целое. — Они не могли пройти через Калиш. Их бы обнаружили сразу. И к тому же, чтобы ртуть доставила их сюда, они должны
желать попасть именно сюда. А, насколько я понимаю, люди в Зилварене вообще ничего не знают об этом месте.
— Верно, — кивнул Кэррион.
— Кроме того, невозможно просто прокрасться в дворец Мадры и прятаться в Зеркальном зале в надежде, что ртуть проснётся. Нет… — Фишер покачал головой. — Это преднамеренно. Это дело рук Мадры. Так сюда и попала гниль в первую очередь.
— Ты думаешь, она заразила их? — спросил Лоррет. — Мы уже видели подобную тактику. Фей, больных той или иной хворью, отправляли в самые центры военных лагерей, чтобы перебить всех воинов.
Фишер молчал. Его лицо застыло в маске яростной сосредоточенности. Звук его шагов гулко разносился по залу, пока он метался туда-сюда, как загнанный зверь.
Она слышит…
Голос ртути рассмеялся у меня в голове, будто знал ответ на все вопросы, которые мы пытаемся распутать, и совершенно не собирался делиться им. Ее шёпот мучил меня уже несколько дней и становился всё громче. Прекрасный момент, чтобы снова начать меня донимать.
Я закрыла глаза, пальцы дрожали по бокам. Я не могла думать. Не могла дышать. Острая боль полоснула по руке, когда шёпот усилился ещё сильнее, а руны на тыльной стороне моей правой кисти пульсировали…
Она слышит нас. О да, слышит. Она придёт. Скоро. Скоро. Скоро.
Наконец, с меня хватило. Я резко распахнула глаза.
— Здесь есть портал, так? Маленький, но я его чувствую.
Фишер остановился. Он посмотрел на меня вопросительно, затем медленно повернулся к Таладея. Серые глаза моего создателя на мгновение стали похожи на зеркала. Он тяжело, недовольно вдохнул и кивнул:
— Да. — Он подтвердил мои подозрения. — В Аммонтраейте всегда был портал.
ГЛАВА 6 – Титулы
САЭРИС
Кровавый Двор держал свой портал в чёртовом склепе на одном из нижних этажей дворца. Я рассматривала его, стараясь не смотреть в пустые глазницы черепов, сложенных в стены, чувствуя одновременно и удовлетворение, и тошноту. Теперь приглушённый шёпот в глубине моего сознания обретал смысл. Я его не выдумала. Но тот факт, что бассейн был маленьким и я оказалась права, означал лишь одно: покоя мне больше не увидеть. Казалось, я не смогу избавиться и от мерзкого, ноющего пульса, который бился в такт рунам на моей коже.
Фишер, к моему удивлению, ничуть не выглядел встревоженным.
— Знаешь, это не так уж плохо, — сказал он.
— Правда?
— Да, Оша. Я серьёзно. Я и в зале совета это говорил. Ты сегодня ночью возвращаешься со мной в Калиш. Теперь наш путь станет куда проще. Не придётся больше перебираться через мёртвые поля.
Переход через мёртвые поля занимал часы. Звероподобные вампиры жили в норах глубоко под слоем золы и гари. Днём они прятались под землёй от солнца, но как только оно начинало клониться к горизонту, они выбирались из своих укрытий с единственной целью кормиться. На меня они бы не напали, но лошади были под угрозой. Кингфишер и Лоррет тоже. С магией Фишера, отключённой на этой стороне Дарна, мы не могли использовать его теневые врата, но теперь это было и не нужно.
У нас был доступ к порталу.
Так что я сделала реликвии из цепи, любезно предоставленной Таладеем, из перстня с печаткой, принадлежащего Лоррету; и из маленького талисмана одного из богов, который Фишер прикрепил к ошейнику для Оникса и всё было готово. Менее чем через час мы воспользовались этим неожиданным ресурсом. И вот мы здесь, в Калише, даже не успев как следует устать от перехода.
Когда я поднялась освежиться, в комнате Фишера на его кровати меня уже ждало потрясающее зеленое бархатное платье. Крошечные драгоценные камни, я подозревала, что это изумруды, украшали глубокий вырез. Рукава были расшиты тончайшими зелёными стежками, почти незаметными, но приглядевшись, я различила узор: крошечные скачущие лисички.
Платье было невероятно красивым, неоспоримо.
Я провела ладонью по мягкому материалу, чувствуя, как под солнечным сплетением что-то сжимается в неудобный узел.
Платье сидело бы на мне идеально. Его явно сшили специально для меня. Но…
Когда я встретила Фишера на лестнице, я всё ещё была в боевой коже. Мой спутник засиял, совершенно не смутившись от того, что я не надела платье, но зёрнышко вины уже прорастало в моей груди. Я всё ещё чувствовала себя виноватой, когда мы вместе вошли в обеденный зал.
— Ты уверена, что готова? — спросил Фишер, положив руку на дверную ручку.
— Да. Уверена.
— Правда?
— С каких это пор ты стал таким тревожным? — я улыбнулась. — Обещаю, я готова. После тех пожирателей на переправе, и после той метки нам всем нужно перевести дух. Это пойдёт только на пользу.
Я произнесла это вслух. Я должна была это сказать. Я улыбнулась. И это я тоже должна была сделать, но мысли в глубине сознания продолжали крутиться без остановки:
Мадра послала заражённых кормящих?
Как они добрались сюда из Зилварена?
Как, чёрт возьми, мы их убьём?
Будут ли ещё?
Я знала, что те же беспокойства точат и Фишера. Он просто умело скрывал это. И это быть частью того, что раздражало. Мы будто играли в притворство. Но всё сказанное мной было правдой. Нам правда нужен был хоть небольшой отдых.
— Ладно. Если ты уверена…
— Фишер! — я рассмеялась. — Просто открой дверь!
Он спрятал улыбку, повернув ручку, и распахнул передо мной дверь столовой. Я тут же схватила это мгновение, запечатлев внутри себя. Улыбки Лорда Калиша были редкостью. Я начала сохранять каждый подобный момент в мыслях, на воображаемом пергаменте, складывая их в память, чтобы хранить навсегда. Его приподнятые губы и осторожный смех в глазах стали прекрасным пополнением моей коллекции.
— Я сказал им, что ты придёшь, — признался он, неловко. Видела ли я его когда-нибудь таким? Нет. Это было до невозможности мило. Но насладиться этим новым его проявлением я не успела, потому что стоило двери распахнуться, как из столовой взорвалась волна радостных криков и приветствий.
Ренфис поднялся, поднимая в воздух бокал виски.
Те Лена и высокий мужчина с тёмной кожей, её пара, как я предположила, заулыбались, выкрикивая приветствия.
С ними были Лоррет и Арчер, Дания и Изабель…
…и поверх общего гомона раздался восторженный визг маленькой белого лиса.
— Оникс!
Едва
