чтобы он не отговаривал её от этого. Хотя это и не было принято, использование прозвища показало бы всем в радиусе слышимости, кого предпочитает эта женщина и с кем она уйдёт.
— Я наслаждаюсь тишиной, и если тебе удобно встретиться с этим мужчиной и его сыновьями, я буду рад остаться.
Она выдохнула долгий, сдержанный вздох.
— О, хорошо! Мне нужен перерыв.
Поняв, что ему предоставляется возможность, которой очень немногие когда-либо пользовались, мужчина суетливо подошёл.
— Здравствуйте, невероятный человек! Я Фенут. Так чудесно встретиться с вами — пожалуйста, присаживайтесь. Я сразу же принесу для вас просмотрщик, если вы предоставите мне свои размеры.
— Мои размеры? — Алекс посмотрела на Озеда в недоумении, и он проклял себя за то, что не понял, что ей нужны размеры, если он собирался покупать ей одежду. Он настолько отвык от этикета мужей, что это было смешно.
— Чтобы сшить тебе одежду. Им нужно знать твой размер.
Понимание озарило её глаза.
Релли вмешалась.
— Я могу помочь, если у вас есть сканер и комната для примерки.
Фенут кивнул, явно облегчённый, и вернулся в мгновение ока с небольшим сканером для измерений.
— За чёрной занавеской в глубине. — Он указал на узкий коридор и, бросив быстрый взгляд на Озеда, она последовала за Релли.
Владелец кафе наблюдал за её удалением с напряжённым любопытством, его хвост подёргивался, сворачиваясь и разворачиваясь вокруг его ноги. Когда она наконец исчезла из виду, он, казалось, вспомнил, что Озед существует.
— О! А вы будете заказывать одежду?
Он ненавидел одежду, которую ему предоставили. Она была слишком тесной и не покрывала достаточно кожи, но комплимент Алехандры эхом отозвался в его голове, заставив его застыть, не в силах выбрать между комфортом и тщеславием. Наконец, он проворчал.
— Да.
Фенут поспешил записать его размеры, радуясь возможности уйти от Зеда. Когда он вернулся с просмотрщиком и меню для еды, Озед пролистал варианты одежды, наполовину отвлечённый, так как его взгляд снова и снова возвращался к занавеске, за которую исчезла Алехандра.
Может быть, он мог бы купить несколько традиционных жилетов… чтобы почтить культуру, конечно.
***
— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! — прошептала Алекс, когда они с Релли остались одни.
Брови Релли взлетели от удивления, и на её губах появилась робкая улыбка.
— Правда?
— Да, правда. — Алекс засмеялась, её брови нахмурились. Почему Релли так удивилась? Алекс теперь знала, что, будучи демскивом, жизнь Релли была сложной. Сложнее, чем должна была быть, но неужели она думала, что все её не любят… неужели?
Искренняя улыбка преобразила лицо Релли, и она выдохнула.
— Очень приятно снова видеть тебя, Александра.
— Ты можешь звать меня Алекс, если хочешь, — сказала
Она, осматривая комнату. Она выглядела как типичная примерочная, хотя большая парящая скамья была новой.
— Новость о том, что ты останешься на несколько дней, разлетелась очень быстро. Все об этом говорят, — прошептала Релли. Оглядываясь на занавешенную дверь, она добавила: — Фиеред всё ещё зол. Он работает день и ночь, чтобы доказать, что Озед врёт.
— Что Озед врёт? А как же я?
Релли пожала плечами.
— Ну, теперь он считает, что тебя заставили участвовать во всей этой ситуации… — Она бросила на Алекс внезапно обеспокоенный взгляд, её светло-бирюзовые брови нахмурились, и она наклонилась вперёд, понижая голос ещё больше. — Тебя ведь не заставляют, правда? Этот мужчина не вынуждает тебя утверждать, что он твой муж?
Алекс подавила смех рукой, прежде чем прошептать
— Если бы всё зависело от него, я уверена, он бы с удовольствием бросил меня в комнату к другим людям и больше никогда не упомянул об этом.
— О. — Она облегчённо выдохнула, но потом подняла брови в вопросе. — Хорошо?
Алекс вздохнула. Хорошо ли, что Озед хотел бы избавиться от неё?
— Наверное. Он начинает мне нравиться, но я не уверена, насколько хорошо мы бы сработались, понимаешь? Он такой напряжённый, а я… нет. И потом, здесь брак странный, и если бы всё получилось, я бы, вероятно, оказалась в твоей ситуации и стала бы демскивом, и я не уверена, что смогла бы вынести такое отношение, как к тебе. Это просто ужасно, кстати. Мне так жаль, что тебе приходится иметь дело со всеми этими сплетниками. Это твоё дело, а не их.
— Я это очень ценю, — прошептала Релли, и Алекс могла видеть в её сияющих глазах, что это мягко сказано. — Я поступала правильно всю свою жизнь, знаешь. Я была замужем — она задумалась, посмотрев на потолок — семь раз до встречи с Джутом, и мне никогда не удавалось подарить ни одному из моих мужей ребёнка. Но с ним всё было иначе. Ему было всё равно на это. Он просто хотел быть рядом со мной, и он… видел меня. Когда пришло время уйти от него, я не смогла. Это тяжело, как к нам относятся, но для нас это того стоит.
— Я бы хотела когда-нибудь встретиться с ним. Может, мы могли бы поужинать все вместе?
Мечтательная улыбка, которая распространилась по лицу Релли, когда она говорила о своём муже, стала ещё шире.
— Да! Это было бы прекрасно! У меня так много вопросов о людях. Правда ли, что вы ездите на огромных насекомых на своей родной планете вместо транспортных досок?
Алекс засмеялась.
— Нет, и я даже не могу представить, как начался этот слух.
— О. — Рот Релли скривился от разочарования. Она подняла сканер, который держала, и попросила Алекс раздеться, чтобы снять с неё мерки.
После долгой, задумчивой паузы, пока Алекс раздевалась, Релли сказала:
— Сестра моего мужа рассказала ему, что её подруга встретила человека из Треманты, и они сказали ей, что земные дети могут убивать своим криком, как сефа. — Она подняла брови с любопытством.
— Опять ложь, — засмеялась Алекс, вращаясь на месте для сканера. — Либо сестра твоего мужа никогда не встречала человека, либо человек, которого она встретила, подшутил над ней.
Наклонив голову, Релли посмотрела на пол.
— Значит, это должно быть неправдой, что вы прикасаетесь ртами к тем, кого находите привлекательными.
— Прикасаетесь ртами… Ты имеешь в виду целоваться? Да, мы целуемся. Вы не делаете этого здесь?
— Это правда? Как странно. Но ведь это должно быть так мокро! — Она засмеялась и повела плечами, как будто только что коснулась чего-то особенно слизистого. Она опустила сканер и сказала: — Можешь одеваться снова.
Алехандра замерла и вспомнила странный взгляд, который Озед бросил на неё, когда она его поцеловала. Она застонала от смущения, одеваясь. Неужели она совершила что-то, что считалось невероятно
