Надо поближе ко входу — чтобы сразу привлечь к себе внимание, чтобы стать преградой на пути внутрь.
Он перетащил палатку на новое место, выпрямился и оглянулся.
Руины сегодня выглядели иначе — будто в них осталось что‑то живое, тревожное, наблюдающее.
И тут Гошу внезапно охватило желание запечатлеть свои ощущения через фотографии или видео. Логики в этом не было. Он сам не понимал, зачем. Но желание было настолько сильным, что он не смог устоять перед таким соблазном.
Он достал телефон, включил камеру и начал снимать: бледные фрески на стенах, небо, видимое сквозь зияющий овал купола, прорастающую сквозь остатков пола траву… Затем снял церковь снаружи, потом снова внутри.
Вполне довольный собой, он направился к берегу.
* * *
Уставившись под ноги и погружённый в свои мысли, Гоша неспешно брёл к реке. Трава уже приобретала осеннюю желтизну и вялость. В ней не было той жизни и сочности, какие бывают летом. Но было тепло. Солнце разогрело воздух. Намечался новый, возможно, жаркий, всё ещё летний день.
«Искупаюсь сейчас!» — с удовольствием наметил следующее действие Гоша.
До вечера была уйма времени — почему бы и нет.
Он взбежал на берег, к палатке, и резко остановился от неожиданности. На склоне, который плавно уходил вниз, сидел какой‑то парень. Светлая рубашка была выпущена из‑под тёмных брюк. Светло‑русые волосы растрепал ветер.
Парень почувствовал движение и живо обернулся. Он привстал, и Гоша смог еще лучше разглядеть его. Незнакомец был немного худоват для своего высокого роста, но чрезмерную «стройность» скрывала просторная рубашка с небрежно расстёгнутым воротом.
— Привет! — неожиданно сказал он и широко улыбнулся.
— Привет… — нерешительно ответил Гоша, вглядываясь в молодого человека.
И вдруг сердце гулко ухнуло в груди: парень был один в один как тот высокий подросток, которого он видел две ночи подряд в церкви.
— Этого не может быть! — пробормотал Гоша, чувствуя, как по коже волной пробежали мурашки.
— Я тут просто сижу! — пояснил паренек. — Твои вещи не трогал.
Усилием воли Гоша заставил себя собраться.
— Ты — из посёлка? — спросил.
— Жил когда-то там, — кивнул парень.
— Уехал в город учиться? — уточнил Григорьев; и тут же сказал о себе: — Я тоже после школы в область уехал, в универ поступил.
— Нет, я… Немного другое.
— Аааа, ты просто кого-то навещать приехал? — обрадовался своей догадке Гоша.
Парень улыбнулся, ничего не сказал, отвел глаза в сторону.
Гоша не спускал с парня глаз. Он только виду не подавал, что все еще не отошел от шока. Одежда та же, внешность та же… Только тот парень, которого он видел ночью в церкви, не улыбался. А этот… Вполне себе позитивный, на лице нет тревоги.
И всё же сходство поражало.
Гоша решил уточнить:
— Ты мне одного человека напоминаешь. Из поселка. У тебя там раньше родственники жили?
— Мама. Она во время войны погибла. В той церкви, — парень указал подбородком в сторону руин, хотя с его места их не было видно.
— Как это? — переспросил Гоша, напрягаясь.
Парень мигнул. По его лицу можно было прочитать: он сам осознал, что сказал что-то несуразное.
— Да неважно, — слабо махнул рукой.
— Тебя как зовут? — спросил Гоша.
— Илья.
— А я — Гоша. Знаешь что, Илья, давай мы с тобой пообедаем. Что-то я уже проголодался…
* * *
На походной печке отварили лапшу. Открыли банку рыбных консервов, достали из пакета хлеб. Перебрасывались незначительными фразами между делом.
Наконец приступили к обеду.
Гоша сказал:
— Я с ночевкой сюда приехал. Уже две ночи здесь.
— Я видел тебя с друзьями. Где, кстати, они?
— Уехали. Не захотели оставаться.
— Почему? — спросил Илья.
— Испугались, — честно сознался Гоша. — Мы ночью кое-что видели.
— Что?
— Неважно.
— А ты почему остался?
— Хочу этой ночью проверить, показалось мне или нет. Хочешь со мной проверить?
Илья неопределенно пожал плечами:
— Расскажи хоть сначала, что проверять-то будем.
— Не поверишь, если расскажу.
— А ты попробуй.
— Я позапрошлой ночью попал в прошлое время. А потом мы втроем минувшей ночью снова то же самое видели. Поверишь в такое?
Илья смотрел на Гошу в некотором замешательстве. Это ОН, Илья, хотел попасть в прошлое. Что ж это такое? Игра, что ли? А этот Гоша — аватар? Макар создал его, чтобы вытащить Илью? Или помочь ему найти золото? Но ведь, если они в Игре, то почему Илья не в прошлом, как планировалось?
Или все-таки технический сбой? Поэтому все так перепуталось, и ничего непонятно!
Но разобраться хочется.
— Вижу, что не веришь, — грустно хмыкнул Гоша. — Всё вот там произошло, в церкви, — Гоша мотнул головой, указывая направление. — Ты там наверняка бывал, если местный.
— Как мама погибла, я туда ни разу не ходил.
Гоша снова внутренне удивился. Всё же странный этот Илья! Может, у него с головой не в порядке? Церковь разрушена давным‑давно. Если бы его мама там погибла, он бы не родился.
— И как это было? Ну… твое появление в прошлом, — спросил Илья осторожно. Он словно боялся задавать этот вопрос.
— Началась гроза. Мы спрятались в руинах, боясь удара молнии в палатку. Вот в эту, которая здесь, стоит одиноко на берегу. А там была другая палатка… Ночью я проснулся, выбрался наружу, а церковь… Представляешь, она целая! Со свечами, иконами и даже со священником.
В глазах Ильи мелькнула тень боли — будто его кольнуло воспоминание. Он смотрел на Гошу, приоткрыв рот, на лице появилась болезненная гримаса.
Гоша хотел сказать: «Понимаю, что в такое трудно поверить», но вдруг за лесом прокатился глухой раскат грома.
Гоша тревожно поднял голову вверх:
— Ого! Как неожиданно! Гроза!
Он обернулся к Илье.
— Ты знаешь, здесь очень странное место. Оно словно притягивает к себе грозы, — напряженно проговорил он. — И я не удивлюсь, что именно они являются этаким толчком, чтобы открыть портал в прошлое.
И предложил неожиданно:
— Пошли туда, в церковь. Если это так, то ты через несколько минут сам увидишь, как мы в прошлом окажемся.
Гоша поставил на землю тарелку с недоеденной лапшой и поднялся с бревна, которое служило сиденьем.
— Пойдешь со мной? — спросил побледневшего Илью.
— Пойду, — Илья тоже выпрямился.
Сверкнула молния.
—
