отключить систему безопасности прежде, чем нас обоих поджарило.
— Как? — Я вошла внутрь с открытым ртом. — Я потратила двадцать лет на совершенствование этой системы!
Он усмехнулся, и у меня перехватило дыхание.
— Ты отлично поработала, Ти, но ты же знаешь: ничто не удержит меня в стороне, если я действительно захочу войти.
Это была правда. Я ничего не могла поделать, чтобы прогнать его, и, к счастью, мне этого и не хотелось. Не в этот момент. Впервые в моей взрослой жизни Луи принадлежал только мне, и он хотел меня так же сильно, как и я его. С той самой секунды, как он вошел в бар, он почти не сводил с меня глаз, и этот его затуманенный взгляд распалял меня так, как не удавалось ни одному супу.
Я бросилась к нему — возбуждение было слишком сильным, чтобы думать о чем-то, кроме близости. Плевать на последствия, разберусь с ними позже. Это будет проблема будущей Элизабет.
Он с легкостью поймал меня, прижимая к своему телу, и я почти всхлипнула от наслаждения, когда снова обхватила его ногами.
— В спальню, — потребовал он, и я кивнула в сторону коридора. В гостиной уже вовсю полыхал камин — я знала, что в спальне он тоже уже горит. Луи был дотошным.
Наши губы встретились, пока он шел, и я не могла перестать тереться об него. Мое тело ныло от потребности. Луи зарычал, и его язык сплелся с моим. Когда мы достигли спальни, я ожидала, что он бросит меня на кровать, но он, продолжая удерживать меня одной рукой, другой потянул мою майку вверх и через голову. Я откинулась назад, помогая ему; поцелуй прервался, когда вещь отлетела в сторону. На Луи тоже было слишком много одежды на мой вкус, а я не отличалась его терпением, поэтому просто магией испарила его пальто и рубашку, обнажая его грудь.
Мой взгляд скользнул по твердым мышцам, четким и мощным линиям тела человека, привыкшего к тяжелому труду. Его тело было совершенством, и я не могла дождаться, когда коснусь его губами.
— Если будешь и дальше так на меня смотреть, Ти, всё закончится, не успев начаться.
Я рассмеялась — глубокий, горловой смех сорвался с моих губ.
— Ой, да брось, милый. Ты же у нас всегда был отличником. Я жду сегодня как минимум четыре оргазма.
Его глаза потемнели в ту же секунду, как я назвала его «милым»; признаю, это вырвалось случайно, но забирать свои слова назад я не собиралась. Как и слова про четыре оргазма.
— Твое желание — мой закон, — прошептал он, и в мгновение ока я оказалась полностью обнаженной. Его ладони сжались на моей заднице. Он снова поцеловал меня, прижимая спиной к стене. Я застонала, наслаждаясь его вкусом. Он сместился к моей челюсти, осыпая её поцелуями, и спустился к груди. Затем он начал медленно поднимать меня, продолжая целовать мое тело; его прикосновения сводили меня с ума.
Я простонала, когда он поднял меня еще выше — он был настолько силен, что не выказывал ни малейшего напряжения. В итоге я оказалась прижатой к стене, закинув обе ноги ему на плечи.
— Боги… — выдохнула я, глядя сверху вниз на его голову между моих бедер.
Я ожидала, что он воспользуется магией, чтобы удержать меня, но нет. Только чистая физическая сила.
Боже. Мой.
— Луи, — запротестовала я, когда он принялся покрывать поцелуями мои бедра, подбираясь к самому центру. — Мне нужно сначала в душ.
Он лишь зарычал в ответ, и его язык скользнул по мне, пробуя на вкус. Я едва не кончила в ту же секунду — тело напряглось от того, как мастерски он ласкал мое самое чувствительное место. Меня еще никогда так не держали — я была почти беспомощна, не в силах пошевелиться. Это придавало происходящему особую остроту.
— Готова к первому? — спросил он, подняв на меня глаза.
— Да, черт возьми! — простонала я, извиваясь в его руках.
Его сильные руки продолжали удерживать меня на месте, пока он снова опускал голову. На этот раз он не остановился. Он ласкал меня снова и снова, точно зная, на чем сосредоточиться, чтобы я окончательно потеряла рассудок. Я пыталась двигаться, подаваясь бедрами навстречу, но он держал меня крепко, и это сводило меня с ума еще больше.
Нарастающее чувство нужды закручивалось в тугую спираль, пока перед глазами не посыпались искры. Я содрогнулась от мощной разрядки прямо под его губами, и он наконец дал мне немного свободы движений. Я вскрикивала снова и снова, срывая его имя с губ, переживая один из лучших оргазмов в своей жизни.
Даже когда я закончила, Луи не перестал меня ласкать. Его язык был оружием, и он умел им пользоваться.
Очень скоро он снова довел меня до исступления, и я почти закричала от досады, когда он поднял голову. Его фиолетовые глаза мерцали, глядя на меня.
— Такая отзывчивая, — произнес он, прежде чем отступить, всё еще удерживая меня на весу, а затем медленно опустил, пока я снова не обхватила его талию ногами.
— Значит, в том, чтобы быть коротышкой, всё-таки есть свои плюсы, — пробормотала я, совершенно запыхавшись.
Луи рассмеялся:
— У тебя идеальный размер.
Он сам был идеален.
— Ты нужен мне, — сказала я, готовая просить о желаемом.
Он медленно улыбнулся, и я застонала, прежде чем его джинсы исчезли во вспышке магии. Теперь мы оба были обнажены, и это могло бы быть странным или неловким моментом — особенно учитывая, что я только что, по сути, посидела у него на лице, — но между нами не было никакой неловкости.
Завтра я, возможно, спишу свое поведение на несуществующий алкоголь в крови, но сейчас я просто хотела Луи.
Он опустил меня еще немного ниже, и головка его члена коснулась входа в меня. Я простонала, ерзая на нем.
— О боже, ты такой большой, — выдохнула я, сама насаживаясь на него.
Его улыбка была невыносимо сексуальной.
— Ты справишься. Мы созданы друг для друга.
Словно в подтверждение его слов, мое тело расслабилось, принимая его, и он вошел до самого упора. Из-за угла, под которым Луи прижимал меня к стене, он оказался так глубоко, что внутри всё заныло. Он начал двигаться — сначала медленно, и я откинула голову назад, ударившись о стену, когда ощущения достигли пика.
Как он это делает? Как он заставляет меня чувствовать так много и так быстро?
— Что это за магия такая? — спросила я вслух.
— Не магия, — прошептал Луи мне в шею, прикусывая кожу
