— Какая ты стала… — поджав губы, мельник направил тэрха к чародею, — послушная!
Как ответил мельнику Саргенс, Веся не слышала, но отряд не остановился и не повернул назад, и стало ясно, ради прихотей Ольсена чародей свои планы менять не захотел.
Застава была небольшая, из тех, какие поставил Илстрем на своих землях в самых удобных для прохода к Ставину местах. Обычно в них жили несколько старых воинов, присматривающих за обозами да обучающих парнишек, желавших весной вступить в отряды князя.
— Ардест, — придержал тэрха чародей, — тут ты поведёшь отряд. У тебя же княжеский амулет при себе?
Нарочно при всех сказал и голоса не понизил, раскусила Веся хитрость Саргенса, значит, хочет, чтобы спутники считали княжича равным ему чародеем. Ну и Береста проверить, как справится с возвращением в семью, ведь чародей не мог не знать, какие амулеты надеты на новом ученике.
— Хорошо, — еле заметная усмешка скользнула по губам княжича, и он уверенно двинулся к запертым воротам.
— Кто таковы? — где-то над головами путников приоткрылась дверца узкого оконца.
— Княжич Ардест со спутниками, — строго и слегка надменно произнес Берест, и Веся успокоилась, даже она сама не узнала бы по этому ответу жениха.
За стеной несколько секунд медлили, потом цепи заскрипели и ворота медленно начали подниматься.
— Почему у вас ворот скрипит? — едва попав во двор крепости, напустился на стражника княжич. — Смазать некому? Кто тут командир?
— Уехал он, — угрюмо буркнул воин, — твой батюшка всех командиров в Ставин собирает, или не знаешь?
— Так ведь не сегодня? — притворно нахмурился Берест и бросил быстрый взгляд чародею. — Я сам туда еду.
— Ну да, завтра… — затосковал парень, — но он загодя выехал… в дороге всякое может случиться.
— Чего тут может случиться, всего полдня езды? — не поверил княжич и махнул рукой. — Ладно, потом разберусь. Есть у вас комнаты для гостей? Мы тут заночуем… у князя Радмира сестра приболела. Ей и целительнице отдельную комнату нужно.
— Да вон все на втором этаже свободны, — махнул в сторону каменного дома воин, — нас мало, внизу умещаемся.
— Эви? — стук в дверь комнаты, которую Веся выбрала для себя и Кастины, раздался через час, когда девушка успела умыться, переодеться и добавить силы исцелению, шедшему в теле наставницы.
Будить ее чародейке не хотелось, и она сама раздела и удобно устроила свою негаданную пациентку.
— Что? — шепотом спросила куница, приоткрыв дверь, и почувствовала, как тонет в жаркой нежности любимых глаз.
— Идем ужинать, — так же тихо шепнул ястреб, а едва девушка выскользнула из комнаты, подхватил на руки и прижал к груди, — я соскучился, солнышко.
— Дест… — на миг прижалась к нему Веся и тотчас отстранилась, — мне не хочется оставлять ее одну.
— Я понимаю… но ты посиди с нами несколько минут, скажи ему хоть пяток слов… ведь смотреть нет сил, измаялся весь. А потом я тебе отнесу еду сюда и сам посижу с тобой.
— Ладно, идем, — согласилась куница, деда ей тоже было жаль… хоть и много меньше, чем наставницу, — но учти… я не скажу ничего для него приятного.
— Веся… — остановился Берест, но с рук невесту так и не отпустил, — я думаю, все самое неприятное он уже сам себе сказал… и не по одному разу. Может… не нужно?
— Я про другое, радость моя. — Девушка крепко обняла ястреба за шею, подарила долгий поцелуй, а затем уперлась руками ему в плечи. — Отпусти. Ты когда-нибудь видел, чтобы чародеи вели себя так беспечно? Они ведь всегда такие вежливые и хладнокровные… ты сегодня разговаривал со стражником очень похоже.
— Я старался, — нежно улыбнулся невесте княжич и бережно поставил ее на пол, — а еще хотел тебя предупредить: Саргенс решил рано утром ехать в Ставин, мне кажется, его волнует это совещание у отца. Поэтому поговорить с Кастиной придётся вечером. Да и воины Радмира скоро приедут… хоть их и устроят снизу, но лучше быть осторожнее.
— Вот как, — нахмурилась Эвеста, — значит, мне предстоит новое знакомство с князем ястребов? Тогда нужно выяснить, кто я и из какого клана. Идем, начнём с деда.
— Как она? — Ольсен сам встретил внука у дверей комнаты, которую Саргенс назначил столовой, и Весю потрясла произошедшая с ним перемена, мельник словно постарел на полсотни лет.
— Пока спит, но тебя в таком виде ей показывать нельзя. — Только теперь Веся сообразила, отчего не поняла раньше, насколько он переживает за Кастину. Все дело было в амулете личины, который он сейчас снял. — Садись на скамью, немного подлечу. И не смотри так сердито, я не боюсь. Какие настырные дедушки пошли, со всеми спорят, с внуками, с чародеями, с целителями… не вздумай еще и с Кастиной спорить, когда позову…
— А как там у нее дела? — неожиданно мягко спросил Саргенс и заговорщицки подмигнул Весе из-за спины мельника.
— Простыла где-то, — обдумывая, что бы значило это подмигивание, хмуро вздохнула Веся и решила рассказать так, как чувствует, не оглядываясь на чародейские загадки. — Она ведь непоседа, все сама. И за дровами, и за водой. А лечить ее запретила мне напрочь, честное слово взяла.
— А как же ты теперь? — насторожился Берест.
— Так я же теперь Эвеста и никаких слов никому не давала, кроме жениха своего, — лукаво усмехнулась чародейка.
— Эви…
— Ты пока ужинай, я чуть позже с Кастиной поем. Вот только деда подлечу…
Исцелять Ольсена было проще, чем Кастину: его тело помнило силу ее магии и откликалось на нее быстрее, но Веся не торопилась, желая досказать начатое.
— Так вот, я ей сколько раз предлагала еще учениц взять, чтобы не одной там все время сидеть, сама-то я с лета до поздней осени с отрядом вдоль южных границ моталась… но она отказывалась. Говорила, что летом ей и одной нетрудно. А ведь травы в середине дня не собирают. Или ночью, или на зорьке… иначе в них сила не та. Вот сейчас разбужу и спрошу, зачем она по мокрому снегу лазила, за почками или за соком?
— Ты ее особо-то не ругай, Веся… — умоляюще уставился на целительницу старик, и она даже задохнулась от неожиданности, — это ведь я виноват… натворил глупостей… вместо того чтобы быть с ней рядом, помогать, оберегать, тешил свою гордыню…
— Ольсен… я ее не ругаю… просто хотела сказать… Кастине полежать хоть денек нужно, слабовата она. Нет, это не насчет разговора, поговорю я сейчас. А вот ехать… никуда не стоит.
— Значит, пусть лежит здесь, я возле нее останусь, — тотчас постановил Ольсен, и Веся подняла взгляд на чародея, решать ему, она только сказала свое мнение, хотя и довольно решительно. Ну так раз назвал ее чародейкой, пусть терпит… они, как всем известно, ни у кого совета не спрашивают.
