как и остальных, но солнце сесть не успело, как он заявился к ней во дворец.
- Злишься? - привалившись к стене, он сверлил взглядом мраморный пол. - Мне жаль, что мы расстались так. Я не знал…
Взрослый мужик, а сил не нашел посмотреть ей в глаза. Не зря у смертных поговорочка была про яблочко от яблоньки. Какой отец, такой и сын.
- Не знал, что я богиня? А это бы что-то изменило? Тогда бы ты меня не бросил? Любил бы как-то иначе? По-настоящему?
Каждый вздох давался ей с трудом. Слезы душили, но она держалась что есть мочи. Не могла себе позволить разрыдаться, пока он не уйдет.
- Эрна… - Гарон осекся, назвав ее тем именем, которым она представилась ему во мраке. - Ита’эль, я был мальчишкой! Мне едва исполнилось двадцать! Я искал тебя… Потом. Много лет спустя. И нашел. Эрна Тарг’нарган оказалась торговкой артефактами из Килденгарда. На момент нашей встречи ей стукнуло восемьдесят лет! Как сейчас помню эту даму. На полголовы выше меня. Ее черные волосы и карие глаза. А я туда летел, надеясь застать в лавке хрупкую блондинку.
- Ты за этим пришел? Совесть успокоить? Или боишься, что я твоей женушке расскажу, какой ты на самом деле? Как ты проводил в моей постели ночи? Клялся мне в любви до гроба? И бросил, как ненужную куклу! Не уверена, что Накира оценит. Для нее ты идеал. Рыцарь в сияющих доспехах!
- Боюсь, Ита’эль. Я люблю ее. Будь милосердна. Промолчи. Накира - чистая, светлая. Не рушь ее мир. Пожалуйста. Взамен проси, что хочешь.
- Я буду милосердна, - Ита’эль сказала это искренне. - Ты сделал вид, что мы с тобою прежде не встречались. Продолжай в том же духе. И сюда больше никогда не приходи. Мой дворец закрыт для предателей.
Гарон тогда понимающе кивнул и откланялся… Но когда за ним закрылась дверь, Ита’эль упала на колени и рыдала добрых два часа. И тем не менее, на ужин, куда их пригласили, она пришла. Утерла слезы, прошлась кубиками льда по лицу, нанесла макияж. Надела свои парадные доспехи, в которых она казалась статуэткой. Почти убедила себя в том, что все позади и с Гароном они смогут ужиться. Увы. Ин’арэн в очередной раз перебрал вина и полез к Накире. Пытался чмокнуть ее в щеку, и богине смерти это не понравилось, а Гарон, естественно, вступился за жену и едва не перерезал глотку ее брату.
Она могла простить ему все. Все, кроме Ин’арэна, который был слишком пьян, чтобы постоять за себя. Молнии сами сорвались с ее рук, и Гарона порядком потрепало. Накира бросилась на защиту мужа, и с Ита’эль они бы точно подрались, если бы их не растащил Анэй.
Тем вечером и началась война. Старые боги против новых богов. Они с братом, Анэй, Хинтара и Таэнор против Гарона, Накиры и Атхары, которая, отказавшись от вечности, чтобы выйти за своего демона, не перестала плести интриги и выбрала не ту сторону. Прониклась дурацкой историей любви крестьянки и
