
– Ради тебя я готов на все. Это малая цена за то, чтобы обладать тобой. Наконец оказаться вдвоем вдали от этого места.
Мои губы растягиваются в нежной улыбке.
– Вы просто очаровательны, мистер Крид, – говорю я вслух, притворно хихикая и отстраняясь.
Мама смотрит на нас, одобрительно кивая.
Амон подыгрывает мне и заводит монотонный разговор, как того требуют обстоятельства.
К сожалению, вскоре ему нужно уходить.
Визиты продолжаются в течение следующего месяца, после чего мистер Крид делает мне официальное предложение, и я, как послушная дочь, принимаю его.
Мы объявляем о помолвке, уже через месяц женимся и готовимся к отплытию в колонии.
– Не могу поверить, что все это происходит на самом деле, – сквозь слезы говорит мама сразу после свадьбы, крепко обнимая меня. – Ты знаешь, что я люблю тебя и хочу для тебя только самого лучшего. Ты ведь знаешь, да?
Я киваю.
– Конечно. И я буду счастлива. Так уж вышло, что мне и правда понравился мистер Крид, уверена, нам будет хорошо вместе.
Мама всхлипывает в ответ на мои слова.
– Знаешь, если бы ваши отношения не сложились, я бы не стала заставлять тебя выходить за него.
– Правда? – Мои брови удивленно взлетают вверх.
Она качает головой.
– Я хотела, чтобы ты вышла замуж, но никогда бы не принудила жить с ненавистным тебе человеком. Мой собственный брак не удался, и я не желала тебе подобного.
– Спасибо, что сказала мне, – бормочу я, целуя ее в щеки. – Возможно, мы еще увидимся.
– В любое время, если тебе что-то понадобится, я буду рядом.
Мы снова обнимаемся, и я помогаю ей вытереть слезы, прежде чем произношу слова прощания. Простившись с сестрой и братом, я наконец готова уходить.
– Пожалуйста, позаботьтесь о моей дочери, – просит мама мистера Крида и заключает его в теплые объятия.
Ах, если бы она только знала, что обнимает демона, которого поклялась уничтожить!
Чтобы сохранить видимость приличий, мы поднимаемся на борт корабля, направляющегося в колонии, но как только тот отчаливает от берега, Амон дарит мне свою фирменную улыбку, подхватывает меня на руки и переносит нас прямо в поместье, которое он построил специально для меня.
– Добро пожаловать домой, моя невеста, – нараспев произносит он и взмахивает рукой, представляя мне грандиозное величие этого места.
Поместье стоит на холме, достаточно далеко от деревни, чтобы обеспечить нам уединение, в котором мы оба отчаянно нуждаемся.
– У меня для тебя сюрприз, – говорит он и ведет меня в нашу спальню.
Она осталась точно такой же, какой я ее помню, но пока Амон показывает мне все остальное, я вдруг понимаю, как мало видела в прошлый раз.
Двойные двери ведут на небольшой балкон, куда меня и приглашает Амон.
– Что?.. – Я замолкаю, увидев окружающие меня красоты.
Балкон сильно выступает за пределы здания, и, поглядев вниз, я замечаю, что холм переходит в скалистый утес, уходящий, в свою очередь, в бушующий океан. И здесь, на такой высоте, кажется, будто мы стоим прямо над берегом, прямо над водой.
– Я знал, что тебе понравится, – ласково говорит Амон и прижимается грудью к моей спине, обхватывая меня за живот и крепко прижимая к себе.
– Вид чудесный.
– Ничего не напоминает? – вкрадчиво спрашивает он, опуская подбородок мне на плечо.
Я отвечаю не сразу, любуясь живописным пейзажем. Что-то в нем и правда трогает мою душу.
– Я… я не знаю, – шепчу я. – Несмотря на всю эту красоту, мне грустно, но не знаю почему.
Я чувствую его улыбку.
– У меня для тебя кое-что есть.
Амон отстраняется, но не успеваю я возмутиться его уходом, как он надевает мне что-то на шею.
– Что… – Я подношу руку и касаюсь ожерелья, ощупывая пальцами гладкий камень.
Электрический разряд проходит сквозь мое тело, заставляя меня отшатнуться.
– Амон… что…
– Пришло время узнать правду, любовь моя. Пришло время узнать, как все началось.
– Что началось? – Я хмурюсь, и меня внезапно захлестывает волна ощущений.
– Мы.
Простое слово, но за ним кроется запутанная история.
Глава двадцатая
Октябрь 1955 г., Фейридейл, Массачусетс
Я просыпаюсь в холодном поту и начинаю дико озираться по сторонам. Горькое осознание того, что это был всего лишь сон, обрушивается на меня вместе с негодованием. Я понимаю, что дальше так продолжаться не может.
О чем говорил Амон?
Я помню большую часть сна, но не могу вспомнить ничего после того, как мы вышли на балкон, ни слова из последующего разговора. А что-то мне подсказывает, что это очень важно.
Мои руки невольно тянутся к шее в поисках пропавшего ожерелья. Я не
