мои бедра слегка подрагивают, пока он сосет и лижет меня, как дикий зверь. Я быстро достигаю оргазма и впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы не закричать, пока он полностью поглощает меня.
Он жадно выливает мои соки и не останавливается, пока я не начинаю извиваться в его руках и умолять дать мне передохнуть.
Кэмерон наконец останавливается и облизывает губы, пока я сползаю по стене, пока моя задница не касается мата. Мое дыхание неровное, и я ахаю, когда он поднимает меня, словно я вешу не больше штурмовой винтовки.
— Что ты делаешь? — тяжело дышу я, прижимая руку к его груди. Его полные вожделения глаза встречаются с моими, когда он усаживает меня на стол среди боевых ножей. Мой пульс взлетает, и в жилы просачивается страх, когда он поднимает эбонитовый клинок.
— Я буду трахать тебя, пока ты не заплачешь, но на случай, если я потеряю себя, — он вкладывает нож мне в руку, — я хочу, чтобы ты чувствовала себя со мной в безопасности, Эм. Я хочу… чтобы хоть один человек чувствовал себя со мной в безопасности, — шепчет он, отведя взгляд, с мучением.
Волна боли разливается по моей груди от его признания. Я знаю, как трудно ему быть уязвимым. Кэмерон не умеет быть уязвимым.
Я беру нож и предлагаю ему ободряющую улыбку. Он замирает, большие пальцы зацеплены за пояс штанов, и смотрит на мое тело, распростертое на столе, как на жертву. Я отвожу взгляд, зная, что он ничего ко мне не чувствует, иррациональные эмоции вспыхивают на поверхности моего сердца.
Это просто секс.
Спустя мгновение звук его падающих на пол штанов возвращает мой взгляд к нему. Его член пульсирует, и на кончике выступила капля смазки.
Я облизываю губы, наблюдая, как он сжимает себя и направляет кончик к моему входу. Волосы Кэмерона падают на лоб, когда он входит в меня. Его брови сдвигаются, а рот приоткрывается, пока он растягивает меня своей толщиной. Моя спина выгибается от давления и удовольствия, наполняющего мой живот.
— Блять, ты так плотно обхватываешь мой член, — стонет он, прижимая губы к моей ключице, пока его бедра не сливаются с моими. Я всхлипываю ему в шею. Меня никогда не набивали до краев так, как он наполняет меня. Мои бедра подрагивают ему, умоляя его двигаться и заставить меня кончить.
Кэмерон усмехается и покусывает нежную кожу у меня под челюстью. Он уступает моим стонам и начинает входить в меня. Мои ноги обвиваются вокруг его талии, а пальцы впиваются в его плечи.
То, как он обнимает меня так нежно, но толкает бедра так безжалостно, заставляет каждую мысль в моей голове смещаться со своей оси. Я хочу каждую часть его. Каждую каплю его грешного тела, его убийственного прикосновения.
Я хочу всего этого.
Мои пальцы вплетаются в его волосы, а ладони нежно ложатся на его щеки, пока он тяжело дышит надо мной. Его ясные глаза встречаются с моими, и тусклость, что скрывает его сердце во льду, немного тает. Он замедляется, глядя в мою душу сначала с нежностью, но потом в его взгляде медленно растягивается страх.
Он быстро прижимает свою грудь к моей. Меня охватывает тепло и его запах.
— Я ненавижу, когда ты смотришь на меня так, — шепчет он мне на ухо, и в его голосе возвращается холодная грань. Он резко входит в меня, заставляя меня взвизгнуть. Что, блять, только что произошло?
Я делаю глубокий вдох и кусаю его за плечо.
Он рычит, и вибрация проходит через мою грудь и достигает моего сердца.
— Я ненавижу, что я застрял, защищая тебя, — выкрикивает он, и это пугает меня. Затем тише. — Ты — худшее, что случилось со мной. — Его голос дробится.
— Кэмерон. — Я ненавижу, как расстроенно я звучу. Я пытаюсь сглотнуть ком в горле.
— Это последний раз, когда я тебя трахаю. Я не хочу, чтобы ты когда-либо снова прикасалась ко мне. Я ненавижу это. Я ненавижу, как твои руки ощущаются на моей коже, — говорит он низким, презрительным голосом. Его руки обвивают мои плечи и приподнимают меня, пока моя грудь не оказывается прижатой к его.
— Я ненавижу тебя, — говорю я, сдерживая слезы и пытаясь оттолкнуть его от себя, но его руки крепко держат меня. — Я, блять, ненавижу тебя! Ты думаешь, я хочу быть ввязанной в этот психопатический подпольный мир с тобой, из всех людей?! — Я роняю нож, который он дал мне, и бью кулаками по его ребрам.
Он не отпускает меня; он лишь приподнимает меня со стола, его член все еще твердый внутри меня и помогает удерживать меня, и несет меня в темный угол. Он прислоняется спиной к стене и сползает вниз, пока не садится на пол, а я оказываюсь у него на коленях.
Наша связь лишь злит меня еще больше. Что, блять, он делает? Я так устала от его перепадов от горячего к холодному. Саморазрушающий мудак.
— Кэмерон, отпусти меня, — говорю я строго.
Он ослабляет руки и опускает их по швам, но его лоб остается на моем плече. Наша тишина длится несколько секунд. Эмоции горят у меня в голове, как языки пламени.
— Ты не ненавидишь меня, Эм. В этом-то и проблема, разве ты не видишь? — бормочет он. Почему он говорит это так печально? Его дыхание горячо на моей шее, и оно посылает мурашки по позвоночнику.
Я сглатываю при пульсации его члена глубоко внутри меня, медленно отталкивая его плечи, пока он не поднимает голову и не откидывает ее на стену. Его глаза полуприкрыты и смотрят сквозь меня, разбитые и изувеченные, но на его лице самая слабая улыбка.
— Я стану твоей погибелью. Я собираюсь похитить последние проблески света, что остались внутри тебя. — В его взгляде что-то затвердевает. Решимость бессердечного человека. — Ты не принесла мне ничего, кроме отчаяния.
Я яростно моргаю, прогоняя слезы, прежде чем они успевают упасть, и пытаюсь встать. Он грубо опускает руки на мои бедра, удерживая на месте.
Наши взгляды сталкиваются. Чертова наглость.
Я наклоняюсь ближе, чтобы моя позиция была совершенно ясна.
— Ты мне не нравишься, Мори. Ты настоящий кусок дерьма.
Он усмехается, но в его глазах мелькает боль. Кэм постукивает меня двумя пальцами по грудине.
— Убирайся от меня к черту.
Моя нижняя челюсть дрожит, и я снова возвожу стены вокруг своего сердца. Я чувствую себя такой глупой за то, что впустила его. Я знала, что он жесток и подл. Я знала, что он сломлен без возможности
