Спасение Веракко (ЛП) - Эвелин Виктория

Когда его бешеный пульс замедлился, а головокружение от экстаза прошло, он просиял и прижал ладони к ее щекам. Не открывая глаз, она улыбнулась.

Веракко нежно поцеловала ее в одно веко, затем в другое, затем в нос и, наконец, в губы.

— Я хотела сказать, что люблю тебя, — задыхаясь, произнесла Лили, все еще красная от напряжения.

— Я знаю, — он снова прижался к ее шее, глупо улыбаясь при виде отметки на ее загорелой коже. Внутри него всегда поднималась буря протеста, когда он заживлял свои темные метки.

Она положила свои ладони поверх его и ухмыльнулась.

— О, ты ведь знаешь, правда?

Он отодвинулся от нее и упал на спину, притянув ее так, чтобы она улеглась поверх него.

— Конечно, знаю, — он закатил глаза. — Да ты мне постоянно говоришь. Снова и снова то «я тебя люблю», то «не могу без тебя жить»…

Лили хихикнула и осыпала его мягкими поцелуями вдоль челюсти.

— Думаю… — он вздохнул. — Если ты действительно хочешь, можешь сказать мне это еще раз.

Она засмеялась и обхватила его лицо руками, так же, как это делал он.

— Веракко, посмотри на меня, — сказала она, подражая его низкому голосу.

Уголки его рта подергивались.

— Теперь, откройся мне, — продолжила она в том же низком тоне.

— Я вообще не так говорю, — он возразил.

Она подняла брови, пока он не кивнул, притворившись, что поддается ее несуществующему влиянию.

Лили двинулась вверх по его телу, пока ее лицо не оказалось прямо над его, а ее сверкающие волосы не спускались волнами через плечо. Ее глаза стали серьезными.

— Веракко, я люблю тебя с каждым днем все больше и больше.

Несмотря на свою шутливость, его сердце распирало, грудь сжималась от сильных чувств. Он кивнул, у него перехватило горло, и он не смог произнести нужных слов. Она лукаво усмехнулась, зная, как глубоко задели его ее слова.

Лили цокнула языком и покачала головой с притворным неодобрением, нежно проводя большими пальцами вдоль его челюсти.

— Во власти эмоций. Вот кто ты такой.

Его глубокий смех сменился низким, грохочущим мурлыканьем, когда его жизнь, его пара, его мивасси, наклонилась и снова поцеловала его.

Эпилог