присутствие облегчит мою адаптацию в новом мире… и в новой школе.
Я откинулась на подушки и завернулась в покрывало, скрывая лицо от солнечного света и служанок, стоявших как истуканы у изножья кровати. Отчаянно хотелось провести этот день в комнате, спрятаться от чуждого, враждебного мира и его жителей, особенно от Эдриана.
Но рассчитывать на то, что все решится само собой, не приходилось. Нужно отправиться в Академию, чтобы попробовать пробудить магию, понять устройство этой страны и потом, когда у меня получится, в чем я очень сильно сомневалась, спасти Майки.
– Ладно, – простонала я, откидывая покрывало, – встаю.
На диванчике уже лежала форма: сине-золотой пиджак и такой же расцветки юбка чуть выше колена, белые гольфы и ботинки оксфорды, как у учеников самых престижных частных школ.
– Я должна буду пойти в этом? – махнула я рукой на одежду. – А как же мантии, как в «Гарри Поттере»? Волшебных палочек тоже не будет?
– Это форма учеников Академии, – кивнула Тилли, не обратив внимания на шутку, вероятно, она даже не подозревала, о чем я говорю. – Следует принять ванну, а затем я причешу и соберу вас. Господин Эдриан прибудет через час, вам еще нужно успеть позавтракать.
При упоминании об Эдриане аппетит, только зарождавшийся в желудке, растворился, и я угрюмо поплелась в ванную, захлопнув дверь перед носом Килли. Если я согласилась посещать какую-то непонятную Академию и уроки Ван Торна, хотя меня особо и не спрашивали, то хоть ванну буду принимать в одиночестве.
Когда я покинула комнату, пропахшую ароматами трав и лаванды, на чайном столике блестел золотой поднос с завтраком: овощи, фрукты, несколько вареных яиц и бекон, дымилась чашка с ароматным чаем, кажется, тоже травяным.
– Вам нужно поесть, мисс Вероника, магия отнимает много энергии, – сказала Тилли.
Она уже разложила на трюмо свой набор: мешочек с радужной пылью, расчески, заколки и несколько тюбиков с косметикой. Тилли окунула пальцы в мерцающую муку, и инструменты заработали. В этот раз она соорудила мне высокий конский хвост, гладко зачесав волосы. Румяна придали лицу живости, я перестала казаться восставшим мертвецом. Синяки под глазами Тилли замаскировала, и лицо стало выглядеть вполне сносно.
Покончив с завтраком и натянув форму, я услышала нетерпеливый стук в дверь и ленивый голос:
– Если ты задержишься еще на минуту, я развернусь и уйду и больше не повинуюсь ни одному глупому приказу Верховного Правителя. Так что, если ты хочешь посетить Академию, советую немедленно выйти, – проговорил Эдриан.
Глаза Тилли и Килли округлились от ужаса, – очевидно, они боялись этого парня. Возможно, им не раз доставалось от него за мелкие провинности.
Служанки отперли дверь, и я встретилась глазами с Эдрианом, привалившимся к стене, как и вчера. Он оглядел меня с головы до ног, усмешка исказила его безупречное лицо.
Эдриан скривился:
– Выглядишь еще хуже, чем вчера, простачка. Но эта форма куда лучше, чем те грязные тряпки, в которых ты прибыла. Возможно, получится сделать из тебя человека, хотя я ставлю на это не больше одного медяка. Не люблю проигрывать. – Эдриан поднял бровь, пронзая меня испытующим взглядом.
Я промолчала, стиснув зубы и сжав губы в тонкую линию.
Эдриан оделся в черный с золотом костюм: пиджак и брюки. Белая рубашка была расстегнута у горла на несколько пуговиц. Он молча развернулся, так и не дождавшись ответа на колкость, и направился по коридору. Я засеменила следом, поборов желание броситься в закрывающуюся дверь комнаты.
Эдриан запустил руки в карманы брюк и что-то насвистывал – сегодня его настроение было куда лучше вчерашнего, но я предпочитала этим не очаровываться. Он все еще ненавидел меня, и вряд ли этот факт мог измениться. Наблюдая за его пружинистой и в то же время элегантной походкой, стройными длинными ногами, я мечтала выглядеть так же непринужденно.
– Мне не доставляет никакого удовольствия с тобой разговаривать, – протянул Эдриан, – но придется объяснить кое-что, раз на меня возложили нелепую обязанность сопроводить тебя в Академию.
Пришлось прибавить скорости, чтобы поравняться с Эдрианом. Дыхание сбилось, а я все равно за ним не поспевала.
– В Академию мы отправимся с помощью зеркального портала. Если ты знаешь, как выглядит необходимое место, и можешь сотворить руками магический знак, то перенесешься туда, куда нужно. С простаками сложнее, вас нужно держать за руку или за какую-нибудь другую часть тела, в общем, установить физический контакт, чтобы перебросить. Но такая манипуляция не всегда бывает успешной. Может что-нибудь приключиться, в лучшем случае ты превратишься в животное, соответствующее твоей сути. В твоем случае, – Эдриан поморщился, – предполагаю, что в мышь.
– Но… я же попала сюда без проблем, со мной ничего не случилось, – возразила я, спускаясь по ступенькам рядом с парнем и держась за перила.
– Раз на раз не приходится. – Эдриан игриво подмигнул, словно говорил не о моей жизни и здоровье. – Так вот, когда мы попадем в Академию, тебе нужно будет посетить несколько занятий. Верховный Правитель уже предупредил преподавателей о твоем прибытии, да и все студенты, конечно же, в курсе. Поверь, большинство не будут тебе рады.
В этом я не сомневалась. Вряд ли Эдриан, с пренебрежением относившийся к обычным людям и с какой-то непонятной злобой ко мне, был единственным. Если Академия – это место, где учатся дети и подростки, она вряд ли сильно отличается от обычной школы, по крайней мере поведением учащихся. Неважно, маг или нет, ты все равно остаешься ребенком.
Мы оказались в зале, в который я попала вчера по прибытии в Делитрею, и подошли к тому же зеркалу. Эдриан провел рукой по раме. Он начертил символ за несколько секунд, и поверхность стекла завихрилась. Красные, желтые и белые блестящие всполохи сменяли друг друга. Спираль кружилась, струилась, как шелк, и шла волнами. Эдриан крепко схватил меня за локоть удивительно сильными пальцами и дернул за собой, шагая в зеркало.
Внутренности скрутило; казалось, желудок прилип к позвоночнику, а его содержимое вот-вот вылетит наружу. Голова закружилась так сильно, что, когда зеркало выплюнуло нас с Эдрианом, я неуклюже приземлилась на пятую точку. Парень же стоял на ногах и пренебрежительно вытирал руку, которой держал меня, о штанину.
– Даже приземлиться нормально не можешь, – скривился он.
– Я всего лишь второй раз прошла через ваше дурацкое зеркало, – огрызнулась я.
Эдриан ухмыльнулся, но ничего не ответил. Он развернулся и зашагал по тропинке.
Зеркало, из которого мы появились, находилось в необычном лесу. Листва здесь была такой сочно-зеленой, словно ее нарисовали самой яркой краской, солнце пробивалось сквозь ветви деревьев, а птицы выводили невиданные трели. Вокруг летали
