примириться, несмотря на широкую улыбку на его лице, когда он тащил шоколадное молоко к столу. Но также и о… них.
Вэс пытался дать Рису время и пространство, необходимые для работы над всем. И Рис работал над этим. Он чертовски усердно работал над тем, что Вэс до сих пор не мог себе полностью представить. Дерьмо, из-за которого Вэса до сих пор иногда трясло от такого гнева, что ему приходилось скрывать это от Риса.
И Рис тоже скрывался. Например, прошлой ночью.
Вэс почувствовал облегчение, такое чертовски сильное облегчение, что Рис не перенёсся призраком. Он был так чертовски рад, что Рис пошёл к Ронану.
Но Вэса очень сильно беспокоило, что Рис отправился к Ронану, вместо того чтобы прийти к нему. Рис был расстроен. Вэс слышал это по его голосу. Так почему же в тот момент Рис не захотел быть с ним?
Когда Рис вернулся домой, с ним, казалось, всё было в порядке. Он был в хорошем настроении, как обычно. Он хотел трахаться, как обычно. Что бы ни случилось с ним после сеанса с Мирой, он справился с этим.
Но Вэс всё равно беспокоился о нём. И, если быть до конца честным с самим собой, его это немного ранило. Это было несправедливо — Вэс это знал. Но он всё равно так себя чувствовал.
Он заставил себя забыть об этом. Это было достаточно легко сделать, когда Рис, потянувшись за стаканом к шкафчику рядом с головой Вэса, опустил свободную ладонь на скрещенные руки Вэса.
У Риса была отличная интуиция. Вэсу ничего не могло сойти с рук. Но это прикосновение на мгновение прогнало все сомнения и страхи Вэса. Оно напомнило о том удовольствии, которое они подарили друг другу меньше часа назад.
Вэс разжал руки и позволил своим пальцам коснуться пальцев Риса.
— У вас двоих не было времени позавтракать? — невинно спросила Талия.
Она оглянулась на них через плечо с того места, где сидела, прислонившись к стене между гостиной/кухней Бункера и тренировочным залом. Её тугая каштановая коса ярко выделялась на фоне облегающей тактической одежды, которую она надела сегодня вместо кожаного комбинезона.
К счастью, все остальные были на другой стороне Бункера. Нокс и Лука были заняты силовыми тренировками, и стук посохов сопровождал спарринг Ронана и Кира. Несмотря на это, Вэс боролся со смущением. Очень уединённая жизнь не подготовила его к работе в такой сплочённой команде, как Тишь.
Рис, однако, ухмыльнулся. И видя это? Внезапно Вэс полностью перестал смущаться.
— Талия, — упрекнул её Рис, — если у тебя было время позавтракать, я бы хотел спросить…
— Это называется тайм-менеджмент, друг мой. Тебе просто нужно просыпаться пораньше, чтобы всё успеть, — она без промедления сменила тему. — Не выпивай всё шоколадное молоко.
— Видишь? — обратился Рис к Вэсу. — Другим людям оно тоже нравится.
— Да, чёрт возьми, — согласилась Талия.
— Действительно. Вам двоим и нескольким миллионам детей, — ответил Вэс. — Но, эй, я уверен, что под всем этим кукурузным сиропом есть немного кальция.
Налив себе стакан, Рис спросил Талию:
— Ты видишь, с чем мне приходится иметь дело?
Талия горестно покачала головой.
— О, мой дорогой, ты даже не представляешь. Я, как отчаявшаяся бродяжка, побираюсь на кухне, где полно овсяного молока, льняной муки и экологически чистой курицы. Иногда девушка просто хочет буррито, понимаешь?
— Понимаю, Талия, понимаю.
— Послушайте, вы двое, — начал Вэс, но Лука окликнул его из зоны для силовых тренировок, явно услышав их разговор: — Ареталия Вос, я уже обещал тебе пиццу твоей мечты, от которой забиваются артерии.
— Это правда, любовь моя! — крикнула она в ответ. — Но одна пицца едва ли компенсирует неделю маффинов с отрубями.
— Это ложь, ты ужасная негодница! — заорал Лука, и Талия рассмеялась.
— Вы все, — рявкнул Ронан с тренировочного ринга, — должны взять свои мерзкие сюси-пуси под контроль, бл*дь!
Талия снова рассмеялась и гордо заявила:
— Мы только что заставили Ронана использовать фразу «сюси-пуси». Ночь уже достигла своего пика.
Кофеварка, булькая, завершала последний цикл варки. Рис, всё ещё стоявший перед шкафчиком и пьющий шоколадное молоко, потянулся и достал кофейную чашку для Вэса.
Боже, всё дело вот в таких мелочах, не так ли?
Прежде чем Вэс успел взять кружку, на стойке зазвонил телефон — Кира, судя по треснувшему экрану.
— Босс, твой телефон! — позвал Рис. — Неопознанный местный номер.
— Наверное, это просто ещё один грёбаный спам-звонок! — крикнул в ответ Кир. — Не обращай внимания!
Телефон в конце концов замолчал, но почти сразу же снова начал вибрировать.
— Босс, кое-кто очень сильно хочет предложить тебе расширенную страховку! Ты хочешь, чтобы я ответил?
— Пусть Вэс разберётся с этим! — закричал Кир.
— Ауч, — пробормотал Рис.
Когда Талия коварно усмехнулась, Рис запустил в неё крышкой от контейнера с молоком.
Вэс поднял потёртый и треснувший телефон и ответил на звонок.
— Что бы вы ни продавали…
— О, мой дорогой, — промурлыкал женский голос, — я всегда только покупаю.
От знакомого утончённого тона в жилах Вэса вскипел гнев.
— Амарада.
Рис, стоявший рядом с Вэсом, застыл.
Вэс отошёл от стойки и подошёл к двери между гостиной и тренировочным залом. Он не хотел, чтобы Рис видел его гнев.
Вэс не мог понять, почему Рис не возненавидел её за то, что она заставила его контактировать с его отчимом-говнюком. Она сознательно заставила его пройти через ад. Хуже всего то, что Амарада знала о привычках Брона ещё тогда, когда Рис был ребёнком. Она могла бы вмешаться, как порядочная женщина. Она могла бы помочь.
Но она этого не сделала. И его мать этого не сделала. Рису пришлось спасаться единственным доступным ему способом — бегством. Мать Риса была мертва, что избавило Вэса от желания убить её. Но Амарада…
— Для тебя Ваше Высочество, Вэсторан Косу.
Вэс полагал, что ему следовало бы встревожиться из-за того, что она узнала его голос, но с Амарадой в конце концов просто перестаёшь удивляться.
Стоя на краю тренировочной площадки Бункера, Вэс не мог отделаться от мысли, что если у неё нет зацепки по поводу демонического лорда, похитившего тело Кадароса, то у Тиши есть дела поважнее, чем то, по поводу чего она звонит. Тренировочное пространство Бункера говорило об этом достаточно громко.
На ринге для спарринга Кир и Ронан кружили на жёстких резиновых матах, их обнажённые торсы блестели от пота в отдалённом свете ламп, встроенных в высокий потолок. Их посохи отбивали размеренный ритм, пока Кир оттеснял Ронана назад. Но это была уловка, приманка, потому что Ронан внезапно поднырнул под посох Кира и нанёс
