Терновая Корона - Виктория Олейник

— Делай, что должен. Но я все равно отдам тебя ангелам.

— Не стоит, королевна, — он коснулся моего лица, поднимая, и предвкушающе улыбнулся. Я застыла в мрачном предчувствии от его улыбки. — Не трудись. Я приду к ним сам. Как ты придешь сама к Зарелю.

— Я не уверена, что...

— Это мой совет, если ты не поняла. Используй его желания. Используй, и пусть он о них пожалеет. И помни, что иногда путь мира самый верный и коварный. Мысли не как демон и не как ангел, королева. Мысли как женщина.

Я не сразу нашла в себе двигаться. Древний исчез буквально на месте, рассыпался сияющими искрами, заплясавшими в воздухе и оседающими на моих ресницах, как касание чужих губ.

— Использовать желания... - прошептала я.

И ощущения при этом у меня были такими, словно на моей шее все крепче затягивалась удавка...

4

На мои ноги наползает серый туман. Я бреду в нём, не обращая внимания на тени, что цепляются за меня. Мои ступни вязнут в липкой паутине. Голову сдавливает как терновым обручем, этот мир выталкивает меня, истязая своей властью. Безмолвные тени бредут поодаль во мраке, я и здесь, и не здесь, чувствую себя чужой.

— Лео... Леодар, прошу...

О чем я прошу, почему зову мужа? Это место принадлежит не живым. Оно не принадлежит ни смертному миру, ни миру демонов. Я отдергиваю ногу, и там, куда собиралась ступить мгновение назад, с шелестом разбегаются мелкие паучки. Содрогнувшись, выдыхаю: там внизу, что-то живое. Как плоть, оно невесомо дышит, ждет меня, чтобы поглотить.

Мне страшно, даже жутко. Эти пауки — не материальные существа, и все же они могут поглотить меня без остатка. Но что-то ведет меня дальше, невзирая на страх, невзирая на угрозу, которую источал этот мир.

— Леодар, пожалуйста! — кричу громче, и мой голос разносится эхом вокруг.

Мне вторят тысячи шепотов, окружающая тьма звенит, как натянутая струна. Я то и дело вижу вокруг тени, они появляются из тьмы и растворяются в ней же.

— Леодар... — шепчу, уронив руки.

Его нет здесь, он не может меня услышать. Меня трясет. Этот мир сокрушает, впиваясь острыми когтями в сердце. Почему я оказалась здесь? Что ищу? Это пристанище отчаяния и смерти, здесь нет ни радости, ни света, только пустота и скорбь. Они поглощают меня.

Я поворачиваюсь, отвлеченная стремительной тенью. Эти тени не признают меня. Мое присутствие оскорбляет их, мой голос причиняет им боль.

Они тянутся ко мне, нервничая и шипя. Опасность, разлитая вокруг, усиливается, она оседает прахом на языке; на вкус, как тающая шершавая земля — могла ли подумать, что однажды узнаю это?

— Я лишь хочу найти мужа, — оправдываюсь я перед тенями, а они все шипят и шипят на меня. — Лео!

Мой голос звучит громче, чем раньше; я в отчаянии. Не помню, как оказалась здесь — не знаю, как вырваться! Но отвечает мне не мой демон, а сотни, тысячи голосов звучащих, как один.

— Фениксам здесь нет места... нет… нет…

По моей коже бежит мороз; я отшатываюсь назад, спасаясь от чего-то черного, громадного, жуткого. Вижу лишь силуэт впереди — бесформенная гряда, в которую встраиваются тень за тенью, снова и снова. Красные вспышки громадных глаз сверкают в этой тени; вдруг ощущаю себя никчемной, блеклой, жалкой...

— Ты умреш-шь… твое воплощение последнее, я не приму тебя... но какое же хорош-шее из тебя выйдет удобр-рение для моей земли... для моих пито-омц-сев...

Одна из ближайших теней срывается с места, она нападает на меня, и я вскидываю руки. Пламя срывается с моих ладоней, отталкивая тень, но это злит, вызывает ярость у остальных.

Тени вдруг замечают меня — а может быть, их влечет свет, охвативший меня. Он будто слепит их и раздражает. Они поворачиваются ко мне, что-то цедят на своем змеином языке; я чувствую, как они ненавидят меня, как хотят уничтожить, разорвать!

Я вскрикнула, когда существа устремились ко мне. Мир содрогнулся, грозя погрести меня под собой, придавливая, кромсая...

— Я сказал, нет!!!

Меня вдруг отталкивает в сторону. Пошатнувшись, отступаю, а отступив, вдруг оказываюсь в другом месте. Вскидываю голову, в надежде и опасении. Ведь я узнала голос… я знаю, кто это!

— Лео!!!

— Не приходи сюда, — жестко отрезает он, и его глаза сверкают огнем. — Никогда!

Я размыкаю губы, чтобы сказать хоть что-то, но задыхаюсь, когда их обжигает яростным поцелуем. Таким быстрым, таким огненным! Мужские пальцы стискивают одежду на моем теле, судорожно сминают...

Чтобы в следующий момент оттолкнуть меня изо всех сил. Полыхает вспышка, я слышу собственный вскрик и летящий вслед за мной свирепый рык...

_

И все вдруг сгинуло во тьме, грубо и болезненно выдёргивая меня из сна. Вскрикнув, я резко распахнула глаза, а распахнув, перевернулась, намеренно соскальзывая с кровати. С моих вскинутых рук сорвалось пламя, оно ударило по постели, но темный силуэт скользяще ушел в сторону.

Сон! Это был просто сон! Но какого черта кто-то только что стоял надо мной, наблюдая за тем, как я сплю?..

5

В сумрачной комнате не так легко было сразу рассмотреть того, кто покушался на мой сон. Мое пламя вхолостую хлестнуло по матрасу, язычки пламени, взметнувшись, затрещали, поглощая свою добычу.

Я не помнила, как вчера заснула. Проведя целый день в попытках передать Леодару магию, совсем потеряла счет времени, и сон сморил меня, стоило на секунду прилечь и сомкнуть глаза.

А теперь это! В моих ушах стучала кровь, сон не принес ни капли отдыха. Я все еще чувствовала себя, как выжатый лимон, на мне будто катались всю ночь. Не в госте ли дело? При моем пробуждении он будто отдернул руку и подцепленный им ранее кулон, — тот самый, что мне подарила Ева, — тяжело обрушился на мою грудь.

Поморщившись, я приложила к уху ладонь, но угроза не позволяла надолго забыться. Выдохнув, нахмурилась и вскинула руки, позволяя пламени заплясать на моих пальцах. Если гость дернется, уже только это, то испепелю на месте!

Но стоило глазам привыкнуть к сумраку, как я удивлённо подняла брови. Мои пальцы дрогнули, поджала их, сдерживая разошедшийся дар.

Я могла не сразу разглядеть лицо, но эти золотые крылья слишком колоритны, чтобы забыть их обладателя. Мужчина шагнул ко мне, и я подняла руки еще старательнее, еще угрожающе.

— Что ты здесь забыл?!

— Какой неприветливый прием.