себе довериться. Нам.
— Не сломай меня, — прошептала она, потянувшись ко мне.
Я так жаждал её поцеловать, что не терял ни секунды. Огонь разлился по телу, энергия между нами буквально гудела. Она была настолько сильной, что её почувствовали бы даже люди.
— У нас правда всё серьезно? — хрипло прошептала она. — Столько лет, столько всего пройдено. Не верится, что мы наконец-то здесь.
Мой взгляд скользнул за её плечо — на надгробия, на кладбище её семьи. Прошли годы с тех пор, как я был здесь в последний раз, годы с тех пор, как я чувствовал энергию предков Ти. Регины. Здесь было так много воспоминаний — об этой ферме и о городе, где я вырос.
Я понимал, почему Ти так эмоциональна, но для меня здесь наконец воцарился мир, которого раньше не было. Я убрал прядь волос с её лица — мне просто нужно было её касаться.
— Мы и так потратили слишком много лет впустую. Больше я не потеряю ни секунды. Ты нужна мне, и, что более важно, я тебя хочу.
Она улыбнулась — яркой, сияющей улыбкой, и мне пришлось поцеловать её снова. Я не знал, чем заслужил этот второй шанс, но я никогда не заставлю её об этом пожалеть.
Глава 20
ЭЛИЗАБЕТ ТЕРЕЗА МОНТГОМЕРИ II
Его поцелуи вызывали зависимость. Такую, что весь остальной мир просто переставал существовать, а я забывала собственное имя. К сожалению, у нас не было времени на то, чтобы просто сидеть и изучать нашу новую связь. По тревоге в голосе Луи я понимала: встреча в Румынии пройдет не так гладко, как он надеялся.
— Они будут со мной спорить, — говорил он. — Отчасти из-за жажды власти, но в основном потому, что они считают это логичным следующим шагом для сверхъестественных существ. Но они не видят общей картины, долгосрочных последствий. До сих пор вся власть и контроль были в наших руках, нам удавалось оставаться незамеченными и не ввязываться в драмы людей. Если мы интегрируемся в их общество, все их драмы станут нашими. — Он запустил руку в волосы, взъерошив их. — Мы станем для них мишенями. А я, например, не хочу проводить остаток жизни, разбираясь с проблемами людей.
Моя голова покоилась на его плече, он крепко обнимал меня. Он почти не выпускал меня из рук с того момента, как мы снова встретились, и я была совершенно не против.
— И какой у тебя план? Есть ли способ вернуть этот секрет обратно в ящик?
Его грудная клетка завибрировала, и он тяжело вздохнул.
— Способ есть. Это опасно и, скорее всего, не сработает на все сто, но у нас остается один вариант. Если только эти идиоты поторопятся и позволят мне попробовать.
Я приподнялась и повернулась так, чтобы видеть его лицо. Эти пленительные фиолетовые глаза до сих пор заставляли мое дыхание замирать — точно так же, как в тот первый день нашего знакомства в детстве.
— Думаю, нам пора в Святилище. — Встреча должна была начаться через несколько часов, и хотя мне льстило, что я для Луи важнее политики, это было слишком важное событие. Он не мог его пропустить.
Я вскочила на ноги, и он последовал за мной. Он снова обхватил меня руками, прижимая к груди, и на мгновение я задумалась: как это стало моей жизнью? Всё казалось… слишком правильным. Я так долго наказывала себя, что теперь, когда случилось что-то хорошее, когда наступил этот идеальный момент… я подсознательно ждала, когда всё рухнет.
Мне нужно было перестать так думать. Ничего не выйдет, если я буду постоянно оглядываться через плечо в ожидании беды. Луи, должно быть, почувствовал мои мрачные мысли через узы, потому что его лицо помрачнело, став еще более грозным — и великолепным — чем обычно.
— Перестань сомневаться в нас, — сказал он. — Ты знаешь меня с детства. Мы были лучшими друзьями годами, и я обожал тебя с тех пор, как ты была крошечной девчушкой с огромными глазами, у которой волос было больше, чем здравого смысла. Тот факт, что ты еще и моя истинная пара — лишь бонус, потому что я бы выбрал тебя в любой день. Я и выбрал тебя. Несмотря на то, что мы на какое-то время запутались в наших чувствах.
Его слова ранили, но это была целительная боль. Он не обесценивал мою сестру или чувства, которые их связывали, но он ясно дал понять: я никогда не была для него «вторым сортом». Никогда.
Я прижалась к нему, магия взревела вокруг нас, и не успела я моргнуть, как мы оказались далеко от фермы. Я никогда раньше не была в Святилище, хотя много слышала о нем за эти годы. Я знала, что оно создано по подобию жемчужных земель Волшебной страны и предназначено для того, чтобы укрывать сверхъестественных существ от мира. Если лидеры совета добьются своего и продавят интеграцию с людьми, неужели большинство из нас окажется здесь? Взаперти? Навсегда лишенные свободы?
Я не знала, сколько супов обычно живет здесь, но сегодня в Святилище были тысячи. Место было настолько пропитано силой и энергией, что когда я шла через город, держа Луи за руку, по моей коже и затылку пробегали искры.
— Когда в последний раз супы собирались в таком количестве? — спросила я.
Луи потратил пару минут на приветствия, кивая знакомым и пожимая руки, прежде чем ответить:
— Было крупное собрание, когда мы сражались с Королем-Драконом, но даже то не идет ни в какое сравнение с этим.
Знакомое чувство вины кольнуло меня изнутри. Прощу ли я когда-нибудь себе то, что проигнорировала тот призыв о помощи? Луи крепко сжал мою ладонь и резко притянул к себе, так что я уткнулась щекой в его твердую грудь.
— Мы прекратим это прямо сейчас, Ти. — Он посмотрел на меня так сурово, что всякое желание спорить пропало. Мне захотелось запрыгнуть на него и впиться в его полные губы. Потому что это было чертовски сексуально — то, как он пытался мною командовать. Сексуально и раздражающе одновременно.
— Как ты вообще узнал, о чем я думаю?
Луи усмехнулся, и эта медленная улыбка заставила всё внутри меня сжаться от желания.
— Потому что я знаю тебя. Ты дикая, но эмпатичная. Ты всегда всё чувствуешь слишком остро. Когда ты проигнорировала мой зов, я знал, что часть тебя будет заживо съедена чувством вины. И я знаю, что это чувство никуда не делось.
Мы были в разлуке столько лет, что я успела забыть,
