этих надежных проверенных ребят способен предать наше общее дело?
– Получается, Семен Николаевич связался с Ковалевым, – сказала я. – Но зачем? Для чего Корюшкину уничтожать «Жар-птицу»?
– Это мы спросим у него. Я лишь могу предположить, что Коля пообещал Сёме за его услугу большие деньги.
– Разве у Сёмы маленькая зарплата? Мы никогда не обижали своих работников. Ни в одной гостинице города, ни в одном пансионате нет такой системы премирования и поощрений, как у нас!
– Ковалев значительно богаче, чем мы, – заметил Валентин Митрофанович. – Он мог предложить нашему портальщику не только большую сумму, но и должность в своей новой гостинице. А это, согласись, не мало.
– Семен Николаевич – одинокий старик. Разве в его возрасте стабильность не является важнее всего? В «Жар-птице» ему сытно и тепло, а что будет в «Единороге» никому еще не известно.
– Знаешь, Уля, то, что Николаевич живет один, вовсе не делает его одиноким. У него по-прежнему есть двое сыновей, которые остались от прошлого брака. Они находятся далеко и, конечно, давно не дети, однако он по-прежнему им помогает. У его старшего сына в прошлом году родилась вторая дочь, а у младшего подрастают мальчики-двойняшки. Представляешь, сколько им надо денег? Конечно, дедушке хочется заработать побольше, чтобы их порадовать.
– А как же честь, достоинство, совесть, в конце концов?
Валентин Солнцев развел руками.
– Валентин Митрофанович, вы говорили, что этот Корюшкин был артефактором на крутой чародейской фабрике, – сказал Максим. – Что же такое случилось в его жизни, раз он бросил свой пост и переехал в скромный городок на скромную незаметную должность?
– У него случился развод, – напомнила я. – Он перебрался сюда после него.
– Если бы не бывшая супруга, никуда бы он не перебрался, – сказал дедушка. – Она работала на том же заводе – сначала бухгалтером, а потом коммерческим директором. После развода эта женщина приложила все силы, чтобы Семена уволили из артефактория. В конечном итоге она так испортила ему репутацию, что он был вынужден переехать. На портальщика, кстати, Корюшкин выучился уже здесь. Лет семь работал в разных пансионатах, а потом устроился в «Жар-птицу».
Я задумчиво потерла переносицу.
– Деда, у меня возник еще один вопрос. Откуда Гришкин отец узнал, что Семен Николаевич – артефактор? Я не помню, чтобы он когда-нибудь об этом рассказывал. Ты знаком с ним давно, поэтому о его биографии тебе известно больше, чем нам. А кто сообщил об этом Ковалеву?
– Понятия не имею, – Валентин Митрофанович пожал плечами.
– Наверное, к этому приложила руку Ковалевская сестрица, – предположил Макс. – Григорий говорил, что она в афере с гостиницами главная запевала.
Дедушка хмыкнул. А в моей голове что-то щелкнуло.
Я достала телефон и, полистав список контактов, нажала кнопку вызова.
– Кому ты звонишь? – спросил Ивушкин.
Я приложила палец к губам.
– Привет, Гриша, – сказала, когда вызываемый абонент принял звонок. – Извини, что беспокою с утра пораньше. У меня к тебе срочное дело. Скажи, как зовут твою тетю? Двоюродную сестру отца, о которой ты рассказывал позавчера.
Ответ младшего Ковалева заставил мое сердце похолодеть. Коротко его поблагодарив, я сбросила вызов и уронила руку с телефоном на стол. Дедушка и Максим вперились в меня вопросительными взглядами.
– Ну?
Я глубоко вздохнула и медленно произнесла:
– Ее зовут Клара Семеновна Корюшкина.
Глава 8
Почти минуту в кабинете висела тишина. Первым ее нарушил Ивушкин.
– Клара Семеновна? – переспросил он. – Бабуля, которая живет в «Жар-птице» на втором этаже?
Я со вздохом кивнула.
– Она, что же, его жена?..
– Бывшая, – я повернулась к старшему Солнцеву. – Знаешь, деда, ты не один дурак в этой гостинице. Я ведь регистрировала Корюшкину. Собственноручно вбивала ее фамилию в таблицу, делала копию паспорта… Но при этом не соотнесла ее с нашим портальщиком. Мне в голову не пришло, что эти люди могут быть родственниками.
– Может, они и не родственники, – предположил Валентин Митрофанович. – Бывают же совпадения…
– Бывают, но не такие явные, – покачал головой Максим. – Уля! Я все понял! Это она выпустила камнегрызок! Мы думали, это сделал белобрысый, а он тут не при чем. В тот вечер Гриша шел с заднего двора просто так – ему было скучно ждать меня у крыльца, и он просто гулял вокруг отеля. За Кларой же никто не следил. Она могла подойти к загону, выпустить жуков и тихонько вернуться в свою комнату… Помнишь утро, когда ваш дракон слопал мои булки? Я нес их из кофейни, а Клара остановила меня у крыльца и что-то спросила. Какую-то чепуху. Я задержался, чтобы ей ответить, и тут из-за угла появился Яша… Мне кажется, она нарочно меня отвлекла. Если бы не эта бабуля, мы с драконом наверняка бы не встретились!
Мы с дедушкой переглянулись.
– Семен Николаевич знает, что Максим скоро принесет Клятву молчания, – сказала я. – И он, конечно, рассказал об этом Корюшкиной. Ты понимаешь, деда? Они в курсе, что Макс нормально отнесся к волшебному миру и проблем «Жар-птице» уже не доставит.
– Для Корюшкиной ничего не стоит придумать новый план, – усмехнулся Ивушкин. – Я, кстати, не совсем понимаю, почему ваш портальщик ей помогает. Она же принесла ему столько проблем!
– Значит, у Клары есть на него какие-то рычаги давления, – пожал плечами Валентин Митрофанович. – Возможно, она использует для этого детей и внуков. Семен их любит без памяти, и сделает ради них что угодно. К тому же, мы не знаем, какие у него сейчас отношения с бывшей женой. С момента их развода прошло много лет. Быть может, они помирились и обид друг на друга больше не держат.
Я закусила губу. Если мы все понимаем правильно, вклад Семена Николаевича в аферу Ковалевых был небольшим. Всего-то дел зачаровать карту и вручить ее на улице незнакомому рыжему парню.
Хотя и этого было немало. Без такой подсказки Ивушкин наш отель никогда бы не нашел.
Мне отчего-то кажется, что к слухам и камнегрызкам Корюшкин отношения не имел, всем этим занималась исключительно Клара. Тем не менее, даже то, что он сделал, тянет на тюремный срок. Если я правильно помню магические законы, наложение чар на непосвященного человека, да еще по сговору с группой лиц – это четыре-пять лет колонии общего режима.
– Получается, вчера у них было не свидание, – задумчиво пробормотал Максим. – Они наверняка обсуждали, как устроить «Жар-птице» новую подлянку.
Дедушка вопросительно поднял бровь.
– Прошлым утром мы видели Семена Николаевича и Клару Семеновну в беседке у заднего двора, – объяснила я. – Они о чем-то разговаривали. Макс прав. Если эти двое в курсе, что план с
