На кровавых крыльях - Брайер Болейн

class="p">— Вот именно. И никто в этой аудитории не голодал — скажите за это спасибо Высшим, — отчеканила профессор Хассан. — Наша история помнит, как тысячи лет назад на эти земли обрушился самый страшный голод в истории мира. Люди сходили с ума от отчаяния. Обезумевшие родители бросали детей умирать, потому что их нечем было кормить. Доходило до того, что некоторые семьи начинали поедать собственных детей.

Я невольно содрогнулась.

— И тогда вперёд выступила одна невероятно могущественная женщина, — продолжала Хассан, и её голос зазвучал почти гипнотически. — Кто-то говорит, что она была человеком, кто-то — что вампиром. Но большинство сходится на том, что она была богиней, сошедшей к смертным. Не в силах выносить эти ужасы, она пролила свою кровь на землю и приказала своей семье пить её. Они питались её кровью, пока она умирала — так зародилась первая раса вампиров. Новое племя не нуждалось ни в еде, ни в воде. Они могли жить на одной лишь крови неделями, месяцами и годами. Служанка Крови, как её назвали, спасла свой род. А её потомки продолжили её миссию: они создали эликсир из собственной крови и раздали его смертным соседям, превратив их в Чистокровных Высокородных и спасли миллионы жизней. Так началась новая эра. Сильные выжили, но за это пришлось платить — слабые должны были отдавать свою кровь в качестве дани, чтобы высшие оберегали этот мир. И смертные платили эту цену охотно, даже с радостью, отдавая свои жизни ради того, чтобы их отцы, матери, сёстры и братья стали сильнее и выжили.

Я снова сжала кулаки. То, что она так красиво расписывала, всё равно оставалось узаконенным, извращённым каннибализмом. Какая разница — сожрать своего ребёнка или добровольно скормить себя кровососам?

— Но это дела давно минувших дней, — вещала профессор. — Это был далеко не единственный раз, когда Высокородные спасали наш мир. Столетия спустя пришёл Мор Теней. Страшная чума косила смертных, превращая людей в безмозглых кошмарных тварей — Затенённых. Они плодились во тьме и уничтожали целые города. Те, в чьих венах текла Благословенная Кровь, не стали смотреть на это сложа руки. Используя свой врождённый иммунитет к заразе и превосходящую силу, вампиры скоординированным ударом вырезали Затенённых под корень, вернув земли и спасли человечество от вымирания во второй раз. Именно тогда смертные признали своё подчиненное положение и взяли имя, которое носят до сих пор — рождённые мором.

Профессор Хассан сделала паузу, победно глядя на меня:

— Но, может, и этого мало, чтобы убедить вас в благородстве Чистокровных? Спустя ещё сто лет грянул Катаклизм. Полчища монстров наводнили Санграту, и среди них были драконы — гигантские огнедышащие твари, не знавшие пощады. Они превращали города в пепелища, и остановить их было невозможно. Но Высокородные разглядели потенциал этих чудовищ. Они нашли среди смертных тех, у кого был редкий дар — ментальная связь с рептилиями. Они объединили их в касту, ставшую известной как Всадники. И вместе с ними армии вампиров выиграли ту великую войну, уничтожив тёмные силы и запечатав ужасы Катаклизма.

В аудитории стало тихо, как в склепе. Я даже не оборачивалась — и так знала, что все смотрят на меня.

— Мы, смертные, признаём их превосходство, мисс Пендрагон, — тихо и веско закончила профессор Хассан. — Потому что другого выбора у нас просто нет. Это очевидный факт. Чистокровные превосходят нас во всём. Мы дышим и живём только благодаря их милости. Они спасали наш вид снова и снова. И мы обязаны им не просто верностью и преданностью — мы обязаны им своими жизнями.

Я промолчала. Поддакивать этой карге я не собиралась. В глубине души я была уверена, что всё это — чушь собачья. У любой медали есть две стороны, а то, что она сейчас выдала — это классическая, красиво упакованная историческая пропаганда. Историю пишут победители, разве не так говорили у меня на родине? Вампирам просто нужно выставить себя спасителями человечества, чтобы никто не бунтовал. И большая часть Санграты купились на эту ложь без вопросов.

Мысль о том, что мне придётся неделями сидеть здесь и слушать этот бред, выдаваемый за непреложную истину, приводила меня в бешенство. Я посмотрела на Флоренс, гадая, неужели её с детства пичкали этими лекциями.

— К сожалению, наше время вышло, — объявила профессор Хассан. — Приношу классу извинения за то, что мы потратили драгоценное время на базовый ликбез для мисс Пендрагон вместо изучения новой темы. Спасибо за терпение.

Студенты начали шумно подниматься, собирая сумки и свитки. Я потянулась, чтобы вернуть Флоренс её чистый пергамент и перо, но меня прервал резкий окрик:

— Мисс Пендрагон! Задержитесь на минуту.

Флоренс протиснулась мимо меня к выходу и шепнула на ходу:

— Мы подождём тебя в коридоре.

Я кивнула. Рядом с ней шагал Навин, который ободряюще мне улыбнулся и быстро выскочил за дверь. Похоже, он тоже первокурсник из нашего крыла. Или ещё один староста.

Профессор Хассан дождалась, пока аудитория опустеет, и зловеще посмотрела на меня со сцены:

— Опоздания в Кровавом Крыле и конкретно на моих лекциях недопустимы, мисс Пендрагон.

— Я всё понимаю, — быстро вставила я, пытаясь защититься. — Меня провожала мисс Пансера, но мы обе были уверены, что занятия начинаются в половине десятого…

— Мисс Пансера? Вас провожала Риган Пансера? — резко перебила она.

Я кивнула.

— Она будущая жена Блейка.

Учительница удивлённо вскинула брови:

— Я в курсе её статуса. Какая великая честь, что мисс Пансера снизошла до роли вашего гида. Честь, которую вы, сомневаюсь, способны оценить по достоинству.

— Я умею ценить доброту, из какого бы источника она ни исходила, — ответила я, из последних сил удерживая лицо.

Она недовольно нахмурилась:

— Очень хорошо. На первый раз я проявлю снисхождение. Исключительно из уважения к вашему высокому сопровождающему — мисс Пансера явно желала вам только добра. Но упаси вас боги опоздать ещё раз. Во второй раз отделаться простым выговором не получится, последует жёсткое наказание.

— Я поняла.

Я поспешила убраться из аудитории, пока она не передумала. На выходе Флоренс сразу подскочила ко мне:

— Медра! Ну как ты? Что это вообще было утром?

— В моём расписании какая-то лажа, — со вздохом объяснила я. — Мы с Риган были на сто процентов уверены, что лекция в полдесятого.

— О боже, — покачала головой Флоренс. — Надеюсь, она сама хоть на свои занятия вовремя успела.

— Тоже на это надеюсь, — вздохнула я.

— Что у вас там дальше по списку, дамы? — к нам бочком подгреб Навин Шарма. Он попытался пригладить свои вихры, но те всё равно упорно торчали в разные стороны.