отцы меня обрадовали. Они побывали на очередном вечере знакомств и встретили своё сердце. У них тоже не обошлось без приключений и скандала на самом вечере, но они так немного обмолвились и не захотели рассказывать, что случилось. Типа было и прошло. Но их новая жена оживила их.
Мы были приглашены для знакомства. И эта кошка мне понравилась. Да, мамой я её не назову, и она и не претендует, а отцы и не просят. Но я точно поняла, что общаться мы сможем хорошо.
— Ну что, братик или сестрёнка у меня наконец-то будет?
— И братик, и сестрёнка, — улыбнулась кошечка, — всему своё время, Даша. А там посмотрим, кто быстрей может у тебя свои котята перевей родятся.
— Э нет, мы немного подождём, хотя бы пару лет. Так что у вас есть фора.
Родители рассмеялись.
— Как ваша квартира удалось безопасность наладить?
— Да. И слушания вчера прошли. Яшка был бесподобен, — ответил Саша.
— Я буду машину менять, — сказала тихо.
— Мы рады, дочка. Ты наконец-то окрепла.
Мы хорошо по-семейному посидели тогда у родителей. Мои мужья сделали ответный подарок моим отцам, точно такую же коробочку подарили, как они нам. Отцы смутились сразу, а потом хохотали. Уже едя домой, получила сообщение с неизвестного номера:
«Мы тебя предупреждали! Твоя шкура будет висеть на стене в назидание другим.»
Мои любимые копы, почитав сообщение, нахмурились. Передали в свой технический отдел, но опять отследить не вышло.
— Чтобы сама никуда не ходила, — строго сказал Саша.
— Я понимаю опасность лучше, чем ты можешь себе представить. Ты же видишь, они опять ту же фотку прислали. А это, между прочим, моя шкурка в прошлой жизни была, и я помню, как её снимали.
Сказала и сообразила, что Жене мы не говорили всего про меня, а он сейчас слишком сильно побелел.
— В обморок? — спросила тихо у мужа.
Он сгреб меня в объятья и стал целовать в макушку.
— Всё равно моя.
— Наша, — напомнил ему Саша.
— Ваша. Когда машину мне поменяем? И эту нужно же продать.
— Мы уже подобрали тебе небольшую машину, тоже взяли неприметный цвет. Завтра утром поедем за ней. А на эту уже покупатель нашёлся, у семьи сын временно на колёсах из-за сложного перелома обеих ног. Так что они и твою коляску купят тоже.
— Угу, пусть кому-то эта машинка послужит хорошо.
— Я предупредил, чтобы они номера поменяли, чтобы машину с тобой уже ничего не связывало.
— Это правильно.
К новой машине мне подарили две бейсбольные биты и шокер. Притом на биты одели по длинному носку. Видя мой удивлённый взгляд, Саша объяснил:
— Это не для того, чтобы кровь было не видно на бите, а наоборот — если кто схватит за биту, то ты сможешь её легче вырвать хоть руками, хоть телекинезом. Носок просто соскользнёт. А вторая бита — для твоего охранника. Но если подберутся слишком близко — шокером по рёбрам.
— Спасибо!
Бита мне пригодилась буквально через день в пятницу. Сейчас уже последние дни осени, весьма мерзкие — холодно и мокро. Как никогда радуюсь, что у меня есть машина! Потому что в прошлой жизни ножками ходила везде. Даже захудалого велосипеда не было. Я уже даже хотела собрать его из того, что нахожу на свалке металлолома, но мне запретили. А потом он уже и не понадобился — меня убили. На такую осень у меня были высокие сапожки, зауженные тёплые брючки и короткая тёплая куртка из кожзама. Мужья, увидев мой наряд, сказали, что мне байка не хватает. Всё в чёрных оттенках, а для яркости в образе у меня большой ярко-жёлтый зонт. И он был подарком одним из первых на начало осени. Когда сложен, он очень компактный, а как открывается — то не меньше метра в диаметре.
Сейчас он меня очень выручает: когда приезжаю в участок, то прежде чем выбраться из машины, открываю зонт своим даром над машиной, и только потом вылажу. И для парней из участка мой зонт стал знаком, что я приехала. Вот и сегодня, с утра зарядил мерзкий мелкий дождь. Шерсть от него становится дыбом даже без оборота. Дождалась Аристарха, и мы вместе пошли на подземную парковку.
— Как к родителям сходили?
— Хорошо. Знакомство им пошло явно на пользу, — сказала, слишком громко вздыхая, — но мне нужно привыкнуть. Хотя она милая кошечка.
— Да, маму она не заменит.
Уже идя по подземной парковке, смотрела, в какой участок нам ехать. Мне обычно утром присылали сообщение, куда я должна приехать. На день было не больше двух, потому что я больше просто физически не успею. Сначала ощутила, как напрягся Арих, а потом оторвала взгляд от телефона и заметила десяток парней, выбравшихся из машин и довольно улыбающихся. А в мыслях они меня раздели, поимели и всё это засняли на камеры телефонов, чтобы потом выложить в сеть.
Поморщилась с отвращением. Нажала на брелок от машины, разблокируя её и даром открывая багажник. Мой дар на довольно скалящихся парней не действовал. Они, улюлюкая, подходили к нам. Заметила, что у каждого на шее верёвка с артефактом. Я нас с Арихом накрыла защитой и подтянула к нам биты. Парни на плывущие по воздуху биты посмотрели с недоумением и лёгким неверием. Арих с удовольствием схватил своё оружие и мысленно посетовал, что пока не носит табельного. Свою биту я в руки не брала, и она кружила рядом.
— Значит, хочешь по плохому, — бросили мне презрительно.
А потом они скопом набросились на нас, наткнулись на мой щит и обалдели. Кто-то достал артефакторный нож и ударил в защиту. Это было больно, и нож пробил щит и застрял в нём.
— Вот незадача, — хмыкнула и этого умника огрела битой по голове.
Арих мысленно попросил его выпустить. Пришлось выпустить его из-под щита, и если он дрался в рукопашную и битой, я просто дубасила битой и укладывала без сознания. А тех, кто слишком близко подходил, била электрощокером. Ощутила, что кто-то у меня за спиной, и направила туда электрошокер. Рядом упал мужичок. Обернулась и с удивлением заметила ещё одного с пистолетом в руках. Тот, что до этого упал, был со шприцом в руках. Когда в меня выстрелили, замерли все, кто ещё был в сознании. Пуля застряла в щите. А после этого моя бита от души треснула стрелка по голове.
Последних вырубил Арих.
— Срываем быстро с них шнурки с артефактами с шеи.
Мы на пару быстро это сделали, и я даром двенадцать тушек перетащила за машину. Только
