настолько далеко. Если бы я не была в ужасе, я бы задала миллион разных вопросов.
Ронан сжал мою руку.
— Нет никаких причин бояться. Ассамблея не причинит тебе вреда.
— Как ты…
— Твой запах, помнишь? Я чувствую запах твоих разных эмоций. Особенно когда они обострены.
— Похоже на жульничество, — проворчала я.
Ронан усмехнулся, наклоняясь ближе и касаясь губами моего виска.
— Я воспользуюсь любой информацией о тебе, которую смогу получить.
— Ты можешь попробовать спросить. Это немного менее инвазивно.
Взгляд Колта встретился с моим в зеркале заднего вида.
— Итак, что же в этом было бы забавного?
Я показала ему язык.
Я оглянулась через плечо на Деклана. Он все еще казался погруженным в свои мысли. Или, что еще лучше, потерялся из-за предательства своего отца.
— А Патрик там будет? — тихо спросила я.
Тело Деклана дернулось при упоминании имени отца, и я прокляла себя за то, что вообще задала этот вопрос.
Ронан сжал челюсти.
— Он никогда не упускает возможности поцеловать коллективную задницу Ассамблеи.
— Я этого не понимаю. Ассамблея не может контролировать кланы, верно?
— Они по-настоящему контролируют ситуацию только в том случае, если кто-то нарушает наши законы. Они — судья и присяжные, — объяснил Дэш.
— Но их влияние выходит за рамки этого, — сказал Деклан. — Они могут влиять на наш народ. И если достаточное количество членов твоего клана выступит против тебя, ты можешь потерять власть. Гораздо лучше пользоваться благосклонностью Ассамблеи.
Воспоминание царапнуло глубоко в воспоминаниях.
— Но они разрешили вампиров, не так ли?
Трейс усмехнулся.
— Надо было отлучить их.
Колт взглянул в зеркало заднего вида.
— Несколько вампиров питались от людей и других сверхъестественных существ без разрешения. Это нарушает договор, поэтому на них распространялся закон Ассамблеи.
Я крепче сжала пальцы Ронана.
— Что случилось?
— Вампиры, о которых идет речь, были заключены в тюрьму, и вампиры в целом получили своего рода метафорическую пощечину, — сказал Колт.
Дэш наклонился вперед.
— Это бесчестие — представлять свой клан в целом перед Ассамблеей.
— Очевидно, это не помешало Алистеру быть мудаком, — пробормотала я.
— Нет более правдивых слов, Маленькая Птичка, — крикнул Трейс с переднего сиденья.
Колт снял ногу с педали газа и включил поворотник. Мы свернули на узкую боковую дорогу, посыпанную гравием. Из-за деревьев, которые окружали нас, создавалось ощущение, что мы едем по туннелю. Если бы у меня не было нервного срыва, я бы нашла это прекрасным.
— Там нет ворот или чего-то в этом роде?
Дэш покачал головой.
— Собственность окружена заклинанием. Люди даже не видят дороги, на которую нужно свернуть.
— Как я могу ее увидеть?
Он сжал мои плечи.
— Ты не человек.
— Но мои силы так и не проявились. — Было больно просто произносить эти слова, зная, что я могу приговорить всех в этой машине к смерти.
— Нет, но ты все равно сверхъестественная, — заверил меня Дэш.
Я не чувствовала себя такой, какой была, как бы сильно мне этого ни хотелось.
Дорога вывела на огромную поляну. Несколько десятков автомобилей были припаркованы на импровизированной посыпанной гравием стоянке.
У меня пересохло во рту, когда Колт припарковался.
— Здесь много людей.
— Они все любят драму, — проворчал Трейс.
Это означало, что все они хотели посмотреть, что Ассамблея сделает из меня.
Ронан снова сжал мою руку.
— Все будет хорошо.
Я тупо кивнула, но не поверила ему.
Я заставила себя отпустить руку Ронана и вылезти из внедорожника. В считанные секунды я была окружена ребятами. Это простое действие поставило под сомнение слова Ронана.
Мы миновали стоянку, и я ахнула. От этого места просто захватывало дух. Сочная зеленая трава переходила в нечто вроде каменного амфитеатра. Но за ним был крутой спуск к океану. Сам амфитеатр выглядел так, словно был высечен в земле, являясь ее частью.
Но потом я увидела людей.
Все взгляды были прикованы ко мне, пока мы шли к месту встречи. Мой язык прилип к небу. Они все наблюдали. Осуждающе.
Трейс придвинулся ближе с правой стороны от меня.
— Ты с нами.
Эти слова окутали меня, и я изо всех сил старалась удержать их.
Колт шел впереди, Деклан — рядом с ним. Дэш — слева от меня, Трейс — справа. А Ронан замыкал шествие. Будто он хотел убедиться, что никто не нападет на меня сзади.
О, да, все эти теплые слова.
Когда мы добрались до амфитеатра, поднялся шепот. Я уловила несколько отборных слов.
Никогда не проявлялась.
Такой позор.
Шлюха.
Какая пустая трата времени.
Ребята свирепо смотрели на тех, кто посмел оскорбить меня, но я изо всех сил старалась смотреть только прямо перед собой. Там была своего рода сцена. С каменным столом и скамьей. Там было пусто, но у меня было предчувствие, что именно там будет заседать Ассамблея.
Что-то привлекло мое внимание справа. Пара. Что-то в этом мужчине было странно знакомым. Но именно свирепый взгляд на его лице заставил меня чуть не споткнуться. Но этот взгляд был направлен не на меня. Он был нацелен на Трейса.
Я увидела, как с губ этого человека сорвалось слово «позор». Я взглянула на Трейса.
— Кто это?
Он заскрежетал челюстями.
— Мои родители. Не самые большие мои поклонники. Для них иметь сына-инкуба — позор.
Гнев вспыхнул в моей груди, и я протиснулась сквозь толпу парней, направляясь к парочке.
Их глаза расширились при моем приближении.
— Вы жалкие. Тот факт, что вы не можете видеть, какой у вас потрясающий сын, просто печально. Он заботливый, свирепый и верный. На самом деле, это ваша потеря, ваше наказание — лишиться возможности по-настоящему узнать его. Но надеюсь, что у вас также постоянный геморрой.
Рука Трейса обхватила меня за талию, притягивая назад.
— Маленькая Птичка… — Но в его голосе слышался смех.
Я позволила ему увлечь меня прочь, к алтарю.
— Я действительно желаю этого. Этого или постоянной диареи.
Трейс только рассмеялся еще громче, и звук был таким сладким, что у меня в груди зародилась боль.
Он взглянул на меня сверху вниз.
— Как же мне так повезло, что ты на моей стороне?
Я улыбнулась ему снизу вверх.
— Ну, мы знаем, что в прошлой жизни ты не был ангелом.
Ронан подавился смехом.
— Это уж точно, черт возьми.
На сцену вышел мужчина.
— Садитесь. Заседание Ассамблеи объявляется открытым.
— 48~
У меня сжался желудок, когда толпа замолчала. Трейс положил руку мне на поясницу, направляя к переднему ряду каменных скамей.
С каждым шагом мои мышцы напрягались все сильнее. Я заметила Алистера в первом ряду справа. Его профиль был так похож на профиль Дэмиена,
