очень понравилась, и так получилось, что ей теперь поручены самые интимные дела, от причёски до помощи в хаммаме.
— Госпожа, Гульшат позвала к себе калфа Фидан, кажется, они новые простыни и подушки отбирают для вас, а позже и платья привезут.
— Платья? — я не поняла, о чём Айна говорит. У меня тут от нарядов шкафы ломятся.
— Господин поручил, подобрать вам новые платья, скоро большой визит вашего посольства. Но пока нет даже намёка на приказ о подготовке к встрече. Наверное, повелитель не решил, позволить вам увидеться с родными или нет.
Эти слова девушка произнесла с особой грустью, уж она бы к своим через стены побежала бы. А я, наоборот, боюсь всего, что связано с прошлым Хельги.
— А разве жена султана или наложница, имеет право встречаться с посторонними, они мне соотечественники, но я теперь жена повелителя? — мне нужен повод не встречаться с ними, иначе тайна, что я не Хельга могут посеять дипломатическую напряжённость. А там и конфликт. Мне вот только этого и не хватает сейчас.
Пока я задумчиво смотрю в зеркало, всё ещё привыкаю к себе новой, Айна закрепила небольшую тиару на замысловатой причёске и улыбнулась.
— Госпожа, разве вы не скучаете по родным?
— Ох! Скучаю, сложно объяснить. Но я их не помню, это разобьёт брату сердце, будет думать, что я тут несчастная, униженная и обиженная…
Не успеваем закончить важный разговор, как в покои вбежала Гульшат с помощницей, занесли вещи, и судя по раскрасневшемуся лицу моей верной служанки, новости она узнала феерические.
Стоило младшей служанке забрать корзину с бельём для стирки и выйти, мы втроём, как заговорщицы сели на широкой оттоманке, подложив под бока подушки, и я первая не выдержала:
— Ну, что происходит?
— Вы не поверите. Столько всего! Первое, господин повелел калфе проверить всех девушек, нет ли новой метки! Всё тайно, но уже все знают, шепчутся и гадают, кто же новая счастливица!
Моя челюсть отвисла от такой наглости. Я еще не оправилась от покушения, а султан ищет, на кого эта метка перескочила? Даже не знаю, как реагировать на эту новость. Но Айна задала правильный вопрос, умная она, однако:
— И нашла? Знаю эту Фидан, она если и найдёт, не скажет, пока не почует выгоду. Она хитрая, давно хочет избавиться от Фирузе, они из одного города сюда попали, говорят, даже знали друг друга. Но ненавидят и делают гадости при каждом удобном случае.
— Ничего себе, да тут, оказывается, интересно! Просто тайны Мадридского двора! Так и хочется сделать ставку, кто кого. Вот только чувствую, что крайней окажусь я! Потому что эта Фидан явно что-то задумала, и если метка у кого-то есть, то первая пострадаю я, — чтобы скрыть свои переживания, поправляю складки на красивом наряде и смотрю мимо девушек, чтобы не видеть жалости в их глазах.
— Госпожа, вам надо встретиться с братом. Он такой красивый! Мне кажется, даже красивее самого, ну вы поняли, — Гульшат игриво наклонилась, прошептала, но её мимика и глаза красноречивее слов.
— Ты его видела, он уже приехал? Тут во дворце? — Айна снова со своими правильными вопросами.
— Да! Я случайно заметила их в саду. Наш повелитель какой-то недовольный, и ваш брат тоже. Они спорили. Но учтиво. Может быть, родные хотят встречи с вами, а нашему повелителю это не нравится? — сама спросила, сама и ответила Гульшат. Проныра ещё та, получила свободу, весь дворец обежала и всё узнала. А мне теперь думай, как быть.
Кажется, султан сам не хочет, чтобы «брат» распознал во мне другого человека, поэтому и отказывает во встрече.
Не успели мы дослушать все сплетни, двери осторожно открылись, но после дипломатичного стука и вошла калфа Фидан. Как почуяла, что мы о ней говорим.
Сладко улыбнулась и произнесла:
— Да продлит всевышний ваши годы, госпожа, мне приказано проводить вас в дальний сад, там очень красиво и тихо, можно гулять без покрывала. Пусть девушки вам помогут собраться, и я провожу. Охрана готова, зайду через десять минут.
Очень официальный тон, демонстративно чёткие движения. И я сразу поняла, что происходит!
— Наша комната не приватная. Тут есть дыры в стенах, и нас кто-то подслушивает. А может, и подглядывает!
Обе мои «сотрудницы» качнули в унисон, для них это не новость. И нам стоит быть очень осторожными. Разговор про метку и Фидан дорого нам обойдётся. Быстро прокручиваю в памяти, что ещё мы такое могли сболтнуть, кроме того, что я не хочу встречаться с красавчиком братом, даже имени которого не помню, вроде бы ничего такого.
Девушки быстро собрались на прогулку, меня укутали в плотную чадру, приговаривая: «чтобы ведьмы не сглазили», и повели в сад, через минуту к нам присоединилась молчаливая и недовольная калфа. Но она не смеет мне перечить, только показывает, куда я должна идти.
За нами довольно внушительный «отряд» сопровождающих.
Фидан вдруг остановилась, подняла руку, и сопровождение остановилось.
— Охранники вам не нужны в этой части сада, можете пройти по мостику и там отдыхать со своими служанками. Я вернусь за вами через час.
Мы заметили, как она вцепилась в юбку, специально, чтобы не показать, как руки дрожат. Присела, в подобии реверанса и поспешно ушла.
— Что-то не нравится мне эта прогулка, похоже на засаду, — прошептала Айна, но мы решили пройти, во всяком случае, охрана рядом, на крик прибегут.
Глава 16
Только дети делают людей родными
Я раньше любила слово «слишком», если бриллиант, то он должен быть слишком дорогим. Машина слишком крутой, жених слишком богатым, мужественным, красивым, и всё в таком духе.
Папино воспитание, но я же прекрасно знаю цену деньгам, сама умею зарабатывать, и всегда хотела доказать отцу, что я не хуже него разбираюсь в бизнесе, с одной оговоркой.
Я — женщина!
И мне всегда приходилось работать слишком много и слишком хорошо, чтобы доказывать своё право быть кем-то более значимым, чем красивая кукла, богатенькая наследница.
Помню, как на совете директоров морщился один из самых влиятельных партнёров нашей корпорации, когда отец меня представил, как совладелицу, пусть пока мой пакет всего десять процентов, но это огромные деньги. Немыслимые для простого обывателя, и такая же ответственность. Мне казалось, что я справлялась на отлично, правда, очень часто по ночам рыдала в подушку, из-за тонких, изысканных форм унижений от «партнёров», что я папина дочь, красивая и тупая, и что я заучиваю то, что мне вечером пишет специалист, а потом на деловой встрече работаю диктором.
Злее меня
