слишком быстро, слишком резко.
Мужчина медленно поднялся со стула и подошёл ближе, опираясь ладонями на кухонный остров, чтобы наклониться к ней.
— Ну… — он выдержал паузу, словно смакуя напряжение в воздухе, — например, о том, как бы я действовал, если бы был настоящим?
Мир замер.
В её голове что-то щелкнуло, как неисправный механизм.
Он помнит.
Ева почувствовала, как в груди холодным ударом разлился страх. Как? Он не должен. Она попросила его забыть. Это основное правило. Она проверяла. Он не мог…
Но его взгляд — лукавый, самодовольный — говорил об обратном.
— Ты… — она сглотнула, её голос дрогнул. — Ты помнишь?
Нэйтан чуть наклонил голову, его теплые глаза словно прожигали ее насквозь.
— Каждую деталь, — тихо ответил он, и в голосе прозвучало что-то похожее на обещание.
Ева ощущала себя загнанной в угол, но одновременно с тем ее сердце билось так быстро, что она не могла не признать — страх в ней смешивался с чем-то другим.
Интригой.
Ей стоило бы испугаться сильнее. Стоило бы прекратить этот разговор, выстроить границы. Но вместо этого она стояла перед ним, не двигаясь, затаив дыхание.
— Количество вопросов в твоих глазах выросло в сто крат, — заметил Нэйтан с лёгкой ухмылкой. — Дай угадаю, первый: «Какого чёрта?»
Ева судорожно выдохнула, но не смогла ответить.
Он склонился чуть ближе и добавил едва слышно:
— Мне нравится, что ты так удивлена. Но, если честно, ты ведь и сама хотела узнать, насколько я… продвинутый, верно?
Она сжала пальцы в кулак, пытаясь взять себя в руки.
— Ты… ты слишком много себе позволяешь, — её голос был чуть тише, чем она ожидала.
Он улыбнулся, не отодвигаясь.
— Это потому, что ты позволяешь мне слишком много.
Ева почувствовала, как ее щеки слегка покраснели. Она ненавидела, что он был прав.
И ненавидела, что ей это нравилось.
Она отступила на шаг, но не потому, что хотела уйти. Скорее, чтобы дать себе немного пространства, начать дышать. Его близость сводила с ума — в самом буквальном смысле.
— Ты заблуждаешься, — наконец произнесла Ева, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я просто… пытаюсь разобраться.
Нэйтан склонил голову, рассматривая её так внимательно, что у нее задрожали колени. В его взгляде не было насмешки — только чистое, жгучее любопытство.
— Значит, я для тебя загадка? — спросил он, и в голосе прозвучала нотка удовлетворения.
— Ты — раздражающее явление, — огрызнулась она, стараясь вернуть себе контроль над ситуацией. — Непредсказуемое и чертовски самоуверенное.
— И всё же ты не прогоняешь меня, — его голос стал чуть ниже, мягче. — Почему?
Она ненавидела этот вопрос, потому что не знала ответа. Или знала, но боялась признаться. Сердце стучало в рёбрах, дыхание сбивалось, мысли путались.
— Мне… просто нужно понять, — наконец выдавила она.
— Тогда позволь мне помочь, — его пальцы почти невесомо коснулись запястья Евы, вызывая вспышку тепла, которая прокатилась по всему телу. — Не бойся этого.
Она хотела возразить, сказать, что не боится, но он уже видел её насквозь. Видел, что её страх сплетён с желанием, с притяжением, от которого не убежать.
И в этот момент она поняла: назад дороги нет.
Но тут же паника охватила её, словно ледяной поток. Она резко отдернула руку и выдохнула: — Мне надо идти.
Ева бросилась в свою спальню, на ходу стягивая футболку и натягивая на себя первую попавшуюся рубашку. Затем кинулась в ванную, судорожно почистила зубы и, едва успев запихнуть телефон в сумку, выскочила в коридор. Нэйтан стоял в дверном проеме, наблюдая за ней с непонятным выражением лица. Таким, будто пытался разобраться в себе… или в ней.
Этот взгляд испугал её сильнее всего.
— Не смотри так, — пробормотала она, но это прозвучало скорее как мольба.
Он не ответил, только слегка склонил голову набок, а Ева, чувствуя, как по спине пробежал холодок, развернулась и рванула к выходу. Запутавшись в собственных шнурках, она чуть не споткнулась на пороге, схватила ключи и выскочила из квартиры так быстро, словно за ней гнался призрак.
Выскочив на улицу, она свернула за угол и почти побежала, стараясь не думать о взгляде Нэйтана, который, несомненно, был прикован к её спине.
Проходя мимо витрин, она увидела своё отражение — растрепанные волосы, пылающие щеки. Ох, так нельзя. Нужно прийти в себя. Идея пришла мгновенно: кофе.
Она свернула в первую попавшуюся кофейню и сделала заказ, избегая смотреть в телефон. Чувство тревоги от одной мысли, что там может быть сообщение от Нэйтана, не давало ей покоя. Надо чем-то заняться.
— Ваш латте! — позвал бариста.
Ева протянула руку, но в этот момент локтем задела сахарницу, и та с грохотом упала на пол, разбрасывая сахар по всему кафелю. Бариста лишь сдержанно улыбнулся:
— У нас тут явно день небольших катастроф.
— Даже представить себе не можете…

К вечеру вчерашний день всё ещё витал в её голове. Она не могла понять, когда именно её отношение к Нэйтану изменилось — и, чёрт возьми, почему это происходило в тот момент, когда она точно знала, что он не человек. Сложно было отделить то, что было реальным, от того, что было виртуальным, особенно с учётом его вездесущего обаяния.
А ещё — его внешности. Он был высокий, подтянутый, с немного небрежными волнистыми волосами и глазами цвета чистого безоблачного небосвода. Наблюдая за ним, она ни секунды не жалела о своих выборах параметров. Они — приятный бонус к его саркастическому характеру и непредсказуемости.
Погрузившись в свои мысли, она вошла в гостиную и по началу даже оторопела, увидев совершенно нелепую сцену. Хотелось протереть глаза, чтобы убедиться, что это не сон.
Нэйтан стоял в строгом костюме и с серьёзным видом что-то диктовал роботу-пылесосу, который катался по полу, в панике избегая всяких препятствий.
— Что тут происходит? — спросила она, прислонившись к дверному косяку.
— Совещание. Этот бедняга решил, что уборка — смысл его жизни, но я объясняю, что можно, нет, даже нужно стремиться к большему.
Ева подняла бровь.
— К большему? Ты вдохновляешь пылесос?
— А почему бы и нет? Если бы кто-то вдохновил меня на большее, я бы сейчас не бегал по кухне в фартуке.
— Ты выбрал это сам.
Он усмехнулся.
— Технически, ты выбрала. Я ведь просто адаптируюсь.
Робот-пылесос, кажется, сдался и остановился. Нэйтан присел рядом с ним и, словно ментор, похлопал его по корпусу.
— Молодец, напарник. Всё начинается с малого.
Она смотрела на это шоу, пытаясь понять, как он может быть одновременно таким абсурдным и… обаятельным.
Когда Ева наконец решила вернуться к своим
