Инкуб на сессию - Аника Ледес

— Ладно, — сказала я, беря его за руку. — Пошли отсюда.

Мы направились к выходу, но на полпути я увидела знакомую фигуру.

Дориан.

Он стоял у стойки регистрации, разговаривая с кем-то по телефону. Увидев нас, он закатил глаза и отвернулся, делая вид, что очень занят.

— О, Дориан! — крикнула я. — Рада тебя видеть!

Он дёрнулся, но не обернулся.

— Как дела? — продолжила я, приближаясь. — Всё ещё бросаешь девушек посреди ночи на произвол судьбы? Мы тут как раз открываем бюро психологической помощи.

Дориан медленно, с чувством собственного достоинства, убрал телефон в карман и повернулся. Его лицо было непередаваемым — смесь раздражения, любопытства и лёгкого ужаса.

— Лея, — сказал он тоном, каким разговаривают с буйными пациентами. — Какими судьбами?

— Регистрировали бизнес, — я ткнула пальцем в Риэля. — «Тёплый светильник». Бюро мотивации и поддержки. Записывай адрес, тебе пригодится.

— Мне? — Дориан изогнул бровь. — С чего бы?

— Ну, — я сделала задумчивое лицо, — судя по тому, как ты в прошлый раз слинял, не довезя меня до дома, у тебя явные проблемы с эмпатией. А ещё с ответственностью, с доверием и, подозреваю, с самооценкой. Мы на таких специализируемся.

— У меня всё в порядке с самооценкой, — процедил он.

— Конечно, — кивнула я. — У кого всё в порядке, тот не бросает людей посреди ночи, когда нет ни такси, ни общественного транспорта.

Риэль стоял рядом и делал вид, что его тут нет. Но я видела, как дёргаются уголки его губ.

— Лея, — сказал Дориан, и в его голосе появились металлические нотки. — Лучше бы я с тобой не связывался.

— Нет-нет, правильно сделал, что связался, — кивнула я. — Это твой первый шаг к исцелению. Вторым будет запись к нам на приём. Первый сеанс — скидка пятьдесят процентов. Для тебя — семьдесят пять. Как для особо тяжёлого случая.

— Я не...

— И ещё, — перебила я, — мы можем проводить групповые терапии. Для таких же успешных, но глубоко несчастных инкубов, как ты. С чаем и печеньем. Риэль сам печёт, между прочим. Очень вкусно. Говорят, помогает при нарциссическом расстройстве.

Дориан смотрел на меня с таким выражением, будто я только что предложила ему публично раздеться и сплясать канкан.

— Ты просто невыносима, — выдохнул он наконец.

— Мне часто говорят, — улыбнулась я. — Записывай адрес. Магический район, улица Мира, 14. «Тёплый светильник». Заходи, если надумаешь.

Он фыркнул, развернулся и быстрым шагом направился к выходу. Мы вышли следом. На улице стояла его машина — та самая, дорогая, блестящая. Он сел за руль, захлопнул дверь и уже собрался уезжать, но я постучала в окно.

Он опустил стекло с видом мученика.

— Чего ещё?

— Дориан, — сказала я уже серьёзно. — Спасибо тебе. Правда. Если бы не ты, я бы не пошла к Альтаиру. И неизвестно, чем бы всё закончилось.

Он посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то — то ли удивление, то ли... тепло? Сложно сказать.

— Бывай, — сказал он и нажал на газ.

Машина сорвалась с места и скрылась за поворотом. Я проводила её взглядом и повернулась к Риэлю.

— Знаешь, — сказала я, — а он не такой уж плохой.

— Ты его раздражаешь, — заметил Риэль.

— Это взаимно, — улыбнулась я. — Пошли домой. Надо обустраиваться.

Следующие четырнадцать дней пролетели как один.

Мы переезжали. Обустраивались. Я создавала дизайн для нашего бюро. Рабочие исполняли мой проект. Мы знакомились с соседями. Риэль показывал мне магический мир, который оказался... ну, странным. Очень странным.

Во-первых, там всё светилось. Не сильно, не ярко, но какой-то внутренний свет исходил от всего — от домов, от мостовых, даже от деревьев. Риэль сказал, что это «остаточная магия», и что со временем я перестану замечать.

Я не перестала. Но привыкла.

Во-вторых, там пахло по-другому. Какими-то специями, которых я не знала, и цветами, которых не бывает в мире людей. Вкусно, но непривычно.

В-третьих, там жили существа. Самые разные. Некоторые были почти как люди, только с рожками или хвостом. Некоторые — совсем не как люди. Полупрозрачные, светящиеся, с лишними конечностями. Я поначалу шарахалась, потом привыкла. Они тоже косились на меня — человек в магическом мире был редкостью.

В-четвёртых, здесь не было связи с миром людей! Каждые два-три часа мне приходилось бегать наружу, чтоб отвечать на сообщения Софи, иначе она могла бы снова обидеться. Честно говоря, я уже подумываю сделать так, чтоб она нашла себе инкуба и мы, наконец, могли с ней об этом поговорить.

— Риэль, — сказала я, в очередной раз влетая в квартиру запыхавшаяся после пробежки до «точки доступа». — У нас есть проблема.

— Какая? — он оторвался от развешивания картин.

— Софи. Она меня закидала сообщениями. Спрашивает, куда я пропала, почему не отвечаю и не вляпалась ли я в очередную историю.

— И что ты ей ответила?

— Сказала, что переехала в странный район с плохой связью.

— Это почти правда, — одобрил Риэль.

— Почти, — вздохнула я. — Слушай, а можно как-то сделать, чтобы у неё тоже появился свой инкуб? Ну, чтобы мы могли нормально общаться, без этих пробежек?

— Лея, — Риэль посмотрел на меня с ужасом. — Ты хочешь свести Софи с инкубом? Ты понимаешь, что она его съест?

— Кого съест?

— Инкуба. Она же юрист. Она его на части разберёт, контракт изучит, все пункты оспорит и ещё и штраф на Гильдию наложит.

Я представила эту картину. Софи с лупой изучает магический контракт, инкуб рядом потеет и заикается. Потом она вызывает его в суд за нарушение прав потребителей.

— Боже, — сказала я. — Это было бы великолепно.

Наше бюро располагалось на первом этаже небольшого двухэтажного дома в тихом районе. Внизу — приёмная и кабинет для консультаций. Наверху — маленькая квартирка, где мы теперь жили. Всё вместе, круглосуточно, двадцать четыре на семь.

Звучало как кошмар. На деле оказалось... уютно.

Мы купили мебель — мягкий диван, кресла, столик для чаепитий. Развесили на стенах картины (я настояла). Поставили в углу стеллаж с книгами — человеческими и магическими. Риэль притащил откуда-то старый граммофон, который играл музыку без пластинок. Просто сам — магия.

— Это для атмосферы, — объяснил он.

Я не спорила.

Первый месяц мы почти не спали. То обустраивались, то разбирались в документах, то просто сидели на крыльце и смотрели, как в магическом мире зажигаются звёзды. Они здесь были ярче и ближе.

— Знаешь, — сказала я однажды вечером, сидя у него на коленях и обнимая за шею. — А мне здесь нравится.

— Правда? — удивился он.

— Ага. Тихо. Спокойно. Никто не лезет.

— Скоро будут лезть, — предупредил он. — Клиенты.

— Клиенты — другое, — отмахнулась я. — Клиенты —