крыша поехала. Венец ей подавай. Так что тебе, друг мой, за венцом придется стать в очередь. Не ты один спишь и видишь, как станешь темным властелином.
Чего Хинтара не ожидала, так это того, что Сой’ле привалится к колонне и сползет по ней на пол:
- Это они привели нежить?
- Ну не я же, - Килмар неожиданно уселся рядом. - Не знаю, что вы забыли на этой стороне, но появились вы как нельзя кстати. Во мраке нет ни одного стража. И некроманты у нас в дефиците.
- Почему вы спрятали женщин? - спросил Сой’ле. - Разве демоницы - не воительницы?
- Не в моем клане…
Амаль, испугавшись, вскрикнула. Хинтара задрала голову и поймалаеговзгляд. Вальяжно облокотившись о перила лестницы, ведущей на второй этаж, их разглядывал мужчина, который был похож на Килмара как две капли воды. Те же черные волосы, только короче, те же темно-серые глаза, тот же золотистый загар.
Двигался он с грацией хищника:
- Принц Сой’ле Даэр’аэ. Прямо как с портрета. За венцом пожаловал?
- Дагон, - шикнул на сына Килмар. - Давай как-то повежливей. Это наши гости.
До репутации грозного типа, который подмял под себя мрак, Дагон, по мнению Хинтары, как-то не дотягивал. Молодой, хорошенький… И ничуть не пугающий. Ни тебе короны, ни мантии, ни каких-либо других атрибутов власти. Одет он был в простую черную рубашку, штаны да сапоги. На жилистой шее болтался кулон с красным камнем.
- Твои гости, отец. Принимай их у себя, - Дагон спустился вниз. - Хотя созидательница может остаться. В моем гареме всегда найдется место для красивой женщины.
Миловидную мордашку демоненка исказила гримаса ярости:
- В гареме? А Габриэлла Де Санкар тоже была в твоем гареме?
- Габи? Ну была. И что с того?
- С того, что она погибла! А я твоя дочь, идиот! - Амаль перешла в наступление. - А теперь скажи мне, Дагон из клана Айрэ, почему она забилась в глухую деревню, лишь бы ты ее не нашел?
Хинтара развернула щит, укрыв девчонку, но Дагон не отреагировал на оскорбление.
- Ребенок, зачем мне ее искать? Мои наложницы - не рабыни. Я никого насильно не держу. Если кто-то хочет уйти, двери всегда открыты, - слова Амаль сбили с него всю спесь. Демон был откровенно растерян и, кажется, не знал, что ему делать в этой ситуации. - Сколько тебе лет?
- Двенадцать.
- А зовут как?
- Амаль.
Дагон присел на корточки и всмотрелся в узор на коже демоненка:
- Надо же… Настоящая. Родовая. Как у нас с отцом. Дай угадаю, она появилась, когда ты сунула свой любопытный нос в вещички Габи и нашла два одинаковых кулона с разными камнями? А я-то все гадал, кто из моих девиц вскрыл дверь в артефакторскую.
- Мама тебя ограбила? Она не могла!
- Ограбила - громко сказано. У меня этих безделушек не счесть. Мера безопасности, если вкратце. Уже и не помню, сколько раз чрезмерно предприимчивые барышни с пеной у рта утверждали, что ждут ребенка именно от меня. Ох, как же не вовремя все это. Посмотри на меня, Амаль. Никому не говори, что ты моя дочь. И метку никому не показывай. Констанции можешь сказать. Та в любом случае пронюхает. Но в городе молчком. В Акрай’шиссэ есть демоны, которые симпатизируют Сарханам. Если кто-то узнает правду, на тебя начнется охота.
- Констанция? Это кто?
- Предводительница местных вампиров. Она живет во дворце и полощет мне мозги по поводу и без.
- Она твоя жена?
- Боги миловали. Это не женщина, а бес в юбке. Ее покои на втором этаже. Советую селиться повыше. Ночью ей нравится играть на рояле.
Амаль приободрилась:
- Значит, нам можно остаться?
- А у меня есть выбор? Наверху полно свободных комнат. Выбирай любую.
