гореть. — Извини, но это место пока занято, — он улыбается, забавляясь моей реакцией, и гладит котёнка.
— Да ничего я не хотела… — отворачиваюсь к окну.
— Эмили, — Адам тянет меня ближе к себе, обвивая рукой за талию и утыкаясь в грудь лицом. Громко вдыхает мой запах. — Пойдёшь со мной на свидание?
Поднимает на меня взгляд серых глаз. Апельсин вытягивается на его коленях, учуяв сливки, что я прихватила для чая, и запрыгивает на стол, уткнувшись мордочкой в молочницу с характерным лакающим звуком. Я всё это вижу краем глаза, но не могу отвести взгляда от Адама, что тоже смотрит на меня в ожидании моего ответа.
Снова прокашливаюсь и отвожу взгляд.
— Я… не знаю.
Его горячие пальцы дотрагиваются до моего подбородка, заставляя смотреть на него.
— Пожалуйста, — просит он.
Краснею пуще прежнего, и сглатываю.
— Ну… — пытаюсь выдавить из себя хоть слово, но выходит как-то не очень. Я ужасно смущаюсь.
Адам тянет меня на себя и усаживает на свои колени. Я совсем зажимаюсь и замираю, потому что сердце делает бешенные кувырки в грудной клетке.
— Всего одно свидание. Обещаю, приставать не буду, — говорит он, заглядывая мне в глаза. — Правда.
Свидание?.. С Адамом Готье. К такому меня жизнь не готовила однозначно.
— Хорошо… — произношу шёпотом, облизывая губу.
— Я рад, — он переводит взгляд на мои губы. — Наверное, с моей стороны будет наглостью попросить поцеловать тебя?
— Да, — киваю и прокашливаюсь.
Он улыбается и утыкается в мои волосы.
— Ладно. Я потерплю, — прижимает меня к себе так, будто боится, что я исчезну. А я не знаю, что мне делать. Тело от такой близости покалывает и всё моё естественно требует сейчас обнять его, но я не решаюсь.
Так и сидим десять минут. Я с красными щеками, а он уткнувшийся в мою грудь и обнимающий меня. Пока Апельсин не начинает тереться о ноги Адама. Высвобождаюсь из его объятий, и Адам тоже встаёт. Приглаживает волосы.
— Тогда до вечера, Эмили.
— А… сегодня свидание?.. — лепечу я писклявым от волнения голосом.
— А у тебя какие-то планы?
— Нет, — мотаю головой.
— Вот и отлично, — улыбается он. — Я тебе напишу, — дотрагивается пальцами до моих пунцовых щёк, треплет по загривку Апельсина и уходит.
А вечером я наряжаюсь так, как никогда ещё в жизни не наряжалась. Кручусь перед зеркалом, меняя образы. Даже платья натягиваю на себя. В итоге отвешиваю себе хорошенькую оплеуху мысленную и заставляю надеть джинсы, розовую кофточку и сверху куртку. Тереза сегодня не ночует здесь, остаётся у Нейтана, поэтому мне даже не с кем посоветоваться.
И чего я так переполошилась из-за какого-то свидания с Адамом Готье?..
И вообще, почему я так быстро согласилась?
Но сердце моё трепещет от скорой встречи с Адамом.
Я с блаженной улыбкой уже сажусь в его машину. Он тоже улыбается. Едем в машине молча, лишь переглядываясь с ним. А когда останавливаемся у кинотеатра, он берёт меня за руку и помогает выйти из салона. Так и не выпускает моей руки, даже когда мы уже садимся на самый последний и тёмный ряд. Я пропустила момент с выбором фильма, ведь была поглощена волнением и близостью парня. Что шло по большому экрану, я тоже не видела. Нет, я смотрела, правда пыталась вникнуть в смысл фильма, но это было крайне сложно. Адам держал мою ладонь в своей руке и поглаживал чувствительную кожу на запястье.
Временами наклонялся ко мне и делал глубокие вдохи, стискивая мою ладонь и пялился на меня с маниакальным взглядом… Меня в дрожь бросало. Приятную дрожь. И когда фильм закончился, и я увидела титры, мне стало даже грустно. Ведь сейчас Адам отвезет меня домой…
Мы выходим из кинотеатра и останавливаемся у его припаркованной машины.
— Хочешь поужинать? Может, кофе? — спрашивает он меня.
— Кофе, — улыбаюсь ему.
И мы идём в кофейню неподалёку от кинотеатра, садимся за столик и таращимся друг на друга. Я — смущённо и краснея, а он — совершенно не стесняясь, блуждая по моему лицу с лёгкой улыбкой. Мы не говорили. Хватало того, что творилось между нами в этот момент. Чувства мои к нему сейчас особенно были обострены, каждое его движение, каждый взгляд и вдох, отражались во мне чем-то тёплым и родным. Будто бы вот он — самый родной человек на всём белом свете. Стоит протянуть руку, и я буду счастлива до конца своих дней.
И когда мы допили кофе и вышли из кофейни, Адам усадил меня в салон автомобиля и повёз в академию. Моё сердце разочаровано скулило и требовало продолжения, но я понимала, что ещё слишком рано.
И вот мы стоим у дверей нашего старого корпуса общежития. На улице начинает моросить дождь, но мы не двигаемся, лишь смотрим друг другу в глаза.
— И всё же, спрошу ещё раз. Можно тебя поцеловать? — спрашивает Адам.
Громко выдыхаю, облизнув губы. Почему-то теперь я более, чем уверена, что он меня не обидит. Чувствую это…
— Можно, — киваю я, снова покрываясь краской с головы до пят. Я и сама этого хочу, что-то внутри меня жаждет быть рядом с ним.
Адам притягивает меня к себе с таким трепетом, что в животе начинают порхать бабочки. Его рука обвивает мою талию. Он наклоняется ко мне и нежно касается моих губ. Бережно и терпеливо, будто боясь спугнуть меня, и когда понимает, что я не сопротивляюсь, углубляет поцелуй. Отвечаю ему несмело, всё ещё подрагивая от нахлынувших чувств. Цепляюсь за его куртку пальцами и приподнимаюсь на носочках. Его язык без преград прорывается в мой рот, сплетаясь с моим языком.
Покрываюсь мурашками. Тело горит и плавится в его руках. Губы покалывают. Прижимаюсь к нему плотнее, издав тихий стон, от которого у Адама срывает крышу. Он стискивает сильнее меня в своих объятиях, переходя на какой-то безумный поцелуй. Кусает меня за нижнюю губу, сразу же зализывая свой укус. Зарывается в мои волосы ладонью, покрывая всё мое лицо поцелуями.
— Эмили, — шепчет он, издавая какой-то рык. — Лучше останови меня сейчас. Иначе, мне кажется, я не смогу сдержаться…
Он утыкается в мои волосы, делая глубокие вдохи. А я вместо того, чтобы его оттолкнуть, обхватываю Адама за шею. Действую на эмоциях и чувствах. Я не в силах сейчас сопротивляться этому порыву.
Адам поднимает на меня жёлтый сверкающий взгляд, тяжело дышит и набрасывается на мой рот поцелуем. Рычит, когда на нас льёт уже сильный ливень. Заталкивает меня в корпус и нависает надо мной с безумным взглядом.
— Последний шанс остановить меня, Эмили, —
