Я сажусь и беру телефон с прикроватного столика:
— Дерьмо. Нам нужно быть там через тридцать минут.
Он садится и улыбается:
— Примем душ вместе, чтобы сэкономить время?
Я наклоняюсь и целую его:
— Не думаю, что это хоть как-то сэкономит нам время.
Его губы пожирают мои, и он притягивает меня к себе.
Я растворяюсь в нем, но прежде чем позволить себе поддаться желаниям, отстраняюсь:
— Ладно, хорошо. Быстрый совместный душ!
— Да! — восклицает он, целуя мой округлившийся живот. — Доброе утро, — шепчет он, вскакивая на ноги и направляясь в нашу ванную.
Я оглядываю свою спальню, с удовлетворением вздыхая, глядя на потолочные плинтусы, оригинальные деревянные полы и написанные на заказ портреты Центрального парка, висящие на стене напротив. Не могу поверить, что это моя жизнь. Всего за пять коротких лет мой цветочный магазин добился огромного успеха. Я вышла замуж, и теперь меня отделяют считанные месяцы от того, чтобы стать матерью. Я также поспособствовала межгалактическому объединению Колонии и Земли, но это меркнет по сравнению с той потрясающей жизнью, которую мы создали для себя.
Я вскакиваю на ноги, чтобы выглянуть в окно. Центральный парк раскинулся прямо за окнами моего двухэтажного таунхауса. Я хотела быть поближе к тому месту, где мы с ЖЖ познакомились. Моя жизнь никогда не была бы такой чудесной, как сейчас, если бы не он.
— Ты идешь? — кричит ЖЖ сквозь шум бьющей из душа воды.
— Да! — я срываюсь от окна. Я всё еще без ума от мысли о том, как буду тереться о его мокрое тело. Не думаю, что мне когда-нибудь наскучит мой мужчина-пчела.
К тому времени, как мы добираемся до цветочного магазина, на тротуаре перед входом уже выстроилась очередь. Как ни странно, мы не опоздали, но мое сердце замирает от тревоги из-за того, что на нашу выставку Весеннего Ботанического сада пришло так много людей.
С тех пор как Нации Мира публично заключили союз с Колонией и согласились принять их народ на Земле в обмен на помощь в восстановлении наших посевов и другой растительной жизни, бизнес пошел в гору.
Никогда бы не подумала, что Земля будет сотрудничать с самыми настоящими инопланетянами. Человеческая раса не славится умением сосуществовать или работать сообща, но, полагаю, положение Земли было немного более отчаянным, чем я думала. Как только Королева продемонстрировала, на что способна сперма её мужчин, наше объединенное правительство было готово глотку перегрызть ради порции их кончи.
Будучи первым человеком, вступившим в контакт с представителями Колонии, я стала кем-то вроде политика: организовывала встречи и работала связующим звеном в нашем сотрудничестве. Платили за эту работенку весьма неплохо, и она даже помогла мне выплатить кредит на бизнес. К счастью, во мне больше нет нужды, и я могу сосредоточиться на своем процветающем цветочном магазине.
Многие из бывших коллег ЖЖ решили поселиться в Нью-Йорке, чтобы ЖЖ мог помочь им встать на ноги. Теперь на меня работает целый рой мужчин-пчел с их волшебной кончей, которые следят за тем, чтобы мои цветы были самыми пышными и яркими в радиусе ста миль. Мне пришлось переехать в нынешнее помещение, где гораздо больше солнечного света и пространства, и даже есть место для большого сада на заднем дворе.
Идеей ЖЖ было превратить сад в выставку и сделать вход по билетам. С каждым днем мой бизнес расширяется и совершенствуется. Слава богу, я наняла полный штат сотрудников, которые будут за всем следить, когда я официально уйду в декрет. Будет тяжело оставить это место в чужих руках, но я с нетерпением жду возможности провести время со своей маленькой пчелиной семьей.
— Доброе утро! — говорю я посетителям, пробираясь к входной двери и отпирая её. Как раз когда я собираюсь распахнуть дверь, кто-то врезается в меня.
— Ох, извините! — говорю я, резко оборачиваясь, хотя этот человек явно сам на меня налетел. Мои глаза расширяются, когда я узнаю в этом бородатом и грязном мужчине знакомое лицо: — Кент?
Его взгляд лихорадочно бегает по моему лицу:
— Пчелы, пчелы.
— Пчелы? — переспрашиваю я. Я слышала, что у Кента дела шли не очень с тех пор, как ЖЖ пригрозил убить его, если он еще раз ко мне приблизится, но я и не подозревала, что он в итоге оказался на улице и окончательно растерял те крохи рассудка, что у него были.
Он хватает меня за плечи:
— Пчелы проживают мою жизнь! — визжит он, прежде чем оттолкнуть меня в сторону и побежать по тротуару.
Я смотрю, как он убегает, и каждый прохожий провожает его обеспокоенным взглядом.
— Ты в порядке? — спрашивает ЖЖ, вглядываясь в мое лицо; он наконец подошел ко мне после разговора с кем-то из гостей в очереди.
Я трясу головой:
— Да, я в порядке.
Не думаю, что он понял, что тем сумасшедшим бездомным, который только что толкнул меня и с криками убежал по тротуару, был Кент, но мне не хочется об этом упоминать. Мне совершенно не хочется разгребать внутренности Кента, размазанные по тротуару, в день моего важного мероприятия.
Я улыбаюсь ЖЖ:
— Ладно, давайте начнем, — я распахиваю двери, включаю свет и приглашаю людей войти.
— Доброе утро, — говорит Биалар из-за прилавка, перекидывая тряпку через плечо и направляясь ко мне.
ЖЖ пожимает ему руку и занимает свое место за стойкой, регистрируя гостей на мероприятие.
— Ну как всё выглядит? — спрашиваю я Биалара, заламывая руки и переминаясь с ноги на ногу.
Он качает головой, и его крылья трепещут за спиной:
— Всё выглядело отлично еще до твоего ухода вчера вечером. Я всего лишь опрыскал несколько нарциссов в дальнем углу. Теперь они расцветают.
Я с облегчением вздыхаю и обнимаю его:
— Спасибо, Биалар. Что бы я без вас делала?
Он не из тех, кто любит телячьи нежности, и неловко застывает в моих объятиях. Я хихикаю и отступаю.
— Ну ладно, увидимся завтра.
— Ты не хочешь остаться на мероприятие? — спрашиваю я. — Я бы с удовольствием рассказала всем, как сильно вы с Бейном и ЖЖ помогли вдохнуть жизнь в этот сад.
Он смотрит в потолок, нервно теребя руки:
— Нет, вообще-то мне кое-куда нужно.
Обычно я не расспрашиваю о его планах — это не мое дело, но видя, как ему некомфортно, я не могу удержаться:
— Ладно, колись, куда ты собрался. Если не скажешь, я всё равно вынюхаю и узнаю.
— У меня, эм-м, свидание, — он опускает взгляд в пол, и его желтые щеки заливает румянец.
— Свидание! — кричу я, подпрыгивая на месте. — О боже мой, где ты с ней познакомился!
— Тшш, можешь потише? Это мое первое свидание, и я и так нервничаю. Я познакомился с ней в приложении для знакомств «Бамблс» — оно для человеческих женщин и мужчин Колонии.
— Это так здорово! Ты ей обязательно понравишься. Держу пари, тебя просто завалили запросами от женщин. Я только и слышу о том, как любая женщина готова душу дьяволу продать ради мужчины из Колонии.
— Я знаю, поэтому и нервничаю. Я хочу ту, которой я понравлюсь сам по себе, а не из-за моей мощной пыльцы. Я хочу того же, что есть у вас с Бариксом.
Мое сердце смягчается, и я кладу руку ему на плечо:
— Я знаю, Биалар. Ты это найдешь, поверь мне. Но первый шаг — это пойти на свидание и открыть себя миру. Просто повеселись.
Он кивает:
— Спасибо. Ладно, мне пора идти.
— Пока, спасибо за всё! Обязательно напиши ЖЖ вечером и расскажи, как всё прошло! Хочу знать все подробности.
Он с улыбкой качает головой и протискивается сквозь толпу, заходящую на выставку.
Вид этой массы людей снова пробуждает в животе ком тревоги. Я пробираюсь к прилавку, чтобы помочь ЖЖ регистрировать гостей.
Через пару минут входит Бейн и сменяет нас за стойкой.
— Давай посмотрим, как там дела, — говорит ЖЖ, увлекая меня к дверям, ведущим в сад.
Мы выходим на залитый солнцем двор; вокруг щелкают камеры и играет классическая музыка. Биалар был прав. Всё выглядит точно так же, как и вчера, но вид забитых людьми дорожек, глазеющих на экспонаты, делает всё происходящее намного реальнее. Я словно впервые замечаю зайца из пионов, установленного посреди подсолнухового сада, или шестифутовый фонтан с плавающими лилиями на каждом ярусе и плещущимися внизу утятами. Это какая-то чертова цветочная страна чудес, и я чувствую себя флористической версией Вилли Вонки.
