Элизабет - Черный Город

Мои глаза широко распахиваются.

- Так вот почему второе сердце Дарклингов приходит в действие? Это так прекрасно. Я не имела ни малейшего представления.

Эш заключает мое лицо в ладони и проводит большим пальцем по губам.

- Есть причина, по которой я хотел, чтобы ты знала эту историю.

— Какая? — шепчу я, едва в состоянии сосредоточиться на чем-то другом, кроме его пальцев на своей коже.

— Ты — моя Кровная половинка.

Его сердцебиение пульсирует в моих венах, и я знаю, что это правда.

— Это сводит тебя с ума? — спрашивает он.

Я кусаю свою губу. Это слишком, чтобы принять. Когда я проснулась сегодня утром, я не была даже уверена, что нравлюсь Эшу, и теперь он говорит мне, что мы Кровные половинки. Все происходит так быстро, что нормальная девушка уже бежала бы без оглядки, но правда в том, что я не напугана и даже удивлена. Быть с Эшем так же естественно для меня, как дышать.

Я переплетаю свои пальцы с его. Я пыталась бороться со своими чувствами с того момента, как мы встретились под мостом, но нет нужды притворятся больше. Я — его Кровная половинка. Это объясняет, каким странным образом мое сердце реагирует всякий раз, когда он рядом и то, что я не могу прогнать мысли о нем из своей головы. Это облегчение во многих смыслах, узнать, что мои чувства к Эшу — большее, чем просто влечение, что это нечто прекрасное. Что нам суждено быть вместе. Но даже так, я не могу полностью избавиться от вины, что меня привлек Дарклинг. Убеждение, что люди и Дарклинги не должны быть вместе укоренилось во мне за годы; это не могло измениться в одночасье. Но изменение когда-то же должно начаться. По крайней мере, так однажды сказал мне отец.

— Нет, не сводит. А тебя это беспокоит? — спрашиваю я.

Он мотает головой.

- Это кажется таким…

— Естественным?

Он кивает.

— Но как это вообще возможно? Я человек, — говорю я.

— Не знаю. Может, потому что я наполовину человек, это действует по-другому на меня?

— Не думаю, что сейчас это действительно имеет значение. Я просто счастлива, что это произошло.

Он сияет.

- Ты клянешься?

— Клянусь, — говорю я.

— Так что же теперь с нами будет? Ничего не изменилось. Я все еще полукровка…

— А я дочь Эмиссара.

— И это незаконно, — осторожно напоминает он.

Я знаю, мы играем в опасные игры. Если нас поймают, то казнят точно так же, как Тома и Яну. Стоит ли рисковать? Эш поглаживает меня по щеке, и все мое тело покалывает, пробуждаясь, оживая.

Ответ: Да.

— Я хочу быть с тобой. Нам просто надо быть осторожными, — говорю я.

— Если кто-нибудь узнает…

— Никто не узнает. — Я поднимаю на него глаза.

Его глаза пылают черным огнем, его губы раскрываются немного по мере того, как он наклоняется ближе, его дыхание слегка холодит мою щеку. Будто я на вершине горки, готовая к спуску с нее в любую секунду, предвкушение нарастает. Почти… почти…

Наши губы встречаются. Я вздыхаю прямо перед его ртом, а затем растворяюсь в нем, пока он жадно целует меня. Биение его сердца отдается у меня в ушах. Его руки ласкают моё лицо и спину. Он притягивает меня к себе, и мы оба задыхаемся от мощного взрыва искр между нашими сердцами, открывающего невидимый проход между нами, впускающий все его эмоции внутрь меня: его удовольствие, его любовь, его радость. Они заполняют моё сердце, пока мне не начинает казаться, что оно взорвется от переполняющих меня чувств.

Ощущения слишком сильные, и я вырываюсь, моя грудь вздымается.

- Что это было?

Его губы складываются в идеальную улыбку.

- Наши души соединились. Твоя стала частью моей, а моя — твоей.

Я закидываю руки ему на шею и снова прижимаюсь своими губами к его.

— Какого черта здесь происходит?

Звук голоса Дей заставляет нас отпрянуть друг от друга. Дей и Жук сердито смотрят на нас с палубы.

— Все не так, как выглядит, — я говорю инстинктивно, хотя знаю, что это глупо, когда мы были пойманы с поличным.

Эш помогает мне подняться, и мы спускаемся по лестнице.

— Выглядит это так, будто вы в засос целовались, — говорит мне Дей.

— И? Ты не можешь указывать мне, кого целовать, — говорю я. — Кто, черт возьми, думаешь, ты такая? Пуриан Роуз?

— Он — дилер наркотиков, он разрушает жизни людей, — говорит Дей.

— Эш не виноват, что Жук предпочел тебе кайф, — огрызаюсь я в ответ.

Дей вздрагивает, будто от пощечины.

— Будь ты настоящей подругой, то была бы счастлива за меня, — я говорю ей.

— Будь ты настоящей подругой, то даже не рассматривала бы возможность быть с Эшем, — немедленно отвечает Дей.

Эш делает шаг в направлении Дей.

- Я не забираю Натали у тебя. Если ты за это переживаешь.

— Как ты забрал Жука, ты имеешь в виду? — говорит она.

Я закатываю глаза.

- В моей жизни есть место для вас обоих. Нет нужды ревновать.

Она ощетинивается.

- Я не ревную…

— Ты ведешь себя именно так, — отвечаю я.

— Эш Фишер — плохое влияние, дилер Дурмана и козел, — говорит Дей. — Если ты уйдешь с ним — мы больше не подруги. Итак, кто это будет?

Я смеюсь.

- Ты серьезно предлагаешь мне сделать выбор между тобой и Эшем?

— Да, — говорит она.

— Отлично. Я выбираю Эша, — говорю я.

На ее лице отражается боль. Мне было бы жаль ее, но я просто слишком зла. Как она смеет ставить мне ультиматум?

Жук берет ее за руку и враждебно смотрит на Эша.

- Братан, что ты делаешь? Она дочь Эмиссара!

— Да, и что? — спрашивает Эш.

— Что случилось с тобой, парень? Сначала ты становишься Ищейкой, а потом зависаешь с девчонкой из Центрума? Знаешь, как называли людей вроде тебя во время войны? Предатели.

Эш набрасывается на Жука. Они падают на палубу и дерутся, осыпая друг друга дикими пинками. Эш одним метким ударом попадает по лицу Жука, разбивая ему нос. Он снова заносит кулак.

— Эш, остановись! — умоляю я.

Эш немедленно отпускает Жука.

- Даже не думай снова назвать меня предателем, — кричит он.

Дей бросается к Жуку и пытается остановить кровотечение. Она смотрит на меня, я в ответ враждебно смотрю на неё.

— Ты в порядке? — спрашиваю я Эша.

— Ага, я…

БА-БАХ!

Лодку дико трясет. Эш бросается к штурвалу, который остался без присмотра во время борьбы, и направляет лодку обратно на курс. Когда тряска проходит, я проверяю ущерб лодки. Царапина на лакокрасочном покрытии и разбито несколько фонарей, но к счастью лодка серьезно не пострадала.

Жук берет штурвал, и мы сидим в гневном молчании, не глядя друг на друга. Я желаю, чтобы баржа стала пароходом, и мы быстрее были дома. Чем скорее я уберусь от этой дурацкой баржи и Дей, тем лучше. Я думала, что мы хорошие друзья, но если она не может порадоваться за меня и Эша, то очевидно я ошибалась. Лодка, наконец, подходит к причалу, и Жук выключает двигатель. Я собираюсь сойти на берег, когда Эш хватает меня за руку, останавливая.