это разозлит меня, и я смогу помочь ей, защитить её, — он посмотрел в глаза Монтгомери. — Как это было раньше.
Монтгомери понимающе кивнул.
— Но вас это не рассердило?
— Нет, на мгновение так и было, но потом мне стало хорошо, так хорошо, что я не мог сосредоточиться на помощи Мег или… Она хотела, чтобы я записал слова, и я попытался. Но всё, чего я хотел это лежать и чувствовать себя хорошо.
Он вспомнил эрекцию, желание своей человеческой формы секса и нечто большего, чем секс. Но он не мог вспомнить ничего, кроме хорошего самочувствия.
— Теперь с вами всё в порядке?
Что-то в голосе Монтгомери. Саймон заставил себя сосредоточиться.
— Нет. Я… ещё не совсем в порядке.
— Вы описываете состояние, которое соответствует наркотику под названием «балдёж», поэтому неудивительно, что вы так отреагировали. Он вызывает привыкание, как опиат, — Монтгомери сделал паузу и посмотрел на Иных. — Он вызывает привыкание и, по крайней мере, один человек умер от передозировки. Человек просто перестал прилагать усилия, чтобы выжить.
Неловкое молчание. Потом Генри сказал:
— Саймон провёл большую часть дня в пассивном тумане, не в состоянии ни постоять за себя, ни защитить себя.
— Понимаю, — Монтгомери сделал осторожный вдох, прежде чем спросил: — Вы уверены, что не принимали ничего другого. Вы уверены?
— Я уверен, что наркотик, который ты называешь «имитатор волка», происходит из крови кассандры сангуэ, — сказал Саймон. — И я уверен, что этот «балдёж» тоже происходит из крови пророка.
«Привыкание? Исчезнет ли эта пустота и жажда? Наброшусь ли я на Мег и укушу её, чтобы попробовать ещё раз? И как могли две вещи, столь разные по сути, исходить из одного и того же источника? Потому что его реакция на кровь Мег менялась практически между одним облизыванием и другим. Как? И почему?»
Монтгомери откинулся на спинку стула.
— Я хотел бы обсудить эту информацию с доктором Лоренцо в строжайшей тайне.
— Если кто-нибудь узнает… — предупредил Саймон.
— Я осознаю опасность, мистер Вулфгард. А также знаю, что доктор Лоренцо должен завтра утром проверить мисс Корбин. Потом я хотел бы встретиться со всеми вами.
— Только не Мег.
Саймон почувствовал, что все уставились на него. Он взял бумагу, на которой были написаны слова пророчества, и фотографию другого пророка по крови.
«Была ли это Джин, подруга, о которой часто упоминала Мег? Подруга, которая бросила вызов людям, контролирующим девушек, настаивая на том, что у неё есть имя, а не просто обозначение?»
— Мы послушаем, что вы с доктором Лоренцо скажете об этих наркотиках, а потом я поговорю с Мег.
— Очень хорошо, — Монтгомери встал. — Если нет ничего другого, мне нужно вернуться в участок.
— Ничего, — сказал Саймон.
Он подождал, пока Монтгомери спустится вниз, и вскочил с места. Или точнее попытался. Ещё дрожащий, ещё…
Он заскулил, когда увидел мех на своих руках, как пальцы меняют форму, несмотря на все его усилия остановить обращение.
— Всё в порядке. Ты оставался человеком, пока он не покинул комнату, — сказал Влад, его голос был полон сочувствия. — Саймон, тебе нужно отдохнуть.
Он не нуждался в отдыхе. Ему нужна была Мег.
— Я иду домой, — он протянул фотографию и бумагу Владу. — Возьми это. Запри их. Я не хочу, чтобы они были в Зелёном Комплексе.
— Я отвезу тебя домой, — сказал Блэр.
Он не стал спорить. Очевидно, ему нужно было перевоплотиться в Волка, и он не мог рассчитывать на то, что сохранит достаточно человеческую форму для поездки домой.
Влад извинился и пошёл через холл в кабинет «Вопиющего Интересного Чтива». Эллиот сказал, что ему нужно проконтролировать работу в Консульстве. Без сомнения, мэр оставил ещё несколько сообщений, решив держать линии связи открытыми и избежать того, чтобы его город разделил судьбу Талулах Фолс.
Саймон последовал за Блэром к двери. Услышав испуганное ворчание, он оглянулся и удивился, зачем Тесс понадобился Генри.
Истинное лицо Тесс просвечивало ровно настолько, что она больше не могла сойти за человека. А её волосы… чёрные с редкими рыжими прядями, когда минуту назад они были красными с зелёными прядями, свернулись и извивались так, что Генри показалось, будто они тянутся к нему, ожидая возможности обхватить его горло и сжать.
— Я не причиню тебе вреда, Бэагард, — даже её голос стал более грубым, более диким. — Но сегодня не только у меня проблемы с контролем.
Генри кивнул.
— Саймон.
— Ты, — она указала на его руку.
Он удивился. Когти Гризли на концах коротких человеческих пальцев. Когда он успел измениться?
— Мег принесла с собой некоторые неприятности, но она принесла и хорошее, — сказал он. — Она была добра к нам.
— Согласна. Мы защищали её от людей, которые могли причинить ей вред. Теперь мы должны сделать то же самое для человеческой стаи.
Он не знал ни одного Двора во всей Таисии, где была бы человеческая стая. Теперь они считались частью Двора и имели право на такую же защиту, как и живущие там терра индигене.
Но Мэри Ли не была Мег. Мег сбежала от похитителей и не имела никаких связей с человеческим миром, кроме того, что она строила сейчас. У Мэри Ли были друзья и семья. Не так ли?
Он вдруг понял, как мало знает о людях, которые на них работают.
— Что ты предлагаешь? — спросил он.
— Мы пойдём туда, где она жила, — ответила Тесс. — Соберём её вещи. Я не думаю, что у Мэри Ли много вещей, поэтому она ценит то, что у неё есть.
Что-то общее было у девушки с терра индигене. Что-то общее у всех в человеческой стае? Он подумает об этом на следующий день.
— А как же её учеба?
— Одно дело за раз.
Волосы Тесс перестали шевелиться.
— Блэр может вести один из наших фургонов. Я поведу другой.
— Один из полицейских должен пойти с нами, чтобы избежать недоразумений.
Генри кивнул.
— Я
