в любви спровоцирует его на необдуманные действия.
— Снова в паре, — улыбнулся Вега, когда мы, покинув вездеход, двинулись к точке наблюдения.
Солнце палило нещадно, редкие деревья посерели, в лицо летела жёлтая пыль. Радовало только то, что впереди ждала тень каньона, но лишь кратковременная. Нам вновь предстояло занять наблюдательную позицию для проверки территории на наличие сбежавших заветов.
— Признайся, Кэсс, мечтаешь уединиться со мной и от души нацеловаться? — Эрик весело поиграл бровями.
Светлая кожа покрылась бронзовым загаром, волосы выгорели, приобретя пепельный оттенок. И оттого столь ярко на его лице выделялись голубые, как небо над нашими головами, глаза и белые зубы.
— Я не отвечаю за распределение, Вега, — фыркнула, радуясь про себя, что загар не выдаст всю сочность моего румянца.
— А Марко зачем отпускать со мной невесту?
— Это инициатива Грифона. Он контролирует распределение, хотя обычно отдаёт всё на откуп Марко. Сама не понимаю, зачем ему постоянно ставить нас с пару. Видимо, хочет помирить.
— О, мы помирились, — он мне подмигнул.
— Эрик, я хочу быть уверена, что ты осознаёшь реальное положение дел. Королева не отменит свадьбу. Она знает как о любви Марко к другой, так и об отсутствии влечения между нами. Ей всё равно. Не питай пустых надежд.
— Без вариантов, да?
Мы как раз зашли под тень каменной стены, и после пронзительного солнца почти ослепли, потому я не рассмотрела выражения его лица.
— Без вариантов, — подтвердила я, и мы надолго замолчали.
Начался затяжной спуск. С двух сторон медленно поднимались стены каменной породы. Ветер гудел, проносясь сквозь узкие щели. Но без солнца стало прохладнее и легче.
— Всего две недели назад я не мог представить, что коснусь тебя, — Эрик вдруг взял меня за руку. — Не то, что поцелую или задумаюсь о чём-то большем.
Сердце дрогнуло от его слов. И я при всём желании не смогла понять, что чувствую. Между нами пока четыре поцелуя, и лишь один из них отдан добровольно. Но там, где есть один, появятся новые. А отношения между мужчиной и женщиной и вовсе могут зайти дальше. Если я позволю… Если захочу шагнуть за эту черту. Только одно дело — дразнить Эрика, оценивать иллюзию возможных отношений, и совершенно другое — отдать ему невинность. Ради чего это будет? Снова для эксперимента и познания, получения удовольствия или уже из расположения и ответного желания? Пока сложно сказать наверняка. Порядочная девушка из высшего общества и вовсе не должна задумываться о подобном. Но я не совсем порядочная, я военная и убийца. Может, не самых свободных нравов, совершенно неопытна, но далеко не ханжа.
— Поэтому я хочу испытать всё, что возможно с тобой, Кэссиди, — глаза успели привыкнуть к новому освещению, и я увидела светлую улыбку на его губах.
Сердце застучало чаще, когда он потянул меня на себя. Его рука нежно скользнула по моей щеке, и душой овладели вовсе не опасения, а осторожное предвкушение. Продолжая прислушиваться к себе, я приподнялась на цыпочках и прижалась губами к его губам. Предпочитала контролировать все свои эксперименты, и эта привычка явно перекочёвывала в личную жизнь.
— Не так быстро, — пошутил Эрик.
Я в притворной злости подтолкнула его в плечо, а он рассмеялся, обнимая меня за плечи, и вновь поцеловал. На этот раз жадно и порывисто. Я задохнулась под властью необычных ощущений, приоткрыла губы, и, можно сказать, дала разрешение углубить поцелуй. Мои руки скользнули на его плечи. Слегка откинув голову, я прижалась к его груди, полностью расслабляясь и отдаваясь яркости момента. Не знаю, так ли хорош Вега в поцелуях, и насколько плохи мои способности, но мне нравилось происходящее. Я чувствовала себя свободной и немного бунтаркой.
Эрик оттеснил меня к скале, прижал спиной к тёплому камню и усилил напор. Дыхание обоих участилось. Сердце забилось громко и сильно, по коже побежали мурашки и мысли совершенно потерялись. Внизу живота сладко сжимало, когда рука Эрика стискивала бедро. И тогда мысли о большем не казались столь непозволительными, наоборот, имели флёр соблазна.
Не знаю точно, как долго это могло бы продолжаться и чем закончилось, если бы не раздалось тихое рычание. Мы моментально оторвались друг от друга. В паре метров от нас замер койот. Не живой, мёртвый. Бурая шкура местами облезла, демонстрируя гниющие мускулы и кожу. С чёрных от мглы клыков капала склизкая слюна. А жёлтые глаза горели жаждой крови. Он припал на переднюю сломанную лапу, и на миг лишился равновесия. Именно тогда Эрик развернулся и выстрелил. Хлопок и предсмертный скулёж твари эхом пронеслись по каньону. Койот повалился на землю. Его лапы ещё дёргались, пока из пробитой головы вытекал наполовину сгнивший мозг.
— Откуда здесь отравленное мглой умертвие? Это же патрулируемая и тщательно охраняемая территория, — прошептала я встревоженно.
Отдалённость от Разлома и серьёзная линия обороны делали местность безопасной от порождений и отравления мглой, здесь бывали лишь стычки с заветами, что перемещались своими тайными подземными тропами и горными переходами, но и то их не случалось почти двадцать лет.
— Не знаю. Но он оставил чёткий след, — Эрик отпустил меня и приблизился к твари. — Пройдём по нему, возможно, рядом расширение Разлома.
— Идём, — согласилась я. — И больше не отвлекаемся.
— Не отвлекаемся на непроверенной территории, — поправил он меня и пустил ещё одну пулю в голову твари. — А на проверенной наслаждаемся драгоценными мгновениями. Да, Сэнд?
— Да, — отозвалась я сипло.
Если тщательно контролировать эксперимент, он пройдёт безопасно. Пусть даже зайдёт дальше, чем планировалось…
Мы двинулись по оставленному койотом следу и вскоре приблизились к узкому провалу в земле.
— Насколько там глубоко? — поинтересовался Эрик, вглядываясь в тёмную глубину.
По краям ямы виднелись чёрные разводы, оставленные тварью. Можно предположить, что зверь провалился. Но погиб он от падения и когда отравился мглой, оставалось загадкой. Эта территория в целом считалась условно безопасной. Разлом находился далеко, как и граница. Но высокие скалы защищали от вторжений, потому в зоне действовала база с малым личным составом.
После того как отсюда двадцать лет назад выгнали заветов, здесь не произошло ни одного крупного инцидента. Но засушливый климат, обмеление рек и гористая местность не позволяли строительство крупных городов. Так что территория просто патрулировалась. А теперь мы нарвались на умертвие. И неизвестно, перед нами опасность расширения Разлома и скоро из новой дыры в пространстве
