мне – он отрезал все пути, даже самые призрачные. – А если ты решишь сбежать, чтобы увязаться следом, то я прикажу запереть тебя в твоей комнате и пристегнуть наручниками к кровати до момента, пока мы не вернёмся. Если тебе до сих пор не ясно, то мои решения не подлежат обсуждению. И уж тем более осуждению.
Внутри меня вспыхнуло пламя возмущения, но я не смогла ничего сказать. Лишь стояла и хлопала глазами надеясь, что мой злобный взгляд сможет прожечь дыру в его голове.
– Идея с наручниками и кроватью мне определённо нравится, – усмехнулся Тео, бросив мне хитрый взгляд, но тут же осёкся, поймав неодобрительный от Маркуса. – Понял.
– Я знаю, что ты не доверяешь нам, – спокойно продолжил Маркус, – но раз уж ты оказалась под нашей опекой, то позволь довести дело до конца.
Он выпрямился и теперь смотрел на меня сверху вниз. Господи, да я своей макушкой едва доставала этим двум до ключиц.
Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, пытаясь хоть как-то унять гнев.
– Ты можешь идти в свою комнату, Мэди. Завтра Элси будет ждать тебя на ферме, а Лео должен прийти в школу к восьми, – скомандовал Маркус и сделал шаг в сторону, намекая, что я могу быть свободна и разговор на этом закончен.
Рослый, хладнокровный чурбан!
Пройдя мимо, я всё же услышала тот тяжёлый вздох Тео, который он всё это время прятал.
Как же они меня бесят! Оба!
Зайдя в свою комнату, я закрыла дверь и уселась на кровать, сложив руки на груди.
Да что этот самоуверенный громила себе вообще позволяет?! Он мне что, в папы заделался? Решил, что может диктовать, куда я могу идти и что могу делать?
Взбив подушку, я стукнула по ней кулаком, а затем рухнула на спину, прикрыв лицо рукой.
В голове не укладывалось, что они действительно намерены идти на риск, а меня при этом оставить в стороне, будто я бесполезна. Внутри всё кипело от негодования. Я не могла сидеть без дела. Остин сейчас страдает и борется за жизнь, а я? Буду полоть грядки и изображать, что всё хорошо?!
Резко усевшись на край кровати, я сцепила пальцы в замок, напряжённо вглядываясь в темноту комнаты. Здесь действительно делают всё возможное, чтобы помочь нам. Они дали нам крышу над головой, еду, защиту. А я? Я вела себя словно взбунтовавшийся подросток.
Но что-то упорно не давало мне покоя.
Я должна быть там. С ними. Ведь Остин мой дядя. Это ли не аргумент?
Взгляд скользнул по прикроватной тумбе, где лежали мои часы. Забыла надеть их утром. Время – почти полдень. Лео пробудет в школе ещё около часа. Значит, у меня есть время навестить Джесси и узнать, как она себя чувствует.
Я быстро поднялась, открыла дверь и шагнула в коридор. Маркус сказал, что она в соседней комнате, но не уточнил в какой именно. Я решила начать с той, что была справа. Моё чутьё подсказывало мне, что это могла быть верная комната.
Остановившись перед дверью, я тихо постучала и сделала шаг назад, терпеливо ожидая ответа.
Несколько секунд – и дверь с тихим скрипом открылась.
– Да?
Передо мной стоял мужчина, явно только что проснувшийся, лет двадцати семи, со светлыми растрёпанными волосами и лениво моргающими глазами. Он потёр лицо ладонью, привыкая к яркому свету коридора.
Моё дыхание на мгновение сбилось.
Он был без рубашки.
Нет. Стоп. Он вообще был в одних трусах.
– Эм… прошу прощения… – промямлила я, чувствуя, как язык предательски заплетается, пока я бесстыдно пялилась на его тело.
Чёрт! Слова! Где, чёрт возьми, нужные слова?!
Он улыбнулся – лениво, чуть насмешливо, будто его забавляло моё замешательство.
– Я ищу подругу, – выдавила я наконец, пытаясь сохранить остатки достоинства, и натянуто улыбнулась.
– Думаю, что ты ошиблась дверью, – голос у него был низкий, чуть осипший после сна. – Я видел, как твою подругу привели сегодня немного в другую комнату.
Он небрежно указал влево.
Вот же чёрт! Надо было идти сначала туда.
– Я… эм… Спасибо, – я кивнула, отступая назад.
Отличное первое впечатление, Мэди.
– Рад помочь, – улыбнулся он, облокотившись на дверной косяк. – Я Айкер.
Он протянул руку как раз в тот момент, когда я, всё ещё пятясь назад, с грохотом врезалась в дверь напротив его.
Чудесно.
Айкер хмыкнул.
Я почувствовала, как моё лицо начало заливаться краской. Какой стыд! Мало того, что я разбудила человека, так ещё и веду себя как полная идиотка.
– Мэди, – пробормотала я, подходя и протягивая ему руку в ответ, но стараясь не встречаться с ним взглядом. – Эм… приятно познакомиться.
– Взаимно, Мэди. Уверен, ещё увидимся, – с ухмылкой подмигнул он и исчез за дверью, оставив меня стоять посреди коридора с глупой улыбкой на лице.
Господи, Мэди…
Выдохнув и смахнув волосы с лица, я подошла к другой двери – на этот раз без ошибок, без неловких ситуаций, просто уверенно, решительно, и постучала чуть громче, чем следовало.
– Войдите, – раздался слабый, но до боли знакомый голос.
Я осторожно приоткрыла дверь, и яркий свет, падающий из коридора, осветил полутёмную комнату. Внутри горела лишь одна лампа над кроватью, отбрасывая мягкие тени на стены. Джесси лежала, свернувшись калачиком, её тонкие пальцы касались перебинтованной руки. Она подняла голову, и на её лице мелькнула уставшая, но тёплая, искренняя улыбка.
– Мэди! – её голос был немного хрипловат, но в нём звучала настоящая радость.
– Привет, Джесси, – я подошла к её кровати, стараясь не потревожить её слишком сильно и опустилась на самый край. – Как ты себя чувствуешь?
Она чуть пошевелилась, жестом показывая мне, что можно сесть поближе. Я не стала спорить и осторожно придвинулась к ней. Её лицо было всё ещё очень бледным, но на щеках начал проступать румянец, который я едва рассмотрела в этом полумраке. Слабый, но всё же признак того, что она идёт на поправку.
– Лучше, чем вчера. И, честно говоря, лучше, чем за все предыдущие дни, – она немного приподнялась на локте и её губы дрогнули в слабой улыбке. – Купер и Клэр просто невероятные. Я до сих пор не могу поверить, сколько всего они сделали, что я за такое короткое время почувствовала себя лучше. Но… – в её голосе появилась тихая тоска, – я не могу дождаться, когда смогу снова встать на ноги.
Я мягко коснулась её руки, чувствуя, как под кожей подрагивают усталые мышцы.
– Я рада, что тебе становится лучше, – сказала я, и на этот раз улыбка далась мне легче.
Джеси взяла
