брата деньги, остановилась, только когда уже и брать было нечего. Но она поплатилась за это давно, ведь это была не первая ее жертва. Очередной ухажер зарезал ее ночью и прикарманил все украденное.
Искать его не стали.
Хаварант не хотел в это лезть и решил начать все с начала. Он вернулся в свое поместье, снова помогал нуждающимся за символическую плату, восстановил дом. Мы пару раз у него гостили, так как остались в теплых отношениях.
Если Хави предпочел остаться на родине, то Эли остался с нами. Он так и не нашел свое место в жизни, поэтому жил с нашей семьей, наслаждался свободой и спокойствием, которых был лишен в прошлом. Я была рада, что у меня появился еще один человек, с которым можно проводить вечера. Пока мужья работали, Эли развлекал меня, и сам наслаждался моей компанией.
Как-то я решила пересилить себя и спросить, что стало с Дариусом и Льюисом. Ра и близнецов можно было не спрашивать, зная, что они не ответят. Я подошла к Струйке и спросила в лоб, живы ли они? Он лишь ответил: «Конечно, живы. Мы не могли их просто так отпустить». Подробностей не было, но мне этого хватило, чтобы больше не лезть в эту тему и сохранить нервы.
— Ири, иди в дом, а то простудишься, — голос Ксейдана вывел меня из раздумий. Я даже не заметила, как он здесь оказался.
Эх, нигде не скрыться! В последние месяцы их забота льется через край. Я кивнула, поставила кружку на стол и протянула руку, чтобы он помог мне подняться.
Да уж, скоро рожать. Эли сказал, будут близнецы, поэтому круг возможных отцов резко сузился до двоих.
На остальных это никак не повлияло. Они как любили и заботились обо мне, так и продолжают, только, кажется, стали делать это активнее на 200 %. Так что даже пять минут уединения — чудо. Чем ближе роды, тем больше паникуют все, кроме меня.
Больше года я не могла забеременеть. Мужья начали волноваться, но я объяснила, что если для них прошло четыре года с моего исчезновения, а для меня ни дня, то инъекция из академии еще действует, и я почти год не смогу забеременеть. Тогда все немного успокоились. А когда я сообщила о беременности, радости не было предела, но и забота усилилась так, что каждый мой чих не обходится без целителя.
