Она та, кто рассказал мне о людях, чтобы я не пугал тебя.
Делора повернулась, чтобы посмотреть на него, а он продолжал расчесывать её волосы, словно не желая расставаться с этим занятием.
— Я бы съел тебя, если бы не она. — Затем он быстро отвел взгляд, поворачивая морду то в одну, то в другую сторону. Он почесал затылок. — Наверное, мне не стоило этого говорить.
И снова эта стена.
Делора гадала, как часто Магнар держит мысли при себе или взвешивает слова рядом с ней. Она не хотела, чтобы он сдерживался из страха, что она испугается или начнет его опасаться.
— Магнар. — Она положила руку на его ладонь и начала поворачиваться.
— Если ты собираешься делать со своими волосами всякие забавные штуки, я бы хотел, чтобы ты научила меня, как. — Он все еще не смотрел на нее, но она видела, что смущенное сияние его сфер становится ярче. — Я научусь ради тебя.
Он тараторил. Делора опустилась на колени прямо перед ним, между его разведенных ног, пока он сам стоял на коленях в гнезде. Она сложила руки на коленях; кончик её носа потеплел от волнения перед тем, что она собиралась сказать дальше.
Делора хотела близости с Магнаром. Орфей обнимал Рею, гладил её и ластился к ней без колебаний, и она хотела, чтобы они тоже могли так делать. Она хотела, чтобы всё между ними текло легко.
— Ты… эм, хочешь потрогать меня?
Теперь, когда слова были произнесены, её щеки тоже вспыхнули, но она отказалась отступать.
— Всегда.
— Можешь, если хочешь. Где угодно, — сказала Делора, и его сферы вспыхнули ярко-желтым. Его рука поднялась, но прежде, чем он успел обхватить её лицо, она перехватила её обеими руками. — При одном условии. Я хочу, чтобы ты снял рубашку.
Магнар прижал кончики пальцев к груди, опустив голову и повернув её вбок, чтобы видеть всё из-за морды.
— Мою рубашку? Но мне сказали не показывать тебе свое тело.
Делора потянулась вперед и позволила кончикам пальцев коснуться выступающих белых костей на тыльной стороне его кистей. Она заметила, что у Магнара их больше, чем у Орфея. Хотя Магнар был выше, Орфей казался более… сформированным.
— Думаю, поначалу это было мудро, но тебе больше не нужно прятаться. Обещаю, я не расстроюсь.
Им обоим нужно было сделать шаг навстречу сегодня вечером. Магнару — частично раздеться, а Делоре — позволить ему проявить любопытство. Она надеялась, что это станет ответом на поиски комфортной близости между ними.
Судя по всему, она останется с ним навсегда. Нет смысла кому-то из них скромничать.
Делора никогда не видела, как Магнар справляется с пуговицами на своей рубашке. Когда стало ясно, что он мучается с этими крошечными вещицами своими огромными пальцами и загнутыми когтями, она решила помочь ему, осторожно подсунув свои ладони под его.
Она начала сверху, и быстро выяснилось, что его тело покрыто мехом, но грудные мышцы были окаймлены маленькими перышками, которые становились длиннее и крупнее в районе плеч. Чем ниже она опускалась, тем больше открывалось впадин в меху вокруг живота, показывая, насколько рельефны мышцы его поджарого тела. Он выглядел сильным, а его торс был длиннее, чем у человека.
Она не понимала, почему это должно было её оттолкнуть, почему ему велели прятать тело, пока не расстегнула последнюю пуговицу и не начала стягивать рубашку с его плеч.
Часть её знала, что она может увидеть больше странных костей снаружи плоти, но она не думала, что увидит его грудную клетку целиком, как и грудную пластину. Она также видела суставы плеч и верхнюю внутреннюю часть тазовых костей, так как всё остальное было впалым.
Магнар замер под её взглядом. Она посмотрела на него из-под ресниц, прежде чем потянуться вперед и погладить его ребра, с одной стороны, показывая, что принимает их.
— Ты всегда был таким? — спросила она.
Она провела кончиками пальцев по костям. Его голова слегка откинулась назад, а мех и перья распушились, словно всё тело трепетало от её легкого касания.
— Нет. Кости продолжают уходить под плоть.
— Почему ты меняешься?
Она скользнула пальцами ниже, касаясь живота, где мех был самым коротким. У него был пупок, что её удивило.
Когда он не ответил, Делора отстранилась и стала ждать. Он молчал, и она заметила, что он намеренно отворачивает череп, словно думал, что этого достаточно, чтобы избежать разговора.
Когда она скрестила руки на груди и вскинула бровь, Магнар заерзал сильнее. Она поняла — он чувствует, что она начинает сердиться. Возможно, Рея вела себя так же.
— Я обретаю немного больше человечности каждый раз, когда ем кого-то из твоего рода. Мое тело тоже меняется. Кости уходят внутрь, нарастает больше плоти.
С этим знанием Делора позволила взгляду изучить его обнаженный торс. Она догадалась: причина, по которой он был гораздо суше Орфея, хотя и выше, заключалась в том, что когда-то его тело, должно быть, было деформированным и почти скелетообразным.
Она была рада, что сейчас он хотя бы в таком состоянии, ведь смотреть на него было совсем не трудно.
На самом деле, чем дольше она смотрела на его грудь, тем сильнее ей хотелось зарыться пальцами в текстуру его меха. Ей хотелось взъерошить его перья и ощутить крепкие мышцы под ладонями.
Вместо этого она расстегнула верхнюю пуговицу черной рубашки, которая была на ней. Затем схватила его за руку и прижала его теплую ладонь к плоской части своей груди, прямо над грудью.
— Трогай, Магнар. — Она потянула его руку чуть ниже, чтобы придать ему смелости. — Я обещала, что ты можешь.
— Ты сказала «где угодно»… Значит ли это, что и «как угодно» тоже?
Он отвел руку, чтобы провести краем когтей под её челюстью.
— Да.
Магнар провел тыльной стороной когтей по её плечам, вниз по спине, а затем обеими руками сжал её ягодицы. Она издала удивленный писк, когда он поднял её и пересадил через свои ноги так, что она оказалась на его бедрах. Их торсы прижались друг к другу, когда он положил нижнюю челюсть ей на спину.
Объятие? — подумала она, когда он обхватил её за талию и сжал. Делора подняла руки и обвила его шею, отвечая на объятие, и была вознаграждена довольным фырканьем.
— Я намного больше тебя. — Он начал тереться боком челюсти о её затылок. — Но ты хорошо помещаешься в моих руках. Мне это нравится. Я беспокоюсь, когда нахожусь рядом с Реей, потому что она такая маленькая и кажется слабой, но ты — идеальна.
Искра нежности запорхала в её
