испытываю чувство гордости за то, как хорошо успеваю за его длинными шагами, и мы болтаем, кружась по паркету.
Когда зазвучал новый вальс, новый партнер увлек меня за собой. Я вдруг оказываюсь в объятиях молодого человека, кажется, моего ровесника, с бледно-голубыми волосами, аккуратно уложенными на голове.
— Я бы никогда не подумал, что ты Приземленная из трущоб, судя по твоему виду, — говорит он, жадно скользя взглядом по моему телу. Я неловко переминаюсь в его крепкой хватке, сжимающей мою талию, и чувствую успокаивающий вес кинжала, пристегнутого к бедру. Если бы не благосклонность людей, которую я пытаюсь заслужить, за это замечание он получил бы кулаком в лицо. Его голос стал ниже, чем прежде, когда он сказал: — Ты — видение.
— Да, не так ли?
Мое сердце учащенно забилось. Голос, доносящийся из-за моего плеча, настолько холоден, что я едва не вздрагиваю. Кай отдергивает руку, обходя меня, и встает перед ошеломленным мальчиком, все еще прижимающим меня к себе.
— Сейчас я ее украду, — просто говорит Кай, прекрасно понимая, насколько неуместно вмешиваться в танец. Но, опять же, он — принц, следующий Энфорсер, наглый ублюдок.
Рука мужчины медленно опускается с моей талии, его глаза в последний раз скользят по мне, прежде чем он отвешивает Каю быстрый поклон и уходит. Принц не теряет ни секунды. Я оказываюсь в его объятиях еще до того, как музыканты заканчивают свою ноту.
Он кажется мне слишком знакомым.
Мы идеально подходим друг другу, как кусочки пазла, встающие на свои места. Я не должна позволять себе расслабиться под его прикосновениями. Я не должна позволять напряжению покидать мое тело, когда он обнимает меня. Но я ничего не могу сделать, чтобы остановить это. Полностью и абсолютно бессильна.
Его ладонь плотно и твердо прижимается к моей обнаженной спине, мозоли скребут мою покрасневшую кожу. — Ты выглядела так, словно тебя нужно было спасать, — говорит Кай, и я успеваю заметить его ухмылку, прежде чем он поворачивает меня.
— В кои-то веки, — вздыхаю я, — мне придется с тобой согласиться.
— Я уверен, что смогу придумать и другие вещи, в которых мы согласны.
— Правда? И в чем же они заключаются?
— Что он был прав, — мягко говорит Кай. — Ты — видение. Я уверен, что мы оба можем согласиться с этим.
Я сглатываю, сердце начинает колотиться в быстром ритме, который я предпочитаю игнорировать. Не зная, что ему ответить, я спрашиваю: — А в чем еще мы согласны?
— Хм, — рассеянно хмыкает он, пробегая глазами по моему лицу. — Ты сегодня хорошо проводишь время?
Я моргаю. — Ну…
— Выкладывай, Грей.
— Хорошо, — хмыкаю я. — Не особенно, нет.
Он улыбается. — Тогда мы оба согласны, что эти баллы невероятно скучны.
Я не могу удержаться от смеха. — А что, если это из-за тебя я плохо провожу время?
— Если бы это было так, — говорит он с ухмылкой, — то ты, скорее всего, уже топтала бы меня ногами или достала бы кинжал, чтобы уйти.
— Не подавай мне никаких идей, принц.
Он тихонько хихикает. — Ты права. Я бы не хотел испачкать свой костюм.
Мы продолжаем кружиться по танцполу, а я, не обращая внимания на то, как близко его тело к моему, осматриваю переполненный зал, наполненный разговорами, смехом и музыкой. Я замечаю Энди, смеющуюся с Джексом, когда они спотыкаются на танцполе, и не сразу нахожу в толпе других участников конкурса.
Когда мой взгляд падает на Китта, я с удивлением замечаю, что он уже наблюдает за мной. Он окружен группой девушек, но его взгляд устремлен на нас с Каем, пока мы танцуем, и он не делает ничего, чтобы прервать брата и увести его спутницу. И тут в его руках оказываются два бокала, один полный, а другой почти пустой.
Я уже собираюсь оглянуться на своего партнера, как вдруг мой взгляд останавливается на слуге. Темные вьющиеся волосы мальчика подпрыгивают на голове при каждом шаге, когда он проносит через толпу поднос с бурлящими напитками. Его карие глаза обшаривают зал, словно в поисках чего-то или кого-то.
Парень из Лута. Парень с кожей. Парень, у которого я украла. Парень с запиской, адресованной мне домой.
Приливная волна вопросов захлестывает мой разум. Почему он здесь? Я думала, он подмастерье, а не слуга. Неужели он ищет меня, ищет бумагу, которую я у него украла?
Я отвлекаюсь от своих мыслей, когда Кай кружит меня, и мои глаза без моего разрешения устремляются на него.
Ошибка.
Его волосы цвета полуночи спадают на лоб беспорядочными шелковистыми волнами. Дымчато-серые глаза встречаются с моими, пленяя, пугая. Его сжатая челюсть расслабляется, растягивая губы в дерзкой усмешке, когда он наблюдает, как я рассматриваю его.
Ямочки. Они обе насмехаются надо мной.
— Нравится то, что ты видишь, Грей? — промурлыкал он, зная, что это меня заинтересует. Я хмыкаю, отворачиваясь от него, чтобы побороть румянец, пробивающийся к моим щекам. Грубые пальцы скользят по моей спине и ловят мой подбородок, мягко возвращая мое лицо к его лицу, а он бормочет: — Во что бы то ни стало, продолжай. Я никогда не откажу себе в возможности посмотреть, как ты смотришь на меня.
— И почему же? — спрашиваю я с беззаботностью, которой не чувствую.
Он лукаво улыбается. — Потому что гораздо интереснее любоваться тобой, когда действия взаимны.
Я чуть не давлюсь смехом. — Не льсти себе, принц. Я не любуюсь тобой и твоими дурацкими ямочками, — лепечу я, пытаясь сделать вид, что на самом деле я этого не делаю. Его улыбка только усиливается, отчего ямочки на его щеках становятся еще глубже.
— Лгунья.
Я с досадой смотрю на него, не желая упускать возможности избежать его пронзительного взгляда. Мы продолжаем танцевать под медленную мелодию, наши движения поочередно замедляются, когда Кай спрашивает: — Ну, и какой теперь счет?
— Что? — Я вопросительно вскидываю брови от неожиданной смены темы, но, тем не менее, чувствую облегчение.
— Я помог тебе, наверное, три раза? Возможно, уже четыре? — Его глаза пристально изучают мое лицо. — Значит, четыре к одному.
Я рассмеялась. — Во-первых, я не помогала тебе. Я тебя спасла, помнишь? — Я поднимаю на него брови. — Конечно, это должно считаться не только за одно очко. Кроме того, я не знала, что мы ведем счет.
— Справедливо. — Он слегка пожимает плечами. — Может, тогда скажем, что счет два к четырем? Это щедро.
Мои глаза загораются. — Вы только посмотрите. Принц наконец-то признал, что я его спасла.
Он смеется, звук гулко отдается в его груди и морщит уголки глаз. — Я никогда не говорил…
Раздавшийся крик
