притянув меня за талию, прижал к своим бёдрам, и я ощутила, как напряжён и возбуждён муж, отчего новая волна жара вспыхнула внутри меня.
Его руки опустились и судорожно цеплялись за подол платья, задирая ткань наверх. Горячие ладони прошлись по моим бедрам там, где заканчивались чулки, лаская бесстыдно обнажённую кожу, которая тут же отозвалась сладкой дрожью в коленях. Очередной стон вырвался из моей груди, и Харви поймал его поцелуем, открывая мой рот горячим и требовательным языком.
— Аманда, ты сводишь меня с ума, — хрипло шептал муж. Его рука коснулась внутренней стороны моего бедра, двигаясь вверх.
— Харви! — воскликнула я, вцепившись пальцами в его плечи, когда мужская ладонь требовательно сжала ногу, забравшись под панталоны. Он был так близок к самому чувствительному месту, что меня бросило в дрожь. Но вдруг Харви отпустил меня, отчего я разочарованно застонала.
— Невыносимо сладкая, — тяжело дыша, прошептал муж, обняв меня за мягкое место, и стянул со стола.
Я тут же прижалась к нему, обхватив ногами его бедра, чтобы удержаться на весу, и прильнула к его опухшим от поцелуев губам.
В одно мгновение я оказалась на мягком ковре, что устилал пол в кабинете, и ощутила приятную желанную тяжесть мужского тела, которая распластала меня, безвольную и податливую. Раздался треск ткани, и я почувствовала облегчение в груди. Харви не стал возиться со шнуровкой, а просто разорвал лиф, освобождая меня от лишней одежды. Тут же горячая ладонь легла на обнажённую грудь, сминая её нежно и властно. Я выгнулась навстречу требовательным мужским рукам, которые плавили моё тело и разум. Никаких мыслей, только дикое желание ощутить весь спектр новых чувств, довести себя до исступления, окунуться в это пламя, что захлестнуло нас обоих.
Огонь в камине почти погас, погрузив кабинет в полумрак. Я сонно зевнула, лёжа на ковре в крепких объятиях мужа. Пламя, что недавно бушевало между нами, угасло, оставив чувство лёгкости и блаженства. Харви притянул меня ещё ближе, зарываясь носом в мой затылок.
— Аманда, я поставлю метку? — вдруг спросил он, убирая мои волосы в сторону и открывая шею.
— Хорошо, — напряглась я, готовясь к укусу.
— Не переживай, я буду нежен, — прошептал он, обдавая кожу горячим дыханием. Пальцы погладили шею, и он вонзил клыки в мою плоть.
Вдруг муж утробно заурчал, зализывая рану, которую только что мне нанёс.
— Аманда! — тяжело выдохнул он. — Ты мне ничего не хочешь сказать?
Я прикусила губу, понимая, о чём он спрашивает, но признаться смелости не хватило. Харви развернул меня к себе, и я ужаснулась, видя его проступившие клыки.
— Я жду, — прорычал он, и его когти впились в мои плечи.
Я сдавленно пропищала от боли, и муж ослабил хватку, испуганно взирая на меня. Кажется, вот-вот начнётся оборот, который он с трудом сдерживал.
— Это же была ты! У Жюли! — выпалил он тяжело.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как во мне просыпается магия, отзываясь на зов зверя Харви.
— И ты ничего мне не сказала?! — стиснул он зубы, пытаясь договорить спокойно, что давалось ему с большим трудом.
— А что, должна была? — огрызнулась я, рыча.
Во рту росли клыки, на пальцах тянулись когти, и белая шерсть появилась на руках. Напрягшись всем телом, я резко вывернулась, освобождаясь из объятий мужа, чувствуя, что тоже теряю контроль над своим зверем.
— Аманда! — недовольно прорычал муж, пытаясь ухватить меня, но я отпрыгнула к двери, хватаясь за ручку.
Выскочила я из кабинета уже на четырёх лапах.
Мягкое одеяло придавливало меня, и я сонно потянулась, открывая глаза. Прямо перед собой я увидела лицо спящего мужа, который мерно посапывал, дыша на меня. В голове был какой-то сумбур, а тело неприятно ломило, как будто я вчера обежала весь Фрозенберг десять раз.
Приподнявшись на локтях, я ахнула, округлив глаза. Вокруг царил хаос: рваные шторы на окне болтались на покосившемся карнизе, туалетный столик валялся перевёрнутым и без одной ножки, рядом лежал искромсанный стул. И перья — они были везде. Что здесь произошло?
— М-м-м, моя любимая шалунья уже проснулась? — потянулся Харви, обнимая меня одной рукой за талию.
Я тут же прикрыла одеялом обнажённую грудь.
— Ты стесняешься после того, что между нами произошло? — хмыкнул муж, щекоча мне ухо горячим дыханием. — Как мило…
— А что тут произошло? — озиралась я, не узнавая спальню... кажется, это комната мужа.
— Ты не помнишь? — удивился Харви. Утянул меня на постель и придавил сверху голым торсом.
— Не очень, — нахмурилась я, соображая, что же случилось, а руки уже тянулись к его шее, чтобы обнять.
— Ты убегала от меня, а я пытался тебя поймать, — хохотнул он, целуя меня в ухо. — Мы оба потеряли контроль над своими ирбисами, когда я сделал брачную метку. Помнишь?
— Да, — удивлённо потерла я шею рукой в том месте, где клыки Харви вонзились в меня. — Из-за метки?
— Угу, потому что магия истинных проснулась в нас обоих, Аманда, — восторженно прошептал он, поднимаясь к моим губам. — Ты моя истинная пара, любимая…
И горячий поцелуй накрыл мои губы. Я плавилась под его напором, чувствуя, как желание вновь просыпается во мне огнём.
— Ты знала об этом? Что мы предназначены друг другу? — прошептал Харви. Упершись руками в подушку, он внимательно вглядывался в моё лицо.
— Догадывалась, — уклончиво ответила я. — По женской линии род моей матери передавал из поколения в поколение искру богини Ишани, которая давала ирбисам почувствовать истинную пару.
— Так это правда? Твоя мать была истинной для Кайла, — выдохнул муж удивлённо. — Как я сразу не понял, ещё там в борделе у Жюли, что почувствовал свою истинную?
— Потому что ты не верил в это, — прикрыла я глаза, вдыхая аромат мужа. – Ирбисы считают это лишь легендой, потеряв дар Ишани.
— Боги, какой же я счастливый! — воскликнул Харви, подминая меня под себя. И его руки уже собственнически блуждали по моему телу, лаская, вызывая новую волну сладостного томления внизу живота.
Но вдруг в двери требовательно застучали.
— Кто там ещё? — раздражённо рыкнул Харви, не отрывая взгляда от меня.
— Мистер и миссис ди Амос! — раздался тревожный голос Хелен. — Иви пропала! Я не могу найти
