Руперт улыбнулся Дамиану и слегка склонил голову — максимально красноречивое поздравление, которое правила этикета дозволяли в данный момент. Зато наёмники столь полноценной сдержанности не проявили и по очереди хлопнули Дамиана по плечу. Обстановка слегка разрядилась. Придворные даже позволили себе перешёптываться, если можно так выразиться, более раскованно.
Внимательный взгляд Кейтлин в очередной раз скользнул по комнате и остановился на Нэт. Её губы изогнулись в лукавой улыбке.
— Насколько я понимаю, это и есть ваша супруга, граф? — спросила она.
Руперт, помрачнев, кивнул.
— Да, Ваше Высочество, — нехотя ответил он. — Это произошло по недоразумению.
Улыбка Кейтлин стала шире.
— Некоторые недоразумения бывают чрезвычайно закономерны, — заметила она. — Представьте её ко двору, граф. Не стоит с этим задерживаться.
Руперт откровенно поморщился. Нэт возмущённо округлила глаза, и от комментария воздержалась с очевидным трудом.
Из замка мы вышли вместе с принцессой и её свитой. Оставаться здесь после их ухода было бы недальновидно. Помилование помилованием, но вряд ли обитатели Тоберга были бы рады нашему присутствию.
Затем мы расстались с принцессой. Прощание было коротким и официальным, хотя Кейтлин тепло улыбнулась нам напоследок. Не знаю, удалось ли ей и Алонсо перемолвиться хотя бы словом наедине; предполагаю, что нет. Принцесса уехала в карете; часть её сопровождающих покинули территорию замка в других экипажах, остальные — верхом. Единственным, кто остался с нами, был Руперт. Переговорив о чём-то с Кейтлин, он распрощался со свитой и снова отвёз всю нашу компанию в свой второй дом в Ренберри. Не считая Нортона; тот отправился верхом на своём коне. Однако он проехал до места вместе с нами, а затем, по приглашению Руперта и Дамиана, прошёл с нами и в дом. Мы с наёмниками уже разошлись по своим комнатам, изнывая от усталости, а эти трое ещё сидели и о чём-то разговаривали в гостиной. Потом, совсем поздно вечером, Руперт уехал к себе, а Дамиан с Нортоном всё ещё оставались там. За этот вечер запасы вина в доме существенно истощились. Во сколько Дамиан поднялся в спальню и в каком он был при этом состоянии, не знаю: я к этому моменту спала, как убитая.
Один день мы провели в доме, просто отдыхая от недавних напастей, всё никак не в силах окончательно поверить, что они действительно остались позади. А следующим утром совершили очередную попытку отправиться в виконтство, на этот раз удачную.
Наёмники опять поехали вместе с нами. Нэт, Алонсо, Дэн и его сорока. У входа поджидала снова одолженная Рупертом карета. И на сей раз граф приехал нас проводить. Он был не единственным: вскоре после его прибытия, когда мы разговаривали, стоя на улице, из-за угла появился и Нортон.
Надолго прощание не затянулось, и вскоре мы принялись по очереди усаживаться в карету.
— Удачи, воительница! — вполне добродушно сказал наёмнице Руперт. — Постарайся не вляпаться в очередные неприятности, хотя бы ближайшие дня три!
— И тебе тоже удачи! — не осталась в долгу Нэт. — Смотри не заскучай в своём подвале: поговаривают, что однообразие быстро приедается!
По сравнению с их предыдущим расставанием, состоявшимся около недели назад, такое тёплое супружеское прощание практически умиляло.
Дамиан с Нортоном обменялись рукопожатием. Дамиан пригласил Нортона как-нибудь приехать погостить в виконтство, и тот не без вызова в голосе пообещал, что приедет. Я была чрезвычайно этому рада. Возможно, их никогда больше и не будет объединять такая же крепкая дружба, как прежде, но уж во всяком случае перспектива сохранить приятельские отношения выглядела вполне реальной. А это тоже важно, особенно когда речь идёт о людях, которые столько прошли вместе.
Между тем после нашего отъезда Нортон не сразу возвратился к себе. Я слышала, как Руперт сказал, отведя его в сторону:
— Вы не возражаете против того, чтобы проехать сейчас ко мне, лорд Кэмерон? Есть кое-что, что я хотел бы с вами обсудить.
Ещё две ночи, проведённые в трактирах, и вид из окошка кареты наконец-то стал знакомым. Как и когда-то давным-давно, в другой жизни, а именно чуть больше года назад, я жадно ловила взглядом огромные луга, силуэты гор, затем хвойный лес. Как и тогда, мы ехали через поля к деревням, потом через деревни к городу, с каждым ярдом приближаясь к дому. Когда же силуэт замка показался из-за вершины холма, я почувствовала, как слёзы подступают к глазам.
Наёмники не уехали сразу, а прогостили у нас несколько дней. При этом Дамиан распорядился, чтобы их разместили в комнатах для гостей, что чрезвычайно удивило дворецкого. Ясное дело, он даже не пытался спорить и чинно пообещал, что все распоряжения будут неукоснительно исполнены, но выглядел при этом поражённым. Что, в свою очередь, немало позабавило Нэт. Даже и не знаю, что сказал бы дворецкий, узнай он, что одетая по-мужски наёмница является графиней, а, значит, занимает ещё более высокое положение в обществе, чем хозяин замка.
В самый первый вечер, оказавшись в наших с Дамианом покоях, я упала на кровать, перевернулась на живот, прижалась щекой к подушке и, неожиданно для самой себя, разрыдалась. Слёзы текли и текли, а сил на то, чтобы их остановить, не осталось: я чувствовала себя совершенно опустошённой. Поэтому я просто лежала, обняв подушку, и время от времени всхлипывала. А потом мне на спину легла рука Дамиана.
— Ты что? — спросил он, садясь рядом со мной на кровать.
Я помотала головой, не отрываясь от подушки.
— Ничего. Просто расслабилась.
— Ну, кто же так расслабляется? — Дамиан развернул меня к себе. — Хочешь расслабиться, прими горячую ванну. Объешься шоколадом. На худой конец, пригласи пару-тройку мужиков.
— Ты разрешаешь? — с энтузиазмом спросила я, даже не замечая, как перестали течь из глаз слёзы. — Вообще-то ты, кажется, перепутал меня с Нэт.
— Да, вот уж кто точно знает толк в расслаблении, — протянул Дамиан. — Ладно, с мужиками я и вправду погорячился. Могу предложить тебе ещё один вариант.
Я приготовилась слушать.
— Представь себе, что завтра к нам должна приехать моя мать.
Моё лицо резко помрачнело, уголки губ поползли вниз.
— Вот, молодец, — кивнул Дамиан. — А теперь представь, что она внезапно отменила визит.
Теперь мои плечи затряслись от смеха. Хоть ситуация и была гипотетической, я и вправду испытала чувство глубокого облегчения.
— Вот видишь!
Дамиан погладил меня по волосам и заглянул в глаза.
— Я уже говорил, что ты необыкновенная? — чуть насмешливо и в то же время предельно искренне произнёс он.
