свою прыть, но ничего подобного не произошло. Конь только тряхнул головой, отчего волной взметнулась белая грива, да заперебирал копытами. Элен звонко расхохоталась:
— Вот видите? И этот покорился, как все!
Услышав эти слова, Хаггар нахмурился и шагнул к черному зверю. Тот насторожился, фыркнул и рванул поводья. Слуги, повисшие всей своей тяжестью на веревках, пошатнулись. Но арандамарец ничуть не растерялся. Он с детства наезжал к родичам в Лонгайр, где с самыми отчаянными коневодами укрощал диких степных лошадей.
Положив ладонь на шею коня, Хаггар властно взялся за повод. Жеребец покосился на него и тихонько заржал, но не шелохнулся. Неторопливо вставив ногу в стремя, арандамарец сел в седло, еще раз огладил коня, наклонился к его уху и что-то зашептал, время от времени бросая на княгиню насмешливый взгляд. А она с нескрываемым любопытством следила за каждым его движением. Наконец, когда Ахор перестал дрожать и фыркать, Хаггар дал знак, и слуги медленно выпустили из рук веревки. Конь даже не шелохнулся.
— Ого, раз уж начало таково, охота будет интересной! — воскликнула Элен. Теперь все были готовы, и Румиль занял свое место рядом с госпожой.
— Выводите собак! — скомандовал главный егерь.
Не дожидаясь, пока визжащая, рычащая, лающая свора присоединится к ним, Элен обратилась к гостям:
— Едем через сады по аллее Золотого Дождя! — И, обернувшись к арандамарцу, добавила: — Не отставай, держись рядом.
Охотники тронули коней и повернули к Западным воротам. Широкая дорога вела туда, где начинающийся сад был отгорожен аллеей из невысоких, раскидистых деревьев. Их тонкие ветви клонились к земле, словно не выдерживая собственной тяжести. Пучки серебристых листьев мягко шелестели. Между ними висели длинные грозди соцветий с нежно-желтыми цветками.
— Ты когда-нибудь видел такие деревья? — спросила Элен у Хаггара, жадно вдыхавшего медовый воздух. — Говорят, альфарские дубы хороши, но эти, я думаю, все же прекраснее. Их зовут Золотой Дождь.
— У нас в Арандамаре такие не растут, — пробормотал Хаггар.
— Еще бы! Семечко этого дерева мне привезли из-за моря. Что ты делаешь, сумасшедший! — Она испуганно оттолкнула руку пытавшегося сорвать пышную гроздь арандамарца. — Это смерть! Цветы ядовиты!
Хаггар растерянно взглянул в ее побледневшее лицо, потом — на длинную золотую кисть, которую хотел подарить Элен. Под дуновением ветерка чашечки цветков тихо зазвенели, будто маленькие колокольчики, наполнив аллею нежной музыкой.
— Нелепица какая-то! — с досадой воскликнул арандамарец.
Кони стучали подковами по булыжной мостовой. Хаггар подумал, что аллея наверняка тянется вдоль всей западной части города и выходит далеко в поля. Его догадка вскоре подтвердилась. Миновав ворота, всадники выехали из города, поднялись на невысокий холм и огляделись. У самого подножия холма текла, змеясь, маленькая речушка, берега которой поросли осокой, хвощом, а кое-где виднелись заросли камыша. Дальше местность опускалась. Покрытые ковром из чабреца, дремлицы, горечавки холмы тянулись вниз. На их плоских вершинах волновалась листва молодых дубков, кое-где их темную зелень прорезали светлые островки грабов.
К Элен подъехал главный егерь и что-то тихо ей сказал. Она обернулась к спутникам и обрадованно воскрикнула:
— Удача сопутствует нам! Егеря обнаружили оленя! Пускайте собак. А ну, кто убьет зверя?
Егеря затрубили в рог, и низкие, рокочущие звуки разнеслись далеко над холмами, переливаясь и усиливаясь эхом. Свора длинноногих пегих псов с громким лаем кинулась вниз с холма, веером рассыпалась по долине, понеслась вдоль реки и скрылась в густых ивовых зарослях. Элен оглянулась на Хаггара, улыбнулась ему и послала своего коня вперед. Спокойно ступая по склону, он легко перепрыгнул через журчащую воду и поскакал по мягкой молодой травке. Конь Хаггара ринулся за ним, всаднику не было нужды подгонять скакуна. Охотники помчались следом за собаками, надеясь на удачу.
Заливистый лай слышался где-то впереди. Время от времени Хаггар видел, как мелькает среди густой зелени бирюзовый плащ княгини. Ахор чуял хозяйку и рвался к ней, позабыв о седоке. Расстояние между всадниками сокращалось. Взобравшись на очередной пригорок, арандамарец увидел Элен совсем рядом, в низинке. Почувствовав его взгляд, она оглянулась, заметила его и рассмеялась. Потом стегнула коня плетью, и тот, как бешеный, понесся вперед. Черный жеребец Хаггара, зло заржав, огромными прыжками поскакал следом.
Во время погони Элен перенеслась в детство, когда, повинуясь озорному порыву, внезапно отделялась от свиты и пускала коня в галоп, наслаждаясь бьющим в лицо ветром и чувством свободы. Правда, после таких шалостей отец строго выговаривал ей, что будущая правительница должна внушать подданным страх и почтение, а не изумлять их умением обращаться с лошадьми — это дело конюхов. Сейчас, вспомнив об этом, она только чуть улыбнулась. Конь стлался по земле, которая, казалось, сама летела ему под ноги. Элен плавно покачивалась в седле.
Она услышала стук копыт совсем рядом, оглянулась и увидела преследующего ее всадника. Он был уже совсем рядом. Утомившись скачкой, княгиня позволила Хаггару догнать себя, и он, поравнявшись с нею, схватил ее лошадь за повод, заставил перейти на шаг, а потом и вовсе остановиться. Лицо арандамарца порозовело от волнения. Он широко улыбался, а в его серых глазах Элен увидела пляшущие огоньки еле сдерживаемого смеха. Сейчас, сбросив маску сурового воина, арандамарец был похож на озорного паренька. Он выдохнул:
— Я выиграл спор!
Элен нежно улыбнулась:
— Согласна, согласна! Теперь мы должны вернуться к остальным, если не хотим пропустить самое интересное.
Они повернули лошадей и поехали туда, где слышалось густое пение рога. Нырнув под своды дубовой рощи, Элен и Хаггар обменивались взглядами и улыбками, но отчего-то ни он, ни она не решались заговорить.
Когда они выехали на окруженную густой порослью молодого кустарника большую поляну на самой вершине холма, лай собак стал громче, а потом неожиданно раздался громкий треск ломающихся веток, и из зарослей на поляну выскочил олень. Это был могучий зверь с огромными ветвистыми рогами. Успокоив шарахнувшихся коней, всадники восхищенно наблюдали за ним. Арандамарец забыл про висевший у него за спиной лук. Олень был не один. Вслед за ним легким прыжком, почти не отставая, следовала его подруга. Они, как две золотистые тени, промелькнули и исчезли в зелени деревьев. Прошло несколько мгновений. Там, откуда они бежали, лай стал оглушительным, и на поляну выскочила взбешенная свора псов. Они визжали от возбуждения, рыли землю носами, безошибочно идя по следу. Пронесшись мимо всадников, свора скрылась в роще. Проводив взглядом собак, Элен вдруг до боли ярко представила, чем кончится это преследование. Прекрасные, гордые звери превратятся в груды дымящегося мяса. Из шкур сделают ковры для охотничьего зала, а рога… Нет. Она решилась мгновенно. Выхватив из-за пояса плеть, Элен стегнула коня. Тот
