путникам, — просит мужчина вежливо.
«А откуда он знает, что я юная дева?» — спрашиваю удивлённо у кота, не отрывая взгляда от двери.
На что он давится воздухом, негодяй, словно поперхнулся собственным сарказмом.
«Не в том смысле, идиот», — осаживаю его мысленно, чувствуя, как щёки начинают гореть от злости и нервов.
«Скажи, что сейчас откроешь, а мы быстро собираемся и уходим через портал», — предлагает план действий уже серьёзным тоном, без привычных поддёвок.
«Я не могу всё бросить!» — напоминаю, что забрать не получится от слова ничего.
А бежать с пустыми руками зимой — рискованно. Я машинально скользнула взглядом по полкам, по мешочкам с травами, по котлу. Мало ли что может пригодиться в дороге.
«А если это он прислал их?» — намекает кот на большие неприятности, вопросительно смотря на меня.
И вот когда он озвучивает это, пусть и мысленно, я понимаю, что готова просить абсолютно всё, лишь бы он не нашёл меня.
И я уже почти решаюсь, как слышу второй мужской голос со стороны другой двери — более неприметной. Но они и её нашли.
— Да ладно, красотка, мы знаем, что ты там, — тянет он насмешливо, даже самоуверенно. — Пока мы не вынесли двери с двух сторон, открывай, — добавляет внушительно.
Я вздрагиваю и смотрю на кота, а тот с силой хлопает хвостом по полу, явно злясь.
«А тебе ещё нужно было стоять и терять драгоценное время и выяснять — это путник… тьфу, путники или нет», — ругается на меня.
«Я открываю портал, и мы уходим прямо здесь», — отвечаю ему, ощущая, как внутри поднимается паника, но вместе с ней и злость.
И тут звучит голос первого — уже басом, ниже и тяжелее:
— Послушай нас, дева. Мы не причиним тебе вреда. Мы ищем ведьму Снежных гор. Ты нас не интересуешь. Но нам действительно нужно немного отогреться, а после мы уйдём.
Кот машет мордой, ясно давая понять, чтобы я не верила ни единому слову. Я прячу сферу, позволяя молниям погаснуть, а кот лапкой закрывает глаза, будто не хочет видеть, что будет дальше.
Я подхожу к двери и спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрогнул:
— А где гарантия того, что вы не причините мне вред, как только я открою вам дверь?
— Меня зовут Касар, сын Сварда, и я обещаю, что мы не причиним тебе вреда, дева.
«Раз обещают в такой форме, значит они точно аскадцы. А обещания для аскадцев имеют вес, — многозначительно тянет кот. — Но это хорошо и плохо одновременно. Он пообещал — значит будет стараться выполнить обещание. Но на своих землях они уничтожают всех, кто обладает магией», — задумчиво тянет он, и в его голосе впервые нет насмешки.
Это риски, но…
«Так что на твоём месте я бы…» — договорить он не успевает.
Я открываю дверь, не дослушивая.
«Похоже, ты совсем заскучала в этом лесу, раз пошла на такой риск», — задумчиво тянет кот.
«Я справлюсь, если что», — фыркаю в уме ему.
И передо мной появляется он.
Путник. Аскадец. Воин северных земель — во всей своей мужественной красе.
Высокий, широкоплечий, укутанный в дорожный плащ с мехом, припорошенный снегом. Его взгляд сразу цепляется за меня — оценивающий, внимательный. Потом он прищуривается, будто что-то обдумывает, а после и вовсе хмыкает, словно сделал выводы.
— А тебе сколько лет, дева?
«Знал бы, сколько ей лет, ты бы её девой не называл», — хихикает кот у меня в голове, явно наслаждаясь моментом.
— Достаточно, чтобы понять, что взрослым мужчинам открывать дверь опасно, — отвечаю ровно, игнорируя комментарий. — А если спрашиваешь о моём возрасте, то плюс-минус зим так двадцать-двадцать пять. Может, меньше. Может, больше, — отвечаю уклончиво, но мягко.
«Ты ещё с ним пококетничать решила⁈ Может, ты ему сразу грудь вывалишь⁈» — вопит кот.
Я лишь улыбаюсь аскадцу и, схватив у двери веник, метко бросаю его в кота, чтобы помалкивал. Тот возмущённо фыркает, скрываясь из поля зрения.
Мужчина смотрит на это с прищуром, внимательно, словно запоминая детали, но пока молчит.
— Не обращайте внимания, проходите, — вежливо предлагаю, отступая в сторону и не сводя с него глаз.
Воин достаёт из-за спины большой топор с рунами на рукояти и кладёт его на стол. Дерево глухо отзывается на вес оружия. Его рука, впрочем, остаётся рядом — одно мгновение, и он снова будет при нём. Этот жест слишком отточенный и привычный, чтобы быть случайным.
«Приглядись к этому топору сильнее. Именно им он снесёт тебе голову», — деловито прогнозирует кот.
«У тебя всё в порядке? — поражённо спрашиваю. — Тоже мне, доброжелатель нашёлся».
Закрываю за мужчиной дверь, а он идёт к очагу и греет над ним руки. Я иду в его сторону, наливаю отвар и, когда он поворачивает голову ко мне, отдаю чашу.
— А есть что-то покрепче? — вертя её в руке, спрашивает после того, как принюхался.
— Нет, — пожимаю плечами.
— А ты здесь сама живёшь? — спрашивает и, поставив чашу на стол, начинает осматриваться.
Он ходит по избе уверенной походкой, будто здесь хозяин. Медленно и скрупулёзно рассматривает всё вокруг — полки, стол, очаг, место для сна, пока я, не стесняясь, рассматриваю его.
А посмотреть есть на что.
Мужчина отлично сложен, по-мужски брутально красив. Его черты лица острые, но при этом мужественные. Каштановые волосы, собранные спереди в косички, и борода придают его образу ещё больше… даже слов не могу подобрать правильных.
Силы. Уверенности.
Вот именно таких не хватает в соседней деревне. И давненько таких не было в этой избе, с лёгким сожалением отмечаю про себя.
А потом, когда понимаю, что слишком засмотрелась, одёргиваю себя и отвечаю:
— Нет, здесь мы живём семьёй, — ровно и уверенно произношу. — Просто они отправились в деревню пополнить запасы и застряли там из-за метели.
Вру на ходу, но так, чтобы нельзя было придраться.
«У-у-у…», — протягивает фамильяр.
Бросаю на кота короткий предупреждающий взгляд, чтобы не мешал, и замечаю, что мужчина полностью переключился на меня. Смотрит внимательно, не отрывая взгляда, словно сверяя слова с выражением лица.
— Как зовут пушистого? — спрашивает ровно.
— Мерзаль, — отвечаю как есть.
Мужчина хмыкает удивлённо, уголок губ дёргается.
«Ох… повезло же мне с ведьмой. Мало того что невыносимая, так ещё и умом не блещет. А с именами —
