столицы. Порталов переходов тут никогда не было, да и на Регирде это привилегия старых домов и городов, которые были еще до мора. После возвращения людей на поверхность их всего лишь отремонтировали и зарядили. Как делать новые, никто не знал. Поэтому никаких порталов, а по старинке на громыхающей карете, запряженной четвёркой лошадей.
Доехали до источника вполне спокойно лишь на входе в охраняемый периметр, нас по нескольку раз остановила охрана, но кучер на козлах имел пропуск, поэтому карету не осматривали.
— Теперь как договаривались— сказал Ян, — Через два состука нам нужно быть в месте, где нас заберут.
— Кто заберет? — не поняла спросонья Диана.
— Мы же говорили вчера об этом, — нахмурился Ян, — соберись Диана, мне сейчас нужна твоя сила и помощь, а не нытье и истерики.
Высокородная поджала губы и посмотрела на сына, который проснулся и оглядывался по сторонам.
Ян первым вышел из кареты и потом подхватил ребенка. Я вышла следом, за мной Диана. Солнце светило ярко и припекало хорошо, а еще я почувствовал дуновение силы. Такое, как в подземельях.
— Чувствуешь? — спросил меня Ян и оглянулся по сторонам.
Карета тут же тронулась и набрала приличную скорость, скрываясь за пологим холмом.
— Что и стоило доказать, — пробормотал Ян.
— Что — то не так, — спросила встревожившаяся Диана.
— Все так, — хмыкнул высокородный и пошел в сторону небольшого лесочка от которого в нашу сторону, уже спешили два человека.
Это оказался Северьян со своей чуть состаренной копией, видимо, отец. Младший Никс был улыбчив и приветлив, когда как старший оглядел нас непримиримым взглядом. С таким не пошутишь.
— Не советую на нас давить хранитель, — сказал Ян и посмотрел на старшего, — я свои обязательства выполнил.
— Если не считать того, что вы прихватили с собой измару, — грубоватым голосом сказал старик.
— Может, будем делать дело, а не претензиями обмениваться, — не выдержала высокородная, наконец — то я увидела прежнею Диану. Сегодня она была так же, как я в тренировочном костюме, ее волосы были собраны в высокий хвост, открывая сверкающую на солнце печать высокородной.
— Ну что же пойдёмте, — сказал хранитель, — но предупреждаю, если что — то пойдет не по плану, я вас уничтожу, поверьте здесь я хозяин.
Марик внутри меня хихикнул:
— Какое самомнение, — сказал он.
Я же была очень разочарована источником, он был так мал и слаб, и мне казалось, что на самом Регирде было больше энергии, чем в источнике Лакарста.
— Это так, — уловил мои мысли проводник, — на Регирде намного больше энергии и не потому, что там Сонный лес, — Марик внутри опять хихикнул, паразит.
По выложенным плиткой дорожке мы вышли на огромную поляну. Травы на поляне не было, чистая черная земля, а прямо посередине поляны, лежало нечто непонятное. Сначала мне показалось, что это какая — то куча хлама, но, когда мы стали подходить ближе и мой резерв завибрировал от прибытка лима, а Мердито внутри проснулся впервые за пять лет заливая меня теплой радостью и желанием объять весь мир, тут я поняла, что это осколок, осколок чего — то большого. Сам материал был как живой, чуть прогибался под нашими ногами, и переливался нитями, по которым золотыми потоками пульсировала жгучая магия лима. Я почти захлебнулась от такого напора, пока Мердито не перенаправил на себя большую часть силы, чем вызвал облегчение.
— Марик, что теперь? — спросила проводника, наблюдая, как высокородные стали подготавливать ритуал, а хранитель с сыном остались за пределами осколка. Сам источник напоминал вырванный кусок из чего — то большего, там, где проходил разрыв, лим пульсировал особенно больно, мне было почти физически плохо.
— Держись Лейра, я думал он больше, — сказал с сожалением проводник, — но и этого хватит.
— Для чего? — не поняла я.
— Увидишь, — сказал Марик, — Мердито сделает все само, умный малыш.
У меня не было сил, чтобы спорить с проводником или чего — то требовать.
Высокородные завершили свои приготовления и стали проводить ритуал. Лим не так яростно заполнял их тела, а вот на общее состояние влиял тоже отрицательно.
Мальчишку положили в круг из выложенных рунами камней и принялись проводить манипуляции с магией. Так как оба были огневиками то им было легче прийти к стабильному потоку, не было отторжения стихиями. Я стояла недалеко и наблюдала за ритуалом, даже не заметила, как лим, включил защиту, дракончики тут же стали брать мое тело в кокон и выглядывать предполагаемую опасность. Со стороны лакарстцев послышались восклицания.
— Лейра держи себя в руках, — сказал Марик, — еще немного и будешь действовать ты.
— Еще бы знать, как действовать, — хмыкнула я, борясь с тошнотой.
— Ты поймешь, смотри за пожирателями и потом делай как они, всего лишь.
Диана и Ян наконец, стабилизировали поток и стали пропускать его через своего сына. Как я поняла, мальчишку Ян как — то усыпил и теперь он висел в воздухе, широко раскинув руки и ноги, а через него на всю мощность проносился поток магии. Все тело ребёнка светилось красными огнями, а когда наконец высокородные выдохнули, то упали все разом на землю, почти не шевелясь.
— Что и следовало доказать, — хмыкнул Марик, — посмотри на его ауру.
Я тут же это сделала, чтобы увидеть, что аура у ребёнка все еще черная, кое-где видны чистые красные участки, но на этом все. Чернота неумолимо опять заполняла с таким трудом очищенные кусочки ауры.
— Теперь ты, — сказал Марик, — наполняй резерв.
Я подошла к лежащим на источнике высокородным, оба тяжело дышали и смотрели на меня, но не могли пошевелиться.
— У вас не получилось, — сказала я им, — молитесь чтобы получилось у меня.
Я раскинула руки в разные стороны и глубоко вздохнула, открывая все заслонки и печати, чтобы вобрать как можно больше лима.
Если ребенок не выживет, мне лучше умереть с ним, вяло текли мои мысли, как мне потом жить с такой ношей.
А потом из пространственного браслета выплыл Мердито. А он заметно подрос за пять лет. Все такой же сверкающий в золотистом свете бутон, надеюсь, когда он расцветет, будет красивым. Улыбнулась сама себе. Сейчас бутон был не больше полметра в длину и четверть метра в ширину, зато его лучи уходили далеко за пределы источника.
Глаза высокородных открылись от удивления, а тело бессознательного ребенка опять воспарило ввысь, чтобы замереть напротив Мердито.
Надо же, имя какое некрасивое для такого красавца, думала про себя, наблюдая, как от этого красавца отрастают тонкие жгутики и как они проникают в тело ребенка, где черная муть вибрировала от переполнявшей все вокруг силы.
