куда деть руки и глаза. Знай себе, сиди, потупившись, и поигрывай веером!
— Но я сказал вам, что тоже выигрываю от вашей смерти, так вы думали? Пусть и остальные считают так же, что я действую по приказу короля. Однако вы правильно ответили на вопрос: больше всех хочет вас устранить графиня Ридегейра. Ей кажется, что тогда его величество женится на ней. Её люди уже несколько раз пытались вас устранить. Чудо, что вы живы. Но я больше не хочу уповать на чудо, ваше величество.
— Почему вам не всё равно, ваша светлость, что со мной будет?
Герцог казался вполне искренним, он впервые говорил со мной открыто. Вроде бы между нами устанавливалось некое подобие договора.
— Потому что с фавориткой его величества я не в добрых отношениях. И потому что вы принцесса крови, а для будущего династии это важно. И для мирных договоров с соседними странами.
Ладно, поверим.
— И что вы задумали? Я правильно поняла вас, ваше сиятельство, что вы решили выманить исполнителя с моей помощью? Использовать меня как приманку?
— Откуда у вас такие выражения, ваше величество! — поморщился спутник.
Значит, так и есть. Господа вечно недовольны, когда дамы называют вещи своими именами. И больше не надо прикрываться высокопарными фразами.
— Вы же не станете отрицать, что следующее покушение может окончиться для вас плачевно, ваше величество?
О, он решил меня запугать. Смотрел пристально, сурово, будто сама судьба взирала на меня со страниц книжной истории.
Мне вдруг подумалось, что он знает, кто я на самом деле. Или догадывается.
В самом деле, кому как не тёмному магу понимать механизм обмена телами?! Ах, если бы я была уверена! Но в том-то и дело, что не была.
А брякать, мол, я попаданка, ваше сиятельство, давайте, помогайте вернуть вашу королеву, а меня закиньте, откуда взяли, по крайней мере, недальновидно. Если не сказать больше. Глупо.
Герцог уже однажды намекнул, что меня могут признать умалишённой.
Не стоит давать ему эти самые козыри в руки.
— Я ещё не уверена до конца, что вы мой союзник.
Да с ним никогда не будешь уверенным. Сейчас он спросит, как он может мне это доказать, и тогда я что-нибудь придумаю. Трудное поручение.
— Знаете, ваше величество, в чём я не уверен до конца? Хотя со мной такое бывает редко.
— Извольте, с интересом послушаю, — улыбнулась я.
— Не знаю, кто именно к вам подослан, с целью навредить, но догадываюсь. Это ваша служанка. Ирен Волчица. Идеальная кандидатура.
Я вздрогнула. Ещё не хватало, чтобы меня Ирен лишили под видом заботы о моём благополучии!
Принялась было возражать, что уж в ней не сомневаюсь, но герцог сделал знак выслушать его до конца.
— А порой я смотрю на вас и не вижу той заносчивой и глупой девчонки, которая вздумала отказаться от моего подарка на свадьбу. И вот в чём вопрос, граничащий с безумием того, кому он пришёл в голову: а что, если это и не вы, ваше величество, вовсе? Может, королева Бланка давно умерла, а вы, порождение Тьмы, которой нас пугают церковники с паперти, заняли её место?
Герцог сверлил меня тяжёлым взглядом и добавил совсем тихо:
— Что скажите, ваше величество, пора вызывать из Рима кардинала по очищению души?
Глава 30
Я онемела, а потом, когда очнулась, уже хотела сказать: мол, вы с чего это всё взяли, господин хороший?
И помните, что я ваша королева. Четырнадцатый или более поздний век, но что-то я не припомню из истории, а это мой конёк, чтобы герцог мог вот так запросто обращаться с королевой, как с фрейлиной.
Или придворной дамой.
Правда, это всё книга, а фантазия у автора с чудны́м португальским именем (наверняка псевдоним) отменная.
— Видите, ваше величество, вы уже побледнели. Если бы я надавил, то признались во всякой чуши, — продолжил герцог с какой-то досадой, не вязавшейся с его гордыми словами.
И поучающим тоном.
— Снова подумали, что я пытаюсь вас уничтожить? Мне нет от этого проку, ваше величество, если вы задержитесь при дворе, сами всё поймёте. Не знаю, что с вами произошло за время заточения, но вы изменились. Я помню вас совсем другой.
— Я была девчонкой, далёкой от земных скорбей. А в замке Мендоса вынужденное уединение пошло мне на пользу.
Или я становлюсь параноиком, или герцог всё-таки подозревает, что королеву подменили.
Я закрыла глаза, будто устала. Вдруг в голову пришла любопытная мысль: а что, если вся моя прошлая жизнь, до того как я начала читать эту книгу, — просто сон? И не было Ольги Богуславской, а я всегда была лишь королевой Бланкой де Бурбон, выданной замуж за средневекового короля южной европейской страны…
— Приехали. Разрешите, ваше величество, познакомить вас со слугами.
Открыла глаза и подала руку герцогу, уже спрыгнувшему на землю. Движения его напоминали движения пантеры, такие же отточенные, полные скрытой силы и ловкости.
— Я хочу, чтобы мне привезли Ирен.
— Невозможно. Подумайте над моими словами, — герцог всё ещё держал меня за руку, хотя оба мы уже стояли на земле перед одноэтажным домом.
Точной копией двух других, расположенных по соседству.
Здесь не придётся думать об удобствах. Видно, что хозяева не бедняки, но и зажиточным хозяйство в три двора не назовёшь. Немного в стороне от основной дороги, чем они вообще здесь промышляют?
Заборы высокие, крепкие, скрывающие дома от посторонних глаз.
Будто угадав мои мысли, герцог произнёс:
— Раньше здесь был схрон скупщиков краденого. И разбойники хранили награбленное под присмотром верных людей.
Мы находились на опушке леса. Порывшись в памяти Бланки, я обнаружила, что столица условной Португалии стоит посреди этих самых лесов. Или очень похожих.
Значит, мы далеко продвинулись вперёд.
— А сейчас иначе?
— Не совсем. Но эти люди умеют хранить не только награбленное, но и верность тем, кто готов её щедро оплачивать.
— Вы что-то говорили насчёт Ирен, так вот, ваше сиятельство, она верна мне с детства. А эти люди выдадут меня тем, кто больше заплатит.
— Не выдадут, — помрачнел спутник и, наконец, выпустил мою руку. Что-то промелькнуло в его лице такое, как тень от крыла большой птицы, что мне снова стало страшно.
Предать такого человека, как герцог обойдётся дорого. Тут всеми благами мира не отделаешься от его мести.
— И сколько мне здесь жить?
— День или два. Пока я не выясню, кто хотел вам навредить. И мне хватит времени, не сомневайтесь.
— Это не Ирен, — упрямо говорила я, пока мы направлялись к ближайшему квадратному дому из
