прижавшись к ее складочкам. — Кончи для меня. — Я согнул палец внутри нее, с силой ртом втянув клитор. Оргазм разрушительной силы настиг ее в этот момент. Мне казалось, что она взорвалась в наслаждении, тьма и солнечный свет танцевали в пространстве вокруг нас, когда она кончила. Ее тени переплелись с моими, и это чувство было более интимным, чем любой физический акт. Закатный свет разливался по комнате, ее голова была откинута назад, глаза зажмурены, прекрасные, опухшие от поцелуев, губы снова и снова произносили мое имя.
Рен. Рен. Рен.
Это было самое восхитительное, что я когда-либо видел.
Я еще раз нежно поцеловал ее клитор, мягко кружа пальцами по бедрам, пока ее тело не успокоилось. Медленно я убрал руку и облизал свои пальцы. Тихий стон наслаждения сорвался с моих губ от изысканного вкуса ее оргазма на моей коже.
Опустившись на колени, я наклонился вперед, прижавшись своим ртом к ее губам. Наши языки сплелись, и я проглотил ее стон, давая ей попробовать ее собственное удовольствие. Она снова требовательно скользнула пальцами мне в волосы, покусывая мою нижнюю губу. Я не мог устоять и втиснулся между ее бедер, вжимаясь своим ноющим, все еще покрытым тканью членом в ее влажный центр.
Наконец мы оторвались друг от друга. Я мягко обхватил ее подбородок и провел большим пальцем по нижней губе.
— Все в порядке? — спросил я, ища на ее лице хоть малейший признак сожаления.
Она кивнула, и улыбка расплылась по ее лицу, как рассвет по небу. Ее щеки вспыхнули, когда она подвинулась, прижимаясь ко мне.
— Еще, — потребовала Оралия.
ГЛАВА 39
Оралия
Губы Рена были припухшими, слабо поблескивая в свете очага, пока мы смотрели друг на друга. Я ощущала себя одновременно цельной и потерянной, удовлетворённой и полной неудержимой потребности.
Мое неутолимое желание почувствовать его под своими пальцами заставило меня просить большего. Я хотела видеть, как его контроль рушится, как он теряет самообладание. Эта мысль пробудила во мне магию, которая закрутилась тёплым вихрем внизу живота, а после переплелась с его энергией. Я этого не видела, но ощущала, как наши силы сливаются вместе, обмениваясь безмолвным пониманием.
Рен не боялся моей тьмы.
— Еще? — спросил он, едва заметно приподняв бровь.
Его рука была невероятно нежной, когда он коснулся моего лица, большим пальцем слегка оттянув мою нижнюю губу. Я провела языком по его коже, и мягкий стон, вырвавшийся из его груди, придал мне ещё больше уверенности. Руками я проследовала от его волос вниз, по широким плечам, пока не остановилась на груди. Жёсткие линии его мышц под моими ладонями усилили жар между моими бёдрами. Мои пальцы заскользили по ткани его туники, и в этот момент я почувствовала, как его член дёрнулся в штанах.
Я кивнула в ответ на вопрос, пытаясь найти слова, чтобы выразить своё желание. Похоже, он ждал, что я скажу это вслух.
— Я хочу прикоснуться к тебе, — прошептала я.
Уголки его губ дрогнули в лёгкой ухмылке, а глаза стали ещё темнее. Его палец теперь касался моих зубов.
— Всё, что угодно, — простонал он. — Ты получишь всё, что захочешь.
Покачав головой, я скользнула руками ниже, остановившись на его упругом животе. Я наклонилась вперёд и нежно поцеловала его в щеку, прежде чем прошептать ему на ухо:
— Научи меня, Рен.
Когда я отстранилась, его глаза вспыхнули, и судорожный выдох покинул его легкие. Затем он опустил взгляд на мои руки, а сам опёрся ладонями на подушки по обе стороны от моих бёдер.
— Вытащи его, — произнёс он низким, властным тоном, который напомнил мне, что передо мной на коленях стоял не просто мужчина, а король.
Я начала неловко возиться с застёжками его брюк, чувствуя себя немного неуклюжей. Однако, он не проявлял ни капли нетерпения, пока я пыталась справиться. Вместо этого Рен просто смотрел на мое лицо, изучая взглядом каждую веснушку, каждый изгиб, как будто пытался запечатлеть их в памяти навсегда. Наконец, я расстегнула брюки и дрожащими руками медленно скользнула внутрь.
Его член на ощупь был теплым и тяжелым, а кожа оказалась гладкой. Я схватила его, но сразу же замерла, когда Рен зашипел.
— Нежнее, eshara.
Ослабив хватку, я осторожно освободила его из-под черной ткани. Хотя ранее я уже видела мужское достоинство издалека, это было ничто по сравнению со зрелищем, которое предстало передо мной в данный момент. Член Рена был толстым и длинным, с выступающей веной, идущей от основания почти до головки, которую я проследила одним пальцем. Кончик был темно-красным и блестел от его очевидного возбуждения.
— Это первый раз, когда ты видишь член? — спросил он хриплым голосом, пока я проводила кончиками пальцев по его основанию.
— Нет, — ответила я, не в силах отвести взгляд, но он замер. — Люди Тифона склонны терять одежду, когда выпивают слишком много вина. К тому же, я прочитала много книг на эту тематику.
— Книги… — тихонько ухмыляясь пробормотал себе под нос Рен и поцеловал меня в лоб.
— Обхвати его рукой, — приказал он.
Член был настолько широким, что у меня едва получилось его полностью обхватить. Вспомнив движения его руки тогда, в библиотеке, я скользнула по головке, позволяя жидкости смочить мою ладонь. Довольная ухмылка непроизвольно появилась на моем лице, когда глубокий стон наслаждения вырвался из его груди. Я повторила движение, и он направил свои бедра навстречу моей руке.
С каждым стоном, который он издавал, с каждым взмахом ресниц, с каждым мягким его вздохом, во мне нарастало ощущение эйфории. То, что именно я была той, перед кем он встал на колени, той, кто дарит ему такое удовольствие, заставило меня в полной мере ощутить, что значит быть сильной.
Он положил свою руку на мою.
— Медленнее, — сказал он, подстраивая мою руку под ритм, который ему нравился. — Да, именно так. Идеально.
Я почувствовала теплую влагу между своими бедрами от его похвалы, и поняла, что скорее всего и сама застонала, судя по тому, как его глаза внезапно остановились на моих, а на его лице расплылась дикая ухмылка.
— Звезды. — Он вонзался в мою руку быстрее, губы приоткрылись, глаза скользили по моему лицу, груди, по смятой ткани моих юбок, по моим ногам. Я хотела узнать, каково это — не иметь преграды между нами. Хотела узнать, каково это — ощутить его член внутри себя.
Будет ли это столь же потрясающе, как прикосновение его губ к моей коже?
— Так идеально, — простонал он, скользнув рукой к
