Где бы он, черт возьми, ни находился.
— Это место, куда ты отправляешься, когда совершаешь путешествие без тела? — Эви поймала себя на том, что спрашивает, искренне желая понять.
Чарльз снова улыбнулся и кивнул, явно впечатлённый.
— Да, в некотором смысле.
— Как мы здесь оказались?
— Один из моих талантов — втягивать других в астральный полет вместе со мной, во сне.
Эви задумалась. Вспомнила дротики, которые попали ей в ноги и руки и вонзились в шею сбоку.
— Дротики, — сказала она. — Снотворное.
Чарльз ухмыльнулся еще шире, угрожающе сверкая острыми клыками. Эви вздрогнула.
— Бинго, — признался он. — Ты невероятно проницательна, Эви…
— Прекрати меня так называть! — закричала она.
Он проигнорировал и продолжил:
— Я какое-то время буду наслаждаться твоим обществом.
— Ты убил его? — спросила она. Сначала молясь всем ноющим сердцем, чтобы вампир ответил честно, а затем, чтобы сказал то, что она хотела услышать. Не верилось, что Роман мертв. Она почувствовала бы, узнала бы, если бы это было так. Но все равно должна услышать это из уст Чарльза.
— Ты имеешь в виду короля? — Чарльз безразлично приподнял брови. — Конечно, нет. Он крутой сукин сын. И чтобы грохнуть его чертову королевскую занозу в заднице, потребуется нечто большее. Но знай, это оказался самый эффектный способ временно вывести его из игры.
Эви с нахлынувшим облегчением прикрыла глаза. Затем снова попыталась встать и на этот раз успешно. Поднялась на ноги, прислонившись к окутанной туманом стене. Со странным ощущением. Туман покрылся рябью от ее прикосновения, Эви словно лежала на вертикальном водяном ложе.
— Чего ты хочешь от меня?
— Так много всего, — пробормотал Чарльз, склонив голову на бок и оглядывая сверху до низу. От его внимания она почувствовала легкую тошноту. Уорд был красивым мужчиной, и в нормальном мире, лишенном вампиров-убийц, он показался бы вполне привлекательным. Но в данный момент и в нынешней ситуации она словно смотрела в обжигающие глаза своего ожившего кошмара. — Но прежде всего ты станешь моим орудием возмездия, малышка Эви. Верю, ты справишься на отлично.
— Я ни хрена для тебя не сделаю, — прошипела в ответ Эви. Идиотка, Эви буквально зациклилась на этом. Зачем провоцировать вампира-похитителя? Она закрыла рот и снова отвернулась, ее сердце в груди словно выбивало дерьмо из легких.
Чарльз же оказался совершенно невозмутимым.
— Ты это сделаешь не сразу. Не по своей воле. — Он засунул руки в карманы брюк и начал расхаживать по странной астральной комнате. — Но здесь нас никто не найдет, Эви. Как уже говорил, тут только ты и я. — От его взгляда Эви с трудом сглотнула, особенно когда глаза засветились от жуткого голода. — И если мне больше не от кого будет кормиться, а я наверняка проголодаюсь. — Он снова обнажил клыки в многообещающей улыбке. — Как думаешь, сколько раз мне придется пить из тебя, прежде чем ты сломаешься?
По спине Эви прокатился холодок.
— Ты мог бы затащить сюда кого угодно другого, — пробормотала она. — Во сне.
Именно об этом он говорил, верно? Просто пытался напугать. И все сработало.
— Чтобы все получилось, мне нужно находиться в непосредственной близости с жертвой, — ответил он почти непринужденно. И снова принялся расхаживать по комнате, не сводя с нее взгляда. — Я должен иметь возможность прикасаться к жертве. И крайне неразумно уезжать отсюда. Сначала Ди Энджело, без сомнения, предположит, что нападение совершено Охотниками. Я позаботился о том, чтобы тщательно скрыть наше местоположение. Но скоро король во всем разберется. — Чарльз опустил взгляд в пол, задумался. Повернулся к ней, приблизившись вплотную. — И тогда он придет за тобой. — Снова устремил на нее непоколебимый решительный взгляд. Эви почувствовала, как ее ноги словно превратились в желе, и осознала, что отчаянно хочет отстраниться. Но отступать было некуда.
— К тому времени мы уже все сделаем, — вампир заговорщицки понизил голос. — Так что я не исчезну ни по какой причине, Эви. На самом деле я сделаю все, что в моих силах, чтобы ускорить процесс.
Вампир замер перед ней, и Эви задумалась, слышит ли он ее сердцебиение, которое, оглушая, било в барабанные перепонки.
— Чего ты хочешь? — снова спросила она.
— Хочу, чтобы ты произнесла всего три маленьких слова, Эви. И я позабочусь обо всем остальном.
Чарльз оперся рукой о стену у ее головы и наклонился. Эви вздрогнула, когда его глаза заблестели еще ярче, окутав магией голубого топаза.
— Какие три слова?
— Аддо нокс ноктис, — прошептал он, овевая дыханием ее щеку. Вампир находился настолько близко, что Эви испугалась, как бы он не попытался ее поцеловать. Из-под его губ выглядывали кончики клыков, и она вспомнила, что всего несколько минут назад целовала Романа. Его клыки пролили ее кровь…
— Тысячи лет назад новый король создал и ввел в действие закон, запрещающий вампирам создавать новых вампиров из смертных, — заговорил Чарльз, пристально глядя ей в глаза. — Он, вероятно, был прав, поступив именно так, — говорил Чарльз, явно не одобряя это, — поскольку наш вид беззаботно уничтожал человеческую расу, создавая рабов направо и налево. Они не обладали врожденными способностями Потомков, потому что происходили не от колдунов. Поэтому солнце для них оказалось таким же смертельно опасным.
Чарльз замолчал, скользнув взглядом по губам Эви. Она затаила дыхание и отвернулась, думая лишь о женщине, которую он убил, и о пуле, снесшей половину головы Романа.
Чарльз взял ее за подбородок, заставив снова посмотреть ему в лицо. От его жесткой хватки Эви с трудом сдержалась и не скривилась от боли.
— В течение трех тысяч лет наш вид не создавал спутников, которые могли бы сопровождать нас в бессмертии. — Вампир грубо оттолкнул ее и отступил назад, с по-прежнему жестким выражением на лице. — Даже если бы он не скрывал, как именно нужно проводить ритуал, мы все слишком сильно боимся всемогущего гнева Ди Энджело.
— Какое это имеет отношение ко мне? — спросила Эви, осторожно потирая подбородок, изо всех сил стараясь не отводить взгляд.
— Ты это изменишь, Эви. Ты станешь первой созданной с начала правления Ди Энджело. И будешь моей.
Эви уставилась на него.
— Ты повторишь эти три слова, произнесешь заклинание, — словно приказывая непослушному ребенку, повторил Чарльз. — И возьмешь мою кровь. — Улыбнулся дьявольской улыбкой. — А я возьму твою кровь… всю… до последней капли…
«Не падай в обморок, не падай в обморок, не падай в обморок».
— И когда я закончу с тобой, Эвелин Грейс Фэрроу, ты станешь первой смертной-вампиром за последние три тысячи лет. — Он рассмеялся, мерзко и противно. — И ты разобьешь драгоценное сердце Романа Ди Энджело.
Глава 19
— Очень жаль, мой повелитель. — Низкий голос Саксона — первое, что услышал Роман, когда очнулся. — Я вернулся в особняк, чтобы поговорить с вами, предложить послать нескольких людей за Уордом, но когда прибыл, на вас уже напали.
Роман сел. На него одновременно обрушились все чувства, словно притянутые магнитом. Конспиративная квартира была в руинах. Стекло и обломки усеяли пол и стены, вместе с кровью и другими частями тела. Роман посмотрел на свое отражение в осколке стекла на полу. Целый и без единой царапины. Он чертовски хорошо знал, что получил сильную травму. Только самое тяжелое повреждение могло вывести его из строя.
Эви!
— Эви, — прошептал он.
— Ее похитили, милорд.
— Охотники? — спросил он, мгновенно поднимаясь, мрачно выискивая любые следы своей будущей королевы. Он чувствовал ее запах — цветущая вишня и кровь — но несмотря на всколыхнувшуюся ярость, не мог найти.
