случилось? Ева?
— Ах. Точно. Да, давай, открывай глазки.
В этот момент мои веки распахнулись. Хорошо. Теперь намного лучше. Я выдохнула, теперь уже абсолютно уверенная в том, что она действительно обладает магией. Я слышала, что есть люди, которые могут заставить других действовать одним словом, но никогда не встречала таких.
По какой-то причине она, должно быть, использовала свою магию, чтобы заставить меня думать, что прошло так мало времени с тех пор, как мы покинули Трио. А я и не подозревала.
Ужасные вещи, которые эта девушка могла заставить меня сделать…
— Не смотри на меня так, — сказала Ева, и властные нотки сменились раздражением. — Я простая девушка, которая стоит перед другой девушкой и хочет, чтобы она воздержалась от суждений, пока не узнает ее получше.
Что ж. Разве не этого я всегда хотела и от других? Я кивнула, и она усмехнулась.
— Ты начинаешь мне нравиться, Эш. А теперь смотри. — положив руки мне на плечи, она развернула меня.
О, Боже. Я пришла в восторг от открывшегося зрелища. Мы стояли в верхней части колизея, справа от королевского помоста, где мой отец и Диор руководили турниром с золотых тронов. Четверо слуг держали над площадкой большой брезент, укрывая их в тени. С углов брезента свисали самые красивые красные ленты, танцующие на легком ветерке. Еще один слуга стоял поодаль и обмахивал короля пальмовой ветвью, чтобы уберечь его от не по сезону сильной жары. По крайней мере, я полагала, что она была не по сезону. Я никогда раньше не посещала Севон.
Как и в тронном зале, Диор заняла место королевы, а не ребенка. Честь, которую, как мне казалось, она не заслужила.
Заметив меня, она улыбнулась и помахала рукой. Я заставила себя помахать в ответ. Однако, улыбнуться… я еще не готова.
По другую сторону от отца стояли два мягких кресла, одно из которых занимала ведьма Офелия, а на другом сидела незнакомая миловидная девушка.
У нее были ярко-рыжие волосы, светлее, чем у Трио, белая кожа с румяным оттенком и невероятные фиолетовые глаза, обрамленные густыми черными ресницами. На ней была такая же одежда и доспехи, как у Евы, и столько же драгоценностей, как у Офелии. Должно быть, это королевский оракул.
Они склонились друг к другу, перешептываясь и смеясь.
Я перевела взгляд на отца. Он наблюдал за участниками, выглядев сосредоточенным и радостным. Часть меня хотела броситься к нему и обнять, но я не понимала почему. Неужели мне нравились мучения? Отец тут же отмахнулся бы от меня, и я бы выглядела дурочкой. Опять.
Почему он не мог любить меня так, как я любила его?
Мои плечи опустились.
— Я хорошо выгляжу? — спросила я свою сопровождающую. — В шатре не было зеркала. — смогу ли я заставить отца хоть немного гордиться собой или опозорю его?
Ева окинула меня взглядом.
— Похоже, ты готова оштрафовать меня за просроченную книгу и прогуляться по переулку Целомудрия.
Мы говорили на одном языке, и все же смысл ее слова от меня ускользал. Просроченная книга? Я даже никогда не слышала об этом переулке Целомудрия.
— Это хорошо или плохо?
— Дорогая, это очень хорошо… для тебя. Чистота и порядочность — новый тип Саксона.
Новый тип?
— А какой ему тип нравился до этого?
— Жгучие. — она указала на помост. — У тебя будет лучшее место. Ты устроишься рядом со своей новой падчерицей и отцовским шведским столом с закусками, которые можно есть всем желающим. Приятно провести время. Битва вот-вот начнется, и у меня такое чувство, что Саксон ожидает, что все это время твой взгляд будет прикован к нему.
Ева едва не смеялась.
— Я знала, что он ждал меня здесь. — он хотел наказать меня за прогул, но я нарушила его планы. Я высоко подняла голову, и расправила плечи. Эту девушку было не остановить.
— Думаю, он хотел, чтобы ты была здесь, — сказала она, — но и также я знаю, что он не хотел, чтобы ты была здесь.
Я вздрогнула. Знала ли она, за кого меня принимает Саксон?
— Да, я знаю, кто ты, — сказала она, словно прочитав мои мысли. — Не волнуйся. Я понимаю, что чьи-то действия могут быть неправильно истолкованы. Поэтому. Окажу ту же любезность, что и ты мне, и понаблюдаю за тобой, прежде чем вынести вердикт.
Ладно, я только что приняла решение относительно нее… она не та, кого стоит бояться.
— Когда битва закончится, я заберу тебя и верну в его шатер. — она легонько подтолкнула меня вперед. — Развлекайся. Безумствуй. Пусть твои золотые розы найдут… солнечный свет?
— Пусть твои розы цветут вечно, — поправила я ее, ухмыляясь. Повернулась, чтобы обнять ее, но Ева уже ушла.
Неважно. Кажется, я только что обрела подругу.
Ухмылка не сходила с лица, когда я зашла на помост. Прошагала мимо ведьмы и оракула, которые проигнорировали меня… короля, который оглянулся на меня… Диор, которая снова помахала рукой. Я вздрогнула и опустилась на небольшой трон.
Проходили минуты, пока я ждала хоть какого-то приветствия от отца.
Продолжила ждать…
Я тяжело вздохнула и взяла инициативу в свои руки.
— Доброе утро, оте… Ваше величество. Диор.
Он кивнул, ничего не говоря, все еще увлеченно наблюдая за сражающимися. Никаких вопросов о моем ночлеге у Саксона? Никаких расспросов о том, как я провела время в Храме, когда мы были вдали от придворных? Даже не поругает за то, что я осмелилась присутствовать на этом мероприятии?
Диор выпалила.
— Доброе утро, Эшли, — словно не в силах больше сдерживать свои слова. — Я так рада, что ты смогла приехать на турнир. Наконец-то мы сможем узнать друг друга получше.
— Конечно, — сказала я, но в моем голосе не было энтузиазма.
Словно только что осознав, что я пришла, Офелия повернулась, встретившись со мной взгляд.
— Эшли, Стеклянная принцесса, или как там ее, хочу представить тебе Ноэль, главного оракула Севона. — она величественным жестом указала на девушку рядом с собой.
— Я, типа, твой самый большой фанат, — промурлыкал Ноэль. — Президент клуба и все такое. Честно.
Еще больше непонятных слов. Клуб — это оружие, а президент — это… Я даже не знаю. Последовав примеру отца, я кивнула. Что еще я могла сделать?
Рыжая красавица перегнулась через короля, не обращая внимания на его недовольное ворчание, и спросила меня:
— Разве ты не гордишься нашим Саксоном за то, что он сегодня надерет задницу?
«Надерет задницу?» Я достаточно разбиралась в ругательствах, чтобы понять, что она только что назвала конечный результат сегодняшней битвы, хотя та еще не произошла. Но…
— Надрать задницу —
